Ctrl+alt+love: история одной семьи

ГЛАВА 60. ВОДЫ ОТХОДЯТ.

Это случилось не как в кино — без громких всплесков, крика «Началось!». Всё произошло прозаично: Лилия проснулась ночью от ощущения непривычной влажности. Сначала подумала, что это мочевой пузырь не выдержал — беременности свойственны сюрпризы. Но запаха не было, и жидкость была тёплая, прозрачная.

— Дима, — тихо позвала она мужа.

Дмитрий поднялся мгновенно.

— Что такое?

— По-моему У меня воды отошли.

Он замолчал на секунду, глаза стали большими.

— Ты уверена?

Лилия села на кровати. Постель намокла. Влажность не прекращалась.

— Уверена. Такое не спутаешь. Я не контролирую этот процесс, но это не ощущение мочеиспускания. Просто течёт — и всё.

Дмитрий метнулся за телефоном и полотенцем.

— Какого цвета воды? Запах есть?

— Чистые, прозрачные, без запаха. Всё как должно быть.

— Хорошо, — выдохнул он, сверяясь с чек-листом: «Отхождение вод — прямая дорога в роддом. Никакого ожидания дома».

Они поднялись. Лилия быстро переоделась, положила прокладку для защиты. Сумка стояла у двери: документы, вещи, списки, вода.

— Тебе больно? Схватки есть? — спрашивал Дмитрий, застёгивая ремень на рюкзаке.

— Пока нет. Живот твёрдый, чуть потягивает внизу, но регулярных схваток нет. По литературе, если воды отходят до схваток, схватки могут начаться через несколько часов — а могут и позже.

Вызвали такси. Пока ехали, Лилия нервничала — теперь процесс был вне контроля: старт родового марафона состоялся.

— Мне страшно. Всё это было теорией, схемами — а теперь это вот, реально здесь.

— Всё будет хорошо. Всё как учили на курсах: воды отошли, едем сразу. Всё по плану. Роды не бывают по плану, поэтому план — быть вместе и доверять врачам.

— Живот стал мягче, — заметила Лилия.

— Потому что воды ушли, плодный пузырь лопнул. Всё идёт как надо.

В приёмном покое роддома акушерка спросила:

— Цвет, запах?

— Прозрачные, без запаха.

— Молодцы, что не тянули. Схватки ощущаете? Как часто?

— Пока нерегулярно, легкий дискомфорт.

— Хорошо. Сейчас осмотрим, подключим КТГ, дальше по ситуации.

Дмитрий жмёт руку Лилии во время осмотра. Сердцебиение ребёнка — быстрый барабан на экране. Простыня свежая — роддом, наконец, становится реальностью. Страх смешивается с неожиданным облегчением: ожидание закончилось, теперь всё зависит от тела, врачей и судьбы.

Лилия думает о странной будничности дальнейших событий. Аккуратно подписывает бумаги, получает браслет на руку, переодевается. Медсёстры улыбаются: «Это ваш день!».

— Больно? — шепчет Дмитрий.

— Пока ещё нет. Страшно — да. Но уже радостно. Потому что шаг сделан.

Схватки начинают приходить постепенно. Сначала раз в двадцать минут — неприятная волна напряжения. Потом чаще. Лилия дышит, как учили на курсах — свет в предродовой приглушённый, медсёстры деликатны. Дмитрий считает интервалы, помогает менять позы, читает вслух куски из конспектов: «Воды отошли, схватки регулярные — значит, раскрытие пошло».

Лилия впервые за много месяцев чувствует себя по-настоящему готовой. Комфортно ли? Нет. Страшно? Всё равно да. Но всё идёт как должно.

— Спасибо, — произносит она между схватками.

— За что?

— За то, что рядом. За то, что не боишься вместе со мной.

— Я боюсь. Но быть вместе — это и есть главное.

Первая ночь — самая длинная в их жизни. Между схватками они держатся за руки. В какой-то момент Лилия устало улыбается:

— Дата, вода, боль — всё произошло не по киношному сценарию. Но всё по-семейному правильно.

— Семья Соколовых, — шепчет Дмитрий. — В сборе, в процессе.

— В процессе самой важной встречи.

Воды отходят буднично — но наступает великая ночь.

Ночь ожидания чуда.