Чужое счастье в деревенском пейзаже

Глава 13. Невероятное везение

— Утро.

— М-м-м.

— Ут-ро.

— М-м-м?

— Ну вставай же уже!

Роман потянулся и вздохнул. Вставать не хотелось. После вчерашнего делать вообще ничего не хотелось, а просто лежать или, для разнообразия, выспаться.

— Ры-бал-ка, — томно прошептали на ухо.

Ну да, ну да. В общем-то, рыбалки ему уже хватило… Он приоткрыл один глаз, уставился в потолок. Почему он треугольный? Потому что это крыша. Потому что они с Эстер неромантично спят на чердаке.

Рыбалка. Рыбалка — дело хорошее. Это сейчас ему ничего не хочется делать и никуда не тянет идти, а потом он об этом пожалеет. И потом — Ян ждёт. 

Решительно открыл второй глаз. На лицо тут же упали сверху волосы, стали щекотать ноздри:

— Вставай, красавица, проснись! Под голубыми небесами великолепными холмами…

— Я не красавица, — пробурчал он, усаживаясь и вытряхивая из волос сено. — Совсем.

— Не красавица, так красавец, — не отставала Эстер, удивительно активная для шести утра.

— Ага, ага, конечно, — вложил весь свой скепсис Роман, даже несколько просыпаясь. — То-то ты на этого байкера весь вечер таращилась. Но нет, — мгновенно вывернулся он, — я не испытываю свойственной моногамной особи ревности и прочих собственнических чувств.

Сказал и даже проникся к самому себе уважением, что, оказывается, вообще способен выдавать такие удивительно связные тирады спросонья.

Эстер на это лишь неуважительно фыркнула и полезла с чердака.

Необычно расширенный состав любителей утренней рыбалки на этот раз включал: собственно Эстер Великолепную в болотных резиновых сапогах по колено, Васю почему-то в кепке (не тракториста ли?), Яна с Романом и Петра, который на этот раз был не в косухе, а в куртке с таким количеством карманов, что туда можно было уложить содержимое всего буфета. Почему буфета, задумался Роман, шагая следом за остальными. Позавтракать он успел, откуда такие ассоциации? Не из-за того магазина про интерьер, владелец которого заказал им сайт с уникальным всем, от дизайна до текстов, торгуя при этом китайской ерундой втридорога? Не то, чтобы Рома интересовался светильниками, но одного поиска по картинке в гугле хватило, чтобы найти всё то же самое, но без слов «безупречный стиль истинной роскоши». Впрочем, кто знает, что там было написано на китайском.

Раньше он бы рассказал об этом Асе, и она бы как-нибудь смешно прошлась по всей этой ситуации, а потом может и заказала бы сама какую-нибудь китайскую дребедень. А теперь? Эстер хотя бы вспоминала об их «помолвке» и не набрасывалась с поцелуями на Петра — и то хлеб. Вот зато Пётр чувствовал себя великолепно, куда увереннее Славика: и в деревне он не терялся, и с инструментами дружил, и помочь вызывался, и сам над собой хохотал, когда выходило чёрти что. Вот чего в Славике, да и в нём самом не было, так это такого снисходительного отношения к собственным ошибкам. Сейчас Пётр тоже успел предложить пойти пешком, посмотреть на выстроившиеся в ряд две машины и мотоцикл, захохотать, и, потрепав бороду, усесться за руль. Эстер поехала следом, и впервые Роман оказался утром у речки так быстро, без долгой и приятной прогулки по свежему воздуху в предвкушении ловли.

Оставили подальше средства передвижения и устроились с удочками. Понемногу стало клевать, и Роман, как и всегда, отвлёкся от всего, сосредоточившись на рыбе. Погода, правда, подкачала: облака, бродившие по небу, решили всё же устроить небольшой демарш. Стал накрапывать дождик, и он порадовался, что привычно захватил дождевик. Ян был в нём же, а вот Эстер с собой ничего не захватила, кроме бесполезного при ловле зонта, валявшегося в машине; но не успел Роман проявить рыцарскую заботу о прекрасной даме, как Пётр уже снабдил её курткой и заверил в её, куртки, полной непромокаемости:

— А сам я пойду… — и он махнул в сторону машины, но тут вклинилась Вася, которую с утра преследовало невезение в отношении рыб — те, словно что-то предчувствуя, обходили её удочку за три километра, — и стала убеждать, что рыба не убежит, а вот на мотоцикле самое время прокатиться.

— Почему нет, — легко согласился Петр, оставшийся в футболке и жилетке с черепами. Роман подумал, не предупредить ли несчастного о последствиях общения с Васей, но ему почему-то казалось, что и Эстер-то не восприняла его слова всерьёз. Вот вдвоем с Асей они, наверное, были бы убедительнее! А Вася не считала свою изысканную неудачливость поводом отказываться от развлечений.

С другой стороны, пусть уезжают, решил он, а собственно, не столько решил, сколько сказал себе, глядя, как они выкатываются и удаляются за кусты. Нет, это не пассивная жизненная позиция! Напротив, он активно остаётся вместе со своей (пусть и лишь в некотором роде) женщиной, с товарищем и с прекрасным клёвом. И потом, этот байкер явно все последние сорок лет жизни… ладно, тридцать, большую часть, в общем, катает всех мало-мальски симпатичных баб. Как банально! Даже в его собственном детстве обладатель самого лучшего велика был победителем по жизни, а уж кто обзаводился скутером или моциком… 

А я так и не обзавелся, философски заметил себе Роман, выжидая движения поплавка. 

Тут Эстер снова браво подсекла рыбину, и он сообразил, что женщина-то его уделывает прямо на глазах. Ладно, во всем остальном, но рыбалка? Отбросив мысли о мотоциклах, он сосредоточился на рыбалке. Ловилась, правда, сплошь мелочёвка, но когда это кого останавливало? Потом и дождь, поморосив, закончился, а клёв, напротив, усилился.