ctrl+vamp. Любовь и клыки

♡♡♡

— Или ты можешь подождать до завтра, когда я приеду, и мы вместе спустимся в подвал.

— Пока ты приедешь, я успею еще раз сделать ремонт во всем доме, а не только в подвале, — проворчал Матвей в трубку. — С тех пор, как вы с Лехой съехались, тебя не выхватить. Серьезно, Слав, ты занята больше, чем любой президент.

— Когда в твоей жизни появится человек, с которым ты будешь забывать, что такое время, — голос Ярославы звучал мечтательно, но напористо, — ты забудешь не только о комнате отдыха, но и как тебя зовут.

— Только если продолжу общаться с тобой, — беззлобно огрызнулся Матвей, попутно всовывая ноги в домашние тапки. — Ваши милования с Лехой заразны.

Брат с сестрой пререкались еще несколько минут, пока Матвей не спустился в подвал, где не ловила связь. Он положил телефон в карман джинсов и потянул за небольшой шнурок под потолком, чтобы включить тусклый свет. Одинокая лампочка по центру комнаты нехотя зажглась, и Матвей огляделся.

Знакомые и коллеги лишь покачали головой, когда узнали, что Матвей Громов, известный разработчик игр, приобрел недвижимость в пригороде. Не в урбанистическом районе, а среди коттеджей и особняков, где тебе ни вида с тысячного этажа, ни мраморных полов, ни высоких потолков. Но Матвей, к тридцати двум годам построивший собственную империю игр, был достаточно упрямым, чтобы ни с кем не советоваться и поделиться новостью, когда в кармане уже позвякивали старомодные ключи.

Когда Матвей заехал в дом, тот был полностью обустроен, не считая подвала, который новый хозяин планировал переделать в комнату отдыха с домашним кинотеатром и игровыми автоматами разных эпох. К подобному порыву отнеслись скептически все, не считая Ярославы, которая в общий диалог с друзьями скинула картинки для вдохновения, а также предложила установить стол для пинг-понга и маленькую баскетбольную площадку. Матвей отправил сестре палец вверх, а другим пригрозил, что не пригласит на новоселье, если они не проявят должного энтузиазма.

Матвей был очень счастлив наконец обзавестись жильем, о котором всегда мечтал. Долгое время он снимал неплохую квартиру в одной из стеклянных новостроек в центре города, но когда денег на его счету стало достаточно не только для покупки, но и для ремонта со всеми возможными усовершенствованиями, он нанял риелтора и спустя неделю заключил контракт на большой дом рядом с лесом. Громов был настоящим везунчиком, потому что дом не только нашелся в рекордные сроки, но и стоил недорого относительно занятых строений на соседней улице.

Посвистывая, Матвей цепким взглядом сканировал помещение и прикидывал, где можно поместить кинотеатр и большой диван, а где — автоматы и, чем черт не шутит, баскетбольную площадку. Основная часть дома была достаточно просторной, но Матвей весь свой запал хотел потратить на обустройство комнаты, где будет проводить большую часть времени после работы. Подвал был без преувеличения гигантским — оставалось вычистить старый хлам, который остался от предыдущего хозяина, и можно приступать к работе.

Замигала лампочка, и Матвей, спрыгнув с последней ступеньки крепкой лестницы, двинулся в центр комнаты, чтобы пару раз ударить по стеклянному шарику пальцами. Свет снова стал ровным, но более тусклым. Возможно, Слава была права: стоило дождаться утра и осмотреть помещение вместе. Матвей не боялся темноты, но был поздний вечер, и он весь день провел в офисе — голова его соображала туго, а от неяркого света только клонило в сон.

В дальнем углу, между огромным старомодным шкафом и пыльным диваном с проеденной молью обивкой, что-то зашуршало. У Матвея самую малость екнуло сердце, конечно, от неожиданности. Он не боялся звуков, которые мог издавать дом. Единственное, что могло бы поколебать его спокойствие, — крысы. Окажись, что по подвалу шарили крысы, Матвей бы и думать забыл о баскетбольной площадке. Грызуны не вызывали в нем доверия.

Лампочка мигнула еще раз, но Матвей не обратил внимания, погруженный в мысли о крысах. Шорох в углу комнаты повторился. Громов пошел на звук, взглядом гипнотизируя платяной шкаф с лакированными дверцами и темно-синий диван. У него под рукой не было ничего, что могло бы спасти от неизвестно откуда взявшейся крысы, но любопытство убедиться, что шорохи — следствие старости, но не вредителей, оказалось все же больше страха за свою жизнь.

Шорох раздавался из небольшого алькова, который располагался сразу за шкафом. Прежде чем подойти ближе, Матвей присвистнул: выемка в стене была достаточно просторной, чтобы поместить парочку автоматов с пинболом, ну или стереосистему. У Матвея была огромная коллекция CD-дисков, и он ничего не хотел слышать про стриминговые площадки для прослушивания музыки, как бы настойчиво друзья ни убеждали его зарегестрироваться в Spotify. Только CD и старенький, одной из первых моделей, айпод, который он брал с собой в офис и на пробежки. И пусть проводные наушники иногда путались.

Свет от лампочки становился все более тусклым, и Матвей уже собрался оставить затею с поиском крыс, как вдруг шорох сменился громким скрипом. В алькове что-то зашевелилось. Оказавшись вдали от лестницы, которая вела на уютный первый этаж дома, Матвей наконец признал, что самую малость испугался. Слегка трясущимися руками он полез в карман за телефоном и поспешил включить фонарик, чтобы посветить в сторону шкафа.

— Твою мать… — сказал он на выдохе, не обращая внимания, что температура в комнате как будто снизилась на пару градусов, а изо рта его вырвалось облачко пара.

В темном алькове стоял гроб. Настоящий гроб, покрытый черной краской и лаком. Матвей даже не успел ничего подумать, ни о причинах, по которым в его подвале оказался гроб, ни о покойнике, который, вероятно, в этом гробу лежал. Ни одна мысль не успела пронестись в голове Матвея Громова, потому что со скрипом начала отодвигаться черная лакированная крышка.