Чужие уши, свои проблемы

ГЛАВА 2

Мы шли по этой бескрайней поляне бесконечные двадцать минут, если я не ошибаюсь, а может и больше пока за очередным скалистым выступом реальность окончательно не перевернулась. То, что я увидела дальше, было просто невообразимо. От дикого удивления я буквально открыла рот и офигела - другого слова мое онемевшее сознание просто не находило.Передо мной, словно вырезанный из цельного куска облака и горного хрусталя, высился исполинский дворец. Его белоснежные шпили вонзались в небо так дерзко, будто хотели проткнуть лазурь. Но настоящим безумием был гигантский водопад, который не просто находился рядом, а буквально прошивал всё здание насквозь.

​Огромные потоки ледяной воды с оглушительным ревом срывались с вершин, пролетая под ажурными каменными мостами, которые соединяли башни дворца на головокружительной высоте. Водяная пыль в лучах солнца превращалась в сверкающее облако, в котором дрожали десятки радуг. Мосты казались сплетенными из тончайшего кружева, и по ним, крошечные, словно муравьи, двигались фигуры в ярких одеждах.Это было так красиво и величественно, что на секунду я даже забыла про свои грязные джинсы, проклятый автобус и ту стерву, что тащила меня за руку. Мой мозг отказывался верить, что такая роскошь может существовать на самом деле, а не на обложке дешевого фэнтези-романа. Мы начали спускаться. Бесконечные винтовые ступени вели нас всё глубже и глубже, подальше от сияющего солнца и свежего ветра водопадов. Воздух становился тяжелым, пропитанным ароматами жареного мяса, пряных трав и чем-то кислым, напоминающим чистящие средства.

​Наконец, мы оказались в помещении, которое больше всего напоминало огромный средневековый цех. Это была кухня, но масштабы её пугали. Огромные каменные своды закоптились от вечного огня в печах, где на вертелах шкварчали целые туши непонятных животных. Повсюду сновали слуги, гремя медными тазами и перекрикиваясь на своем странном певучем языке.

​Рыжая ведьма привела меня к массивному каменному столу, который буквально ломился от грязной утвари. Здесь были горы серебряных тарелок с остатками изысканных яств, причудливые кубки и тяжелые столовые приборы, украшенные резьбой.

​Айриль резко остановилась и, указав пальцем на этот металлический хлам, процедила:

— Вот твоя работа, Селебрин. Перемой всё до единой тарелки. И чтобы каждый нож сиял так, будто его только что выковала молния. Если к вечеру я увижу хоть одно жирное пятно - венчание принцессы станет твоим последним воспоминанием.

С этими словами она круто развернулась и, взметнув подол платья, скрылась в густом кухонном пару, оставив меня наедине с этой горой грязного «средневековья».

​Мой взгляд упал на гору посуды, и из груди вырвался гневный выдох.

— Вы что, издеваетесь?! - прорычала я, едва сдерживаясь. — Я вам не посудомойщица!

​В руке оказался тяжелый серебряный кубок, с которого свисали остатки какого-то фруктового пюре. Инстинктивно я замахнулась, готовая со всей силы швырнуть его в каменную стену, чтобы хоть как-то выразить своё бешенство. Но движение замерло.

В отполированной, хоть и грязноватой, поверхности кубка отразилось незнакомое лицо. На меня смотрела совершенно незнакомая девушка: острые эльфийские уши, обрамляющие лицо, ярко-зелёные глаза, сияющие из-под незнакомых, но удивительно густых ресниц. Волосы, кажется, были темно-синие или если проще говоря как в упаковке краски от гарньер иссиня-черный, или это игра теней на кухне? Твою же мышь! Это вообще кто? Неужели это... моё лицо? Вот черт! Проклятье!

​Сердце пропустило удар. Мало того, что я застряла в средневековой фантазии, так теперь еще и оказалась в чужом теле! Это было уже слишком. Мне до боли захотелось расплакаться, но внезапно в голове прояснилось, и меня осенило. Что ж, похоже, выбора у меня всё равно нет. Да и, если честно, возвращаться на свою дебильную работу в библиотеке мне не особо-то и хотелось. В конце концов, радикальная смена личности мне точно не помешает - отличный шанс узнать что-то новенькое, чего не встретишь в скучных бухгалтерских ведомостях. Интересно, как вообще здесь жила эта Селебрин? Судя по горе грязной посуды, не слишком сладко. Теперь мне придется всё аккуратно разузнать, действуя осторожно, чтобы не вызвать подозрений у этих остроухих. Но к сожалению,стены кухни начали давить на меня.Навалилось всё сразу: и грязная посуда, и чужое лицо, и осознание того, что я застряла в этом эльфийском аду. Ноги подкосились, и я буквально рухнула на жесткую деревянную лавку возле огромного чана.
​— Что мне делать? - прошептала я, закрывая лицо руками. — Господи, что мне делать?..
​Слезы обожгли глаза. Я, Лана, которая пережила три месяца в библиотеке с «с кошмарным коллективом сейчас была готова просто завыть от бессилия.
​— Что случилось, Селебрин?
​От неожиданности я подпрыгнула на месте. Прямо передо мной, словно соткавшись из кухонного пара и теней, стоял тот самый страж. Я даже не заметила, как он «нарисовался». Только что его не было - и вот он здесь, возвышается надо мной, заслоняя свет факелов своими широкими плечами в посеребренных доспехах
​— Ты сегодня какая-то странная, - произнес он, слегка прищурив свои золотисто-карие глаза.
​Я судорожно вытерла щеки рукавом, пытаясь вернуть лицу хотя бы подобие безразличия.
— Ты что, плакала? - Его голос неожиданно смягчился, в нем проскользнуло не то удивление, не то скрытая тревога. — Неужели тебя так задели слова Айриль? Ты ведь обычно пропускаешь её яд мимо ушей.
​Я молчала, судорожно соображая. Интересно, как бы ответила настоящая Селебрин? Она была тихой овечкой или огрызалась в ответ? Нужно было срочно разузнать о ней хоть что-то, пока этот остроухий не понял, что под знакомой внешностью скрывается совершенно другой человек.

​— Э-э-э... извини, как тебя там? Леголас? - ляпнула я первое, что пришло в голову, вспомнив белокурого лучника из фильма Властелин Колец. Ну а что? Эльф же.
​Пауза затянулась. Я замерла, ожидая, что он сейчас вызовет инквизицию или стражу, но вместо этого он... расхохотался. Его смех, глубокий и искренний, отразился от каменных сводов кухни, заставив пару поварят обернуться.