Цифровые Сны

4. О КАМНЯХ

Леший в очередной раз вознес молитвы Генриетте Васильевне. Где бы он был без нее? Сухонькая женщина с резкими движениями и трескучими суставами держала в тонусе всю группу, но Лешему, доставалось вдвойне.

«У меня в гостиной стоит прабабушкин шкаф, – начинала Генриетта Васильевна, опираясь локтями на кафедру, – Резной, дубовый, с дорогой коллекционной фурнитурой. Я смазываю его мебельным воском и ставлю на дно блюдечко с водой, чтобы не рассохся. Гости всегда замечают его в первую очередь, восхищаются красотой и прочее… И все же, не будь он в некотором роде семейной реликвией, я бы вышвырнула его на помойку. Он красивый, но бесполезный. Слишком неглубокий, слишком высокий, с дурно организованным внутренним пространством. Вы улавливаете суть, Измайлов?.. Хорошо, тогда вернемся к истории Индо-буддийской архитектуры».

Стоит ли говорить, что историю архитектуры Леший знал на приличном уровне? Знал бы и еще лучше, будь у него хоть малейшее представление в чем она может пригодиться на практике.

Большую часть работ проводили на земле. Камни выкладывали в несколько рядов, подписывали внешние грани, потом разбирали и тут же грубо шлифовали в нужных местах. Обычно одного цикла было мало, и камни выкладывали и шлифовали снова и снова, по три или даже по пять раз. Все делалось по стародавней технологии. Никакого клеящего раствора, никакого, упаси боже, алхимического цемента! Четверть мешка стоила как упитанный баран.

Поначалу Леший воображал, что изготовить цемент сможет и сам, была бы печь подходящих размеров, стальная труба и расходники. Все перечисленное нашлось за три дня. Оставалось только поиграть с температурой и временем. Так как все делалось «на глазок», Леший не ждал быстрых результатов. Сомнения посетили его на пятидесятой неудачной попытке, когда порция обожженного порошка схватилась не как в предыдущие разы (спустя пару полных надежды часов), а тут же, прямо в барабане.

«А ведь я еще не дошел до гипса, – вздохнул он, отправляя полдюжины человек на поиски «какой-то другой» глины и известки, – Проблема не в пропорции, не во времени обжига и, пора это признать, не в температуре. Скорее всего, эти пчелы просто делают неправильный мед»

Образцы тащили ему отовсюду – с берегов Соленой реки, с обвалившихся овражных склонов, из ям, выкопанных под нужник. Хьюго в первый же день изуродовал кусок стены в погребе офицерской столовой, а еще через неделю, видимо, очень расстроенный неудачей, приволок огромную каменюку («Ведь ракушечник же! Он, родимый!») с побережья.

Работа кипела. Неизвестно чем бы закончились изыскания, если бы в одно прекрасное утро крыша выделенного под эксперименты сарая не дала течь. Стоя у окаменевшей, покрытой серыми пузырями печи, Леший вдруг осознал, что потратил полгода впустую. Алхимики, будь они неладны, не зря ели свой хлеб. Пришлось откатиться еще на пару веков назад.

Стена, окружавшая город, имелась с самого, если можно так выразиться, его основания. Прорехи в ней составляли едва ли пару процентов. Лешему было страшно подумать о том, чтобы возводить эту нескончаемую ленту целиком. Минуло три года, прежде чем они залатали дыру у северных ворот.

Леший, конечно, был недоволен сроком (все это время солдаты и офицеры бегали к нему с криками: «Какое-то движение! Должно быть, василиск!»), но не качеством кладки. Между камнями, как и полагалось, нельзя было просунуть даже бумажный лист. Об этом писали в газете, кое-кто из местных богачей пытался нанять его на полставки, каменщики, занятые на следующем объекте, частенько забегали на стены «чисто полюбоваться». Леший испытывал по этому поводу очень противоречивые чувства. С одной стороны – гордился столь долгим и успешным проектом, с другой – уже тогда подозревал, что стена ему еще аукнется.

– Похоже, он тебя ненавидит, – Фарс кивнул на дозорную башню. У ее подножия, привалившись спиной к холодному камню, стоял командир Западного гарнизона. Даже с такого расстояния было видно, как колышутся на ветру его длинные, доходящие до подбородка кончики усов. – Боится, что его выпрут за проволочку.

Леший глянул и на Фарса, и на Атома не из интереса, а скорее из рефлекторной вежливости. Разложенные на земле блоки занимали его без остатка. В особенности тот, на боку которого значилось 93-148. Вроде бы совершенно нормальный, он отчего-то цеплял взгляд. Хорошо, если дело в чуть заметной прожилке, хуже, если…

– Сам подумай, как это выглядит? Основное строительство городских укреплений завершено полгода назад, остался только его участок.

– И вторая башня на юге, – скучающим тоном ответил Леший, – Я сотню раз объяснял Городскому Совету, да и тебе тоже, что причина задержки не в Атоме.

– Да-да. Каменоломня у нас под боком, а сюда материал приходится таскать через весь Призон. Но факт есть факт: тебя прислали к западным воротам, чтобы контролировать процесс.

Леший подозвал старшего каменщика, жестом указал ему на неприятный блок. Тот, покивав, пошел за подмогой.

– Меня прислали сюда чтобы помочь. И давай больше не будем поднимать эту тему. Хватит того, что Атом смотрит на меня волком. Если у него есть вопросы – пусть задает их лично.

– Так ему и передам.

Леший застонал.

– Ты можешь просто держаться подальше от всего этого?

– Могу, конечно, – Фарс насупился, и заложив руки в карманы, пнул небольшой камешек, – Только непонятно, на кой черт я вообще здесь торчу.