Чужое счастье в деревенском пейзаже

Глава 7. Роман и чужие женщины

Роман наслаждался.

Для полноты наслаждения не хватало лишь солнца, которое поторопилось укатиться за горизонт. Да, вот так в глазах Романа выглядел человеческий триумф победы воли и разума над соперником, стремительно и беззастенчиво продемонстрировавшим собственную глупость. Есть машины, не предназначенные для российских дорог… По правде говоря, предназначены для них были от силы джипы и тракторы, но вот на этом поехать в глухомань мог только человек либо крайне неопытный, либо крайне городской. Оба этих варианта наводили на мысль, что Славик слабо осознавал, куда его занесло. В белоснежном костюме перед Асей не щеголял, но его джинсы уже были по колено в брызгах. И это ещё дождь не пошёл!

Ася, трижды обозвавшая его, Романа, идиотом, тоже выглядела растрёпано. К тому же все женщины в экипаже успели выпить, а это значило, что Марго уже продемонстрировала, кто здесь правит балом, а кто выступает кучером. Вокруг кареты царил полный разброд и шатание: Марго царственно сигналила ему сигаретой из окна, Ася жаловалась Славику на какого-то деда, а Васька окучивала тракториста на предмет ночных катаний. Тракторист почёсывал кепку; неудивительно — Роман прикинул, какой вид тому должен открываться на Васькино декольте. 

Чем господь не обделил Василису, так это телесами — формами крупными, округлыми и волнительными, вызывающими у большинства мужчин непреодолимое желание Василису любить. Словно в противовес Асе, страдающей из-за лишних килограммов и сменяющей диету за диетой, несмотря на все попытки Романа донести, что фигура у неё вполне стройна и хороша — Василиса диет не признавала. Василиса была полноценным произведением искусства, и несла себя в мир как работники музея — Мону Лизу да Винчи. Не придёт же в голову Джоконде переживать из-за улыбки? Василисе тоже не приходило в голову страдать из-за собственной роскоши; ела и пила она от души, любила всех своих удачливых и неудачливых возлюбленных, постоянно ввязывалась то в танцы, то в скалолазание, то в сёрфинг и рафтинг, и какие-то ещё многочисленные инги, которые Роман уже давно не запоминал. Неудивительно, если она и сейчас начнёт гонять на тракторе по полям.

Вообще, Васька — это хорошо. Васька, как магнит, притягивала разные идиотские неприятности; у неё в руках взрывались банки, умирали телефоны, и намертво отключалось электричество. Именно с ней они раз пять пытались провести Новый год втроём — вернее, вчетвером, считая её нынешнего кавалера — и в результате каждый раз выходило что-то новенькое. 

Первый Новый год был в шумной компании на даче в похожей глухомани. Ответственный за алкоголь товарищ надрался ещё с утра и привёз детское шампанское.

Второй они отмечали дома и выбрались во двор запускать петарды. Петарда взлетела, описала над головами зигзаг и со звоном влетела на чужой балкон. К счастью, обошлось без жертв.

На третий петарды отмели, но в салатах оказался просроченный майонез.

— А она не повторяется, — восхищённо заметил он Асе. Ася мучительно краснела и извинялась.

Тридцать первое декабря стремительно превращался в день удивительных, но вынужденных приключений. Никогда Роман не предполагал, что начнёт готовиться к Новому году за полгода, собираясь с душевными силами и пытаясь предугадать, что и кто может пойти не так в очередной раз. Как пессимист, он принял способности Васи за факт бытия, примерно такой же, как ежегодное удивление городских служб тем, что в декабре идёт снег.

Когда появилась чудесная идея всем встретить Новый год в небольшом французском городке, где у Васиного бойфренда обнаружилась приличная скидка в отеле, Роман с ходу предложил остаться дома. Сияющая и уже почти что француженка от счастья Ася выступила за то, чтобы вылететь двадцать девятого, а лучше раньше. Он немного успокоился, когда на табло появилась задержка рейса. Через сорок минут их всё же загрузили в самолёт. Правда, пришлось ещё ждать, пока самолёту дадут возможность взлететь, но это уже была ерунда. Долетели в Париж они без проблем.

В Париже выяснилось, что на железной дороге забастовка. По путям ничего не ходило, на дорогах тоже в основном стояло в тщетных попытках куда-то выбраться.

— Я в тебе не сомневался, — отдал должное он Васе. Вася скромно потупила взгляд.

Ну и последний раз они снова, в слегка изменённом составе, пошли пускать петарды. Новый бойфренд Васи отказывался видеть в этом что-то дурное.

Петарды не взорвались в руках, ничего не сожгли и не лишили никого частной собственности. Всё прошло чинно и благородно; на обратном пути они застряли в лифте.

— Есть такой мультик про Масяню. Можно теперь говорить, что мы живём как в мультфильме, — вздохнула Ася, ковыряя кнопку вызова. — С новым счастьем.

Таким образом, явление Васи здесь, сейчас, рядом с полуразрушенным домом и неопытным, не представляющим себе масштаба проблем Славиком, сулило последнему множество интересных открытий.

Роман поздоровался с королевой Марго, которая тут же решительно потребовала, чтобы и он поехал с ними, поскольку мальчик совсем-совсем неопытный и, того и гляди, усадит их в следующую лужу, а в таком случае Роман хоть будет в силах поддержать её угасающий дух разговором. Роман решил, что на улице прекрасный свежий воздух, идеально подходящий для прогулок. Тем более, что если Славик решит поехать быстрее, чем со скоростью пешехода, то вытаскивать его придётся ещё не единожды.

На середине пути Роман оглянулся. Машина в очередной раз не рассчитала сил и бессильно пыталась выползти из ямы. Вася и тракторист разъезжали неподалёку, распугивая звуками окрестную живность. Роман прикинул, что без него тут и так всем хорошо, и пошёл дальше.