Чужое проклятие

Глава 15

– Почувствуй магию, она внутри тебя. – Я ощущала, как нежная ладонь Селесты скромно покоится на моем животе, и больше, не чувствовала ничего.

Ничего, кроме запаха печенного хлеба из дома старушки. Сильвия уже двадцать минут, как переступила порог маленького уютного домика, а нас оставила стоять в самом сердце улицы погруженного в вечерние сумерки.

– Ничего не чувствую. – Честно признавалась я. Селеста все наше время уединения не оставляла попыток пробудить неизвестную мне магию, и успешно оплошалсь.

Девушка медленно приоткрыла один глаз, внимательно изучила мое уставшее лицо, и сдалась, сопровождая это тяжелым выдохом.

– Жаль… Хотелось быть первой, кто вновь пробудет в тебе магию, это бы знатно «утерло нос» всезнайке Сильвии.

Я приподняла одну бровь. Мне захотелось выпустить какую-нибудь шутку на счет их молчаливых соревнований, но одно мгновение выбило все мысли из головы. Впервые, я увидела, что Селеста, была чем-то заинтересована. Она смотрела за мою спину так, как лиса смотрит на предстоящую добычу, предвкушая, как доберется до неё, и одному Всевышнему известно, что с ней будет.

Интерес захлестнул меня. Что-же может, так притянуть Грейс? Но, когда я медленно повернула голову, все стало ясно, как белый день.

В сторону высокого, деревянного здания, откуда лилась живая музыка, и пару пьяных голосов, шел парень. Высокий, статный, с вьющимися волосами, и ярко-голубыми глазами. Его черты лица обворожительны, словно он создан кем-то намеренно, дабы вскружить голову любой попавшейся на пути девушке. Парень медленно открыл дверь, и быстро пропал среди толпы отдыхающих вечером в местной таверне.

– Планы изменились, – Второпях спускаясь с крыльца старухи, заявила Селеста. – Магия отходит на второй план. Сейчас, нам жизненно необходимо сходить, смочить горло.

Внутри меня что-то заворковало, видя, как подруга яро ищет встречи с неизвестным обитателем деревни. Я была рада, что несчастная Грейс обрела в новом мире любовь. Её девичие сердце наконец, забилось в разы сильнее при виде юноши, и я могла её понять. Парень вправду красив. Мои ноги почти побрели за порхающей Селестой, как я опомнилась от сильного кашля из старушечьего дома.

Перед тем, как Сильвия зашла внутрь, она непреклонно приказала;

«– От дома ни на шаг, или больше вы не выйдете со мной после наступления сумерок.»

– Подожди, – Я вытянула руку вперед, стараясь ухватить Селесту за локоть, но та ускользнула от меня подобно в танце. – Сильвия сказала, - от дома ни ногой!

– Не будь занозой, – Сменив свой мечтательный тон на детское негодование, воскликнула Селеста. – Нам хватает одной «правильной» в семье, вторую я не вынесу.

– Но, Сильвия испугается, если не найдет нас на обещанном месте.

– Она сразу поймет, что нас занесло в таверну! – Продолжала негодовать девушка. Для пущей уверенности, она даже топнула ногой, но случайно потянула за край подола, и замарала его в земле. – Ну же! Мы зайдем всего на пару минут, она и не узнает!

Не знаю точно, что повлияло на мое решение. То-ли, радость за влюбленность подруги, то-ли, холод, от которого не спрятаться под нашими хлопковыми платьями.

– Твоя взяла.

Радостный визг Селесты я постаралась заглушить поднеся указательный палец к губам.

***

Таверна, это место, где все в эту эпоху могли выпить чего-нибудь покрепче, послушать живой музыки, потанцевать, и познакомиться с тем, к кому посреди белого дня не подойдешь.

Мы сидели за круглым столом, именно по последней из причин пребывание здесь. Я была глупа, когда думала, что Селеста будет обращать на меня хотя-бы крохи внимания, сидя напротив. Любая попытка заговорить с ней, чтобы скоротать время, оканчивалась поверхностными ответами. Я всерьез стала переживать, когда подруга вытянула шею так, что казалось, может разглядеть всех с самого верха, но цель её внимания была одна.

Эта цель уютно разместилась рядом с играющим на пианино музыкантом, и медленно потягивала что-то из стеклянного стакана, не подозревая, что на его персону ведется охота.

– Это Артур, – Быстро, но тихо поясняла Селеста. – Он сын местного художника. Давненько приглядываю за ним, и могу сказать одно, - он любит любое творчество.

Я выражала ложную заинтересованность в её словах, и медленно покачивала головой, чтобы она не заметила моего равнодушия.

– А, это значит, что единственное, что нас сможет сблизить, это любовь к творчеству, верно?

Селеста не собиралась дожидаться от меня ответа, и продолжила свой монолог;

– Значит, - я иду ближе к этому музыканту.

Из моего горла не успело вылететь ни единого слова, как она поднялась на ноги, поправила свои складки на платье, и только её тут и знали. А я осталась в полном одиночестве.

Просто прелесть.

– Могу присесть?

Мои глаза раскрылись. Я почувствовала, как резко к щекам приливает кровь, но тут же она отступает. Меня в одно мгновение бросило, то в жар, то в холод. Я наконец увижу, кто Марк в мире ведьм.

Актрисой я была слабой, а потому, не смогла сдержать гамму радостных эмоций, повернув свой взор на Марка. Он стоял прямо за моей спиной. Его руки в перчатках, и до самого запястья укутанных в рукаве пальто, покоились на спинке моего стула. Зеленые глаза блестели, а губы, шептавшие мне столько нежностей, расплылись в той самой улыбке.

– Конечно. – Я схватилась за стакан воды, что нам не за долго до этого принесла девушка, и сделала несколько больших глотков, горло пересохло за пару каких-то секунд.

Марк скромно уселся на стул, где еще минуту назад сидела Селеста, и накинул одну ногу на другую.

– Извините, если помешал вашему одиночеству, – Я словно зачарованная, слушала его голос, и не могла отвести свой взгляд даже на доли секунды. – Но, мне как-то неловко в подобном месте, а мой друг изрядно задерживается. Поэтому, мне вздумалось, что я бы мог присоединиться к кому-то столь также одинокому как и я.

С трудом я разбирала его слова. Мне так хотелось его обнять, так хотелось вдохнуть во все легкие его запах. Я не могла не думать о нем с тех самых пор, как мы расстались в мире пиратов. Осознав, что мое молчание затянулось, я принялась говорить;