Чужой муж. Книга первая

Глава 8

***

— Аля, — окрикнула Александра женщину. Та затормозила и, нахмурившись, подошла к стойке ресепшена.

— Чего? — спросила она с интересом. Должности у них не пересекались, а Саша ее сама активно избегала после корпоратива.

— Признавайся, — наклоняясь ближе, заговорщически спросила девушка, — какие про меня слухи ходят?

— Да брось ты! — фыркнула не натурально Алевтина. — Кому надо тебя обсуждать?!

— И всё же? — допытывалась Саша. Она прекрасно знала, что их с Алексеем уже обсуждают, но ей надо было знать наверняка, что именно говорят.

— Ой, ну треплются девчонки в кухне, что у тебя шашни с генеральным! Вы тогда вместе уехали, и в кабинет ты к нему часто бегаешь, — с нарочитой беззаботностью проговорила Алевтина.

— Значит, все-таки спалились... — притворно грустно проговорила Александра, отмечая, как тут же округлились глаза у Али.

— В смысле? — не поверила та своим ушам и счастью, что узнала такое из первых уст.

— Ну... мы, правда, встречаемся, — зашептала Александра, наклоняясь к ней ближе.— Только никому!

— Я — могила, — часто закивала эта врушка, уже перебирая в уме, к кому первому ломанется с этой новостью.

— Лёша жену, скорее всего, бросит... Да и ребеночка просит ему родить, — хлопая застенчиво хлопая глазками, вещала Саша.

— Очуметь! — выдохнула Алевтина. — А как же его жена? Я чего-то не слышала, чтобы он разводиться планировал...

— Аль, он у меня первый мужчина, мы спим с ним, семью планируем. Жена больная, ей так сразу в лоб нельзя всё сказать, — как неразумной, пояснила Александра.

— Чем больная? — совсем обалдела женщина, пребывая в шоке от мексиканского сериала, разворачивающегося у нее под носом.

— Ну откуда я знаю? По-женски что-то! — фыркнула Александра.

— Может, рак? — предположила задумчиво Аля.

— Может, и рак, — согласилась Саша.— Я сильно в это не лезу: Лёшка и так сам не свой...

Столь интересную беседу пришлось прервать, так как зазвонил телефон.

— Да, Алексей Александрович, — деловым тоном произнесла Саша, показывая глазами Алевтине что-то в духе: «Ни минуты без меня не может». — Иду, — бросила она коротко и, подмигнув Алевтине, упорхнула в сторону лестницы на второй этаж.

Она знала, что уже к вечеру все будут знать об их связи и обсуждать это. Глядишь — и до курицы Лёшкиной дойдет. Если нет, то она и другие методы опробует, но так легко кинуть ее, как думает Алексей, не выйдет. Чего никогда не простит бесплодная женщина? Ребенка на стороне. И Саше он теперь нужен, как воздух. А то за последнюю неделю Алёша не нашел времени провести вечер с ней. Это означает только одно: совесть замучила. Или жена начала удовлетворять в постели? И то, и другое ей было не на руку. Что ж, она поможет их лодке любви разбиться о суровую реальность.

Чего таиться, Саша влюбилась в Алексея, он был приятен ей как мужчина и как человек. Теперь отбить его было не только делом принципа, но и жизненной необходимостью.

Наталья

Три дня я не разговаривала с Алексеем. Для меня было дико и непонятно его поведение. Впервые мы опустились до подобного. Впервые я ударила мужа за грязь, которую он пытался вылить на меня. Не находила себе места, всё прокручивала в голове его слова, поступки. Меня мучил вопрос: сколько ночей он так поздно приходил домой, пока меня не было? Дошло до того, что я всерьез стала думать о том, что, возможно, и правда виновата в его реакции: не так встретила его, не тем тоном говорила... А потом начинала злиться на себя за это. Он был не прав, и нет ему оправданий.

С момента моего возвращения Лёша приходил вовремя. Пыхтел, вздыхал, но молчал, а я и не планировала первой начинать с ним диалог. И вот на четвертый день он решился. Я готовила ужин на кухне, смотря краем глаза сериал на ноутбуке, когда услышала звук открывающейся входной двери. Напряглась, стараясь не обращать внимания на него. Шорох за спиной. Не обернулась, так и стояла, помешивая лапшу в кастрюльке. Не слышала, но чувствовала его приближение, а потом перед моим лицом материализовался букет лилий.

— Натка, я сволочь, прости меня, — обнимая меня свободной рукой и прижимаясь к моей спине, выдохнул муж. Глаза заслезились, а сердце начало медленно высвобождаться из тисков, в которые оно было зажато. Сожалеет, осознал, тоже переживал — все эти мысли вихрем пронеслись в моей голове.

— Думаешь, цветы подарил, и всё? — из вредности спросила серьезно, хотя внутри уже остыла. Мне хотелось развернуться в и самой обнять его, поцеловать...

— Нет... Не думаю, просто хотел сделать приятное. Ната, не дуйся, — бубнил куда-то мне в шею муж, щекоча кожу и заставляя из-за этого ерзать на месте. — Я, и правда, зашивался на работе и сорвался на тебе... Проси, что хочешь.

— Что там у тебя за проблемы такие на работе? — поразилась, всё же разворачиваясь и присматриваясь к нему. — Не хочешь поделиться?

— Не забивай себе голову! — отмахнулся он, — Я уже все решил, больше такого не будет: мухи отдельно, котлеты отдельно.

— Надеюсь, я котлета! — усмехнулась, целуя Алексея и запуская пальцы в его волосы, стараясь показать, как хочу его, напомнить, как давно он не был со мной.

— Отключи плитку, — пробормотал Лёша, откидывая цветы в сторону и начиная торопливо задирать подол моего халатика.

— А? — заторможенно спросила, снимая с него пиджак и бросая его на стул.

— Сгорит всё, нафиг, — пояснил Лёшка, сам выключил конфорку и, подхватив меня на руки, продолжил покрывать мою шею поцелуями.

Этой ночью всё было, как прежде, словно мы вернулись, будто смогли перешагнуть через ту трещину, что начал давать наш брак.

Шла вторая неделя нашей семейной идиллии. В субботу вечером мы планировали с мужем пойти в кино, а потом в ресторан, поэтому весь день наводила красоту. Как раз, когда я сидела в тканевой маске на лице и перебирала свою косметичку, ожил мой телефон. Звонила жена брата Алексея. Мы не были подругами, общались только на семейных торжествах, поэтому ее входящий был для меня неожиданным.