Чужое счастье в деревенском пейзаже

Глава 12. И немного рока

Утро после большого количества вина, приправленного тяжёлым раздражением, было хуже обычного утра. А что может быть хуже обычного утра, когда уже тяжело скакать резвой козочкой и напропалую веселиться? Впрочем, Ася вообще по утрам никогда не скакала и не веселилась. Только раздражалась и долго приходила в себя.

Даже если в глаза били косые лучи солнца, а вокруг пахло ароматным сеном и летом. Даже если где-то бодро возились и перекрикивались птицы. Даже если вчера ещё много припасов остались нетронутыми, и готовить их было почти не нужно. Даже если в понедельник ты на чердаке чужого деревенского дома, а не на работе.

— Черт!

Даже осознав всё про понедельник, Ася не подскочила и никуда не помчалась. Вместо этого она недовольно замычала и немного подрыгала ногами, увеличивая энтропию и вроде как совершая утреннюю зарядку.

— Славка.

— М-м-м?

— Ты тоже прогуливаешь.

— Ася, у нас зафиксированные государством трудовые выходные, так что не копошись. Хотя нам уже вчера нужно было возвращаться — тебе должны были кровать новую привезти, надо её собрать.

— Ага, — согласилась Ася и немного помахала руками, давая нагрузку на все части тела.

Она точно знала, что никуда бы они вчера не уехали, и не только потому, что надо держать удар, смело смотреть в лицо Эстер и вообще делать вид, что её не волнуют никакие любовницы собственного бывшего мужа. Почти бывшего, осталось только свидетельство найти. Собирать кровать не хотелось, хотя Асе казалось, что они уже давно живут со Славиком. И нормально, между прочим, уживаются.

Ася поднялась на четвереньки, поподнимала спину и решила, что программа утренних упражнений завершена. Можно заняться оладьями.

Во дворе уже совершала утренний променад Маргарита Феликсовна.

— Неужели ты снизошла! Я уж не чаяла. Вы что, решили там провести ваш медовый месяц? На этом чердаке? Все спят, я без кофе!

— Мам, ну сварила бы себе кофе, что ты как маленькая! Нам, кстати, пора возвращаться. У меня дела.

— Умоляю тебя! На чем ты собралась возвращаться? На этой машинёшке, которая сейчас же провалится в ближайшую ямку или утонет в соседней лужице? И потом, Ася, ты должна остаться, ну как ты не понимаешь… Я не могу делить сокровища с чужими людьми! Ромочка, конечно, дело другое, но вот эта его наложница…  И потом, мы же ничего не нашли! И как я одна буду отсюда выбираться? На тройке с бубенцами?

Ася вздохнула. Если уехать сейчас, она будет слушать постоянную трель мобильного, а потом ещё год стоять в специальной позиции виноватой дочери. С другой стороны, все эти глупости с кладом уже изрядно утомляли. Но она так до сих пор ни с кем не обсудила странный подслушанный разговор, а если угрозы были реальными, оставлять мать здесь было неправильно.

— Мам. Давай я сама сейчас вызову машину, и мы вместе поедем в город?

— Я. Никуда. Не. Поеду. Ася! Ты вообще не слушала меня все это время? Игорёша оставит меня без средств, что же я, по-твоему, пойду кассиршей в Ашан? Меня и туда не возьмут! А здесь я совершенно точно знаю — есть клад! Нам осталось-то малость! Надо расчистить доступ к подполу в сарае и…

Ася закатила глаза. Зачем она вообще затеяла этот разговор? Она повернулась и пошла на кухню. Воду вчера догадались принести, так что она сразу поставила кофе. Взбила свежайшие яйца, заботливо отобранные тётей Тоней, замешала тесто. Яблоки, которые они привезли из города, отличались глянцевой красотой и картонным вкусом, но она очень надеялась, что корица спасёт положение. 

Итак, нужно просто составить план.

— Ася! Я не поняла твоих манёвров! Объяснись! И знай: я никуда не поеду! Если ты меня бросишь тут одну среди чужих людей….

Ася раскалила масло на сковородке. Отличная сковородка, странно, что она оказалась среди разваливающейся и кособокой кухонной утвари Яна.

— … Я тебе этого никогда не забуду. Хотя прощу, конечно, я мать, мне не впервой…

Ася аккуратно стала наливать тесто небольшими аккуратными кружочками, и оно тут же прихватывалось, становилось золотистым, а вокруг запахло корицей и яблоками.

— … Но всё же я надеюсь, что воспитала тебя правильно и ты не превратилась в монстра с цифрами вместо души!

Ася ловко поочередно подцепила вилкой каждый кружочек и перевернула.

— Мама, если ты закончила, то садись уже. Можно завтракать.

Она привыкла к тому, что в этом месте народ выходит на запах еды. Вокруг неё, пока она жарила оладьи, толклась Вася, норовя выхватить последнюю, появился Ян, спустился, наконец, Славик, громко и радостно здороваясь, влетела Эстер, следом проник Ромка. Мест за столом уже давно не хватало. Кто-то сунул Асе кружку с кофе, так что она уже тоже почти завтракала, пока дожаривала последнюю порцию.

— Аська, — сказала Вася, понизив голос, — ты же не планируешь меня здесь бросить? Терри не стоит этого.

— Терри?

— Ну, Эстер. Она, конечно, супермодельная, но в целом безобидная. 

— Терри! Как ты до этого додумалась? Я даже не поняла, о ком ты!

— Не о соседской же козе! — Вася отхлебнула кофе из Асиной кружки и стянула с тарелки оладью. — С козой вчера шикарно получилось, да, Аська, — и ткнула подругу локтем в бок, но Ася успела изогнуться так, чтобы Вася её не достала, и налила на сковороду ещё порцию будущих оладий.