Цвет безумия

Глава 45. Сёстры

Миг… Всего лишь миг в забвении. Кратчайший путь из сада в гостевую спальню, по-видимому, был придуман кем-то, и совсем не человеком. Ведь не были слышны шаги. И не были видны ступени, что вели её наверх. Она будто уснула там, проснулась здесь. И вего лишь за минуту.

Вернувшись в мир материальный, Астрид оценила положение своего тела в пространстве. Оно сидело на стуле, без верёвок и наручников, как обычно происходит в кино. Впереди мелькала фигура. На удивление, женская и, кажется, давно знакомая ей.

Астрид с трудом разомкнула губы. Удар по голове ещё давал о себе знать.

-Не так я представляла нашу встречу. По крайней мере, я не ожидала, что ты шарахнешь меня по голове.

-Прости, - бодро отозвался голос, - это не я. Вовсе не хотела показаться грубой.

-Да ладно! Разве ты умела иначе? - улыбнулась Астрид, - ты же у нас хищница, а я - простая жертва.

Жанет посмотрела в пол. Как точно, а главное, вовремя, сестра подметила. Ответила словами самой Жанет из далёкого прошлого, которого, по-видимому, никому из них не забыть.

-Ты сама сделала из себя жертву, - нашлась Жанет, - не нужно меня в этом винить.

-Разве я вменяю тебе что-либо в вину?

-Но ты считаешь меня виновной в своих несчастьях! Ты ушла из дома, а я не остановила тебя. Ещё и выставила глупой девчонкой.

-В этом я винить тебя не стану.

-Ты была им нужна! - волна из прошлых бурь нахлынула на берег её спокойствия, - они ждали, что ты вернёшься.

-С мамой я никогда не прощалась, а вот отцу следовало подумать над своим поведением!

Жанет искала мысль для подходящего комментария, но ненадолго воздержалась от слов. Она пришла сюда не обсуждать ошибки, но встреча с Астрид не могла произойти иначе - их противоречивые чувства друг к другу всегда перерастали в противостояние. Вопрос был лишь в том, во что оно трансформировалось - в войну или мир.

***

-С меня хватит! Я ухожу! - неожиданно для всех на пороге появилась Астрид, спокойная, но будто за невидимой стеной, которой она от всех отгородилась.

Процесс мойки посуды внезапно остановился, и мать замерла с тарелкой в руках. Отец, практикующий навыки оратора, приостановил поток слов, и с ужасом в глазах уставился на дочь.

-Куда это ты собралась? К своему хахолю? - не успев укоротить свой гнев, спросил мужчина.

-Доченька, - начала мать, глаза её заблестели, - попьёшь чаю?

-Спасибо, мам, но не хочу.

Голос матери слегка дрожал, она не одобряла поступка дочери, но и препятствовать её уходу не намеревалась. С тех пор, как участились семейные ссоры, всё шло к тому, что Астрид в конце концов, примет радикальное решение. Сказать, что она с отцом не в ладах - не сказать ничего. А причины тому были серьёзные - вечные поиски лучшей жизни, к которым стремился глава семьи, в конце концов, привели к измене, а этого простить было нельзя. Ни одно из оправданий, коим прикрывал он своё легкомыслие, силы не возымели, и пожизненный мечтатель получил суровое наказание - обиду и презрение со стороны семьи. Но тень здравомыслия зашевелилась в уголке души, но раскаяние заставило себя ждать.

Мать была человеком приземлённым, в то время, как отец мечтал завоевать мир. Его великие планы войны не предвещали, но и и мира в них было немного. Вместо постоянной работы он предпочитал сомнительные сделки с “недобизнесменами”, терпящими один провал за другим и, соответственно, теряя деньги, часть из которых была и его вкладом в общее дело. Некогда добрый, ответственный муж в какой-то момент “сломался”, поддавшись зову иллюзий. Всё, чем он сам питался и питал семью - одни иллюзии, ругня и нищета.

Мать выжидала, Жанет пыталась понять и простить. А кто ещё, как не она, ведь сходство внешнее с отцом гласило, что внутри тоже было родство, намного большее, чем между ним и Астрид. И если старшая между родителями строила мосты, то младшая расшатывала доски.

-Куда ты пойдёшь? - сестра вцепилась в её руку, словно кошка, готовая царапать и кусать, - ты с ума сошла? Я без тебя не справлюсь! Я же пытаюсь их помирить!

-У нас с тобой, дорогая Жанни, цели совершенно разные, - Астрид вырвалась из её когтей, - я не останусь здесь ни на минуту. И мирить никого не хочу.

-А как же мать?

-Я ушла не от неё. В конце концов, ссориться с отцом будет некому, если я уйду.

-К кому? К Марку?

-А тебе какое дело?

-Да никакого! Просто он явно не твой типаж, - коварный хохот разлетелся по двору, - у него же ничего нет! Даже мозгов, чтобы окончить институт!

-Я бы не делала резких выводов. Марк очень хороший. И, между прочим, у меня есть парень. И это совсем не Марк.

В больших глазах сестры заплясали вопросительные знаки, только ответ не погасил их пыл.

-Не лезь в их дела, прошу тебя. И поддержи маму. Какое бы решение она не приняла. А я навещу её завтра.

В тот вечер дождь стоял стеклянной стеной, и Астрид едва рассмотрела силуэт знакомого автомобиля, из которой вышел он. Марк. Её друг из детства, некогда безоблачной, прекрасной жизненной поры.

-Как ты? - подбежал он к ней и обнял, - ты всё же ушла?

-Да, - выдохнула девушка, - мне надо подумать. Я… Всё так сложно, Марк.

-Ой, ты, наверное, замёрзла, - заметушился парень и набросил ей на плечи свой пиджак.

-Что со мной не так? Почему отец меня не любит? Я ведь хочу как лучше! Знаю, моим родителям нужен отдых… Им нужно разойтись. Хотя бы на время.

-Ты сделала всё, что смогла. Теперь решение за твоей мамой.

Астрид кивнула и прижалась к его тёплой груди.

-Поехали?

-Куда? - проскрипела она в отчаянии, не открывая глаз.

-Куда хочешь? - с надеждой спросил Марк.

-Я хочу к Джеффри.

Молчание. Взгляд в небо. Боль, пронзающая насквозь как наточенный кинжал. И любовь. Безмерная, всеобъемлющая сила, который в этом мире равных нет.

-Поехали к нему, - сделав над собой усилие, промолвил он.

***

-Возможно, я была неправа, - призналась Астрид, - но в тот момент это было лучшим решением, которое я могла принять.

-Твои решения всегда были лучше моих, - с горечью произнесла Жанет, - ты устроила свою жизнь, не воюя, а я устала воевать… И лишь тогда ушла. Устала быть твоей тенью. Устала быть правильной.

Когда-то Жанет можно было назвать правильной. И лишь потому, что та пыталась таковой казаться.

-Я поняла, что создана для другой жизни. И нашла её.

-Какую жизнь ты нашла?! Ты же меняла парней, как наряды, бросила учёбу ради каких-то сомнительных бизнес-делишек. Совсем как отец...

-Я устала сидеть сложа руки, надеясь на институт, пожирающий всё моё время! Нам нужны были деньги, чтобы покрыть отцовские долги, - Жанет считала это объяснение рациональным, хотя и не хвалила себя, - я хотя бы пыталась...

-Отец тоже пытался. Но довёл маму до нервного срыва, а семью до нищеты.

Жанет обошла периметр гостиной, как будто совершая ритуал. Новый аргумент уже готов был выскочить из уст, как лезвие ножа из рук неумелой хозяйки. Возможно, где-то в глубине души она отчаянно любила младшую сестру, но в данный час хотела её ранить. А, может, даже уничтожить. На миг, на день, на месяц или год... Чтобы добиться своей главной цели в это время.

-В чём-то отец был прав. От жизни нужно брать всё до последней капли. Она у нас одна, - раскрылась её истинная сущность. Жанет как будто говорила всё наперекор лишь для того, чтобы не соглашаться, чтоб выиграть бой в слова и оказаться впереди.

Астрид покачала головой в приступе отчаяния. Может быть, останься она дома в тот ненастный день, сестра бы сошла с верного пути, как поезд с рельсов, что по скалам полетел в обрыв? Несмотря на то, что Жанет была на четыре года старше Астрид, она была слабей и уязвимей своей младшей сестры.

-Мама заболела из-за тебя! Волнуясь за свою старшую, правильную дочь, – воскликнула Астрид, - потом явился Теодор и ты сбежала.

-Да что ты понимаешь.

-То есть выйти замуж за Теодора не было бегством? - Астрид почесала подбородок в притворной задумчивости.

-Я его любила.

-Зачем же изменяла тогда?

-С Теодором было не всё так просто. Ты ничего не знаешь.

-Возможно, - проронила Астрид, заметив грусть на лице сестры, которую та прикрывала невозмутимостью.

-Я просто хотела счастья. Как обычная женщина, - Жанет заглянула в окно, как будто на стекле была подсказка к продолжению разговора, - я знаю, ты меня презираешь.

-Я никогда тебя не презирала. Даже тогда, когда потеряла Джеффри, - призналась Астрид, - ты моя сестра.

-Джеффри…, - постучала она пальцами по деревянной тумбе, что стояла у стены, - мы обе его потеряли… А знаешь почему он ушёл?

Астрид сглотнула и утратила прежний пыл. Развивать эту тему ей не хотелось, хотя внутри оживал тот же вопрос. Джеффри не бросал её, поскольку уходил и возвращался, но всё же преступил ту самую черту, за которой понятия “вместе” больше не существовало, где каждый стал сам по себе.

-Мы с ним очень похожи, - продолжила Жанет, - и он это понял. И пусть наши качества не назовёшь благородными, они нас объединяли в одно сильное, властное, непобедимое целое.

-Ты всегда хотела власти, это да, - прокомментировала Астрид, боясь отнести Джеффри в ту же категорию.

-Ты просто боишься признать, что мы с Джеффри созданы друг для друга, - Жанет упивалась этим утверждением, ничуть не сомневаясь в его правдивости, как в каком-то неоспоримом постулате.

Астрид не пыталась это отрицать. Жанет смотрела в суть вещей, и Джеффри в последнее время как будто стал её отражением - расчётливым, бесчестным эгоистом, подарившим себе право брать от мира всё.

-Но ты, видимо, с этим не согласна, - продолжала Жанет, коснувшись края маски, - на что ты надеялась, придя сюда? Что он бросится в твои объятия? Что рассыплется в душещипательных раскаяниях, моля о прощении?

Ответа не последовало. Астрид вжалась в стул, убежище которого могла покинуть когда угодно, и воззрилась в пейзаж за окном.

-Он тебя даже не помнит. А о любви к тебе подавно.

Астрид повернула к ней взгляд, полный вопросов, которые Жанет поспешила предугадать.

-Я всё знаю, дорогая сестра. У меня свои уши в этом доме.

-И кто же они?

Жанет ответила однобокой улыбкой, которая всегда придавала ей необъяснимого шарма. Возможно, речь о Саре? Её пропажа могла стать подспорьем для тех знаний, которыми её сестра вполне неплохо располагала.

-Ты о Саре, да? - спросила Астрид, вспоминая времена, когда Жанет была по-особенному благосклонна к своей кухарке, - где она?

-С ней всё в порядке, не волнуйся.

Осталось разгадать, по доброй ли воле Сара рассказала о происходящем в доме или нет.

-Что с тобой случилось? Что с лицом?

-Мне идёт, правда? - Жанет не из тех, кому знакома жалость, даже к самой себе.

-Авария?

-А как ты думаешь? - уставилась она на сестру, разведя руками, - на маскарад я, вроде, не попала.

Золотая ткань закрыла ровно половину лица, начиная от лба и заканчивая носом. Маску явно не состряпали наспех, её красиво отделали мелкими камнями по краю и небольшой вышивкой на левой щеке. Всё это говорило об одном - её использовали не по назначению, что создавало вокруг её обладательницы ореол таинственности и долю величия. Маска закрыла не только лицо, но и душу, ту самую часть, где обитали истинные чувства. И подчеркнула одиночество внутри.

-Мне жаль…

-А мне нет, - голос приобрёл оттенок гнева, - я ни о чём не жалею в тот день. Зато я помню настоящего Джеффри, каким ты не видела его никогда.

-Зачем ты пришла? - Астрид не хотела слышать продолжение.

-Сначала ты.

-Я пришла помочь человеку, которого жестоко обманули, - отчеканила Астрид и бросила сестре в лицо.

-Зачем? Разве ты хотела вернуть Джеффри? - с насмешкой в голосе спросила старшая сестра, - тебе это невыгодно.

-Зато тебе, я вижу, выгодно вполне.

-Да, - не скрывая своё истинное желание, ответила та, - именно так.

Астрид, наполнившись некой гордостью за человека, которым стал её бывший возлюбленный, преподнесла своё знание, словно десерт:

-Он больше не Джеффри. Он Уильям!

-Ты так наивна, - в голосе звучала жалость, - впрочем, как всегда.

Наконец, настал момент покинуть стул посреди комнаты, как место пытки в беспросветном подвале.

-Где Уилл?