Цвет безумия

Глава 55. Победа и поражение

Стивен смотрел на показания приборов и периодически в окно - за ним повисли густые тучи. Облака толпились снаружи, будто пытались что-то скрыть, затмить собою. Грозу сегодня не передавали, хотя в этом районе всё может измениться в любой момент.

-Эй, ты где пропал? - крикнул он в салон самолёта, интерьер которого полчаса рассматривал Теодор.

-Вот это красотка! - молвил он сам себе, едва услышав прилетевший вопрос, - с такой и на Гавайи, и на край света можно…

-Теодор?

-Чего тебе, Стив?

-Не хочешь присоединиться? Или ты решил придумывать план в одиночестве?

-Нет, я наслаждаюсь атмосферой под двадцать грамм шотландского виски. Отмечаю свой будущий развод!

-Ты что забыл правила для водителей?

-А зачем мне второй пилот? - развёл он руками так, что Стив увидел в его руке почти пустой стакан, - тем более здесь меня никто не оштрафует.

Стивен молча покачал головой. В этом взгляде не было осуждения, скорее, наоборот. Нужно немного расслабиться и пошутить, иначе напряжение способно повредить приборы. Стивен всё время пытался взять себя в руки и перестать бояться за Астрид. А также перестать судить того, кого и не любить, и не убить нельзя. Джеффри…

-Эй, Марк, ты как на похоронах. А ну улыбнись, а то я заставлю тебя проглотить оставшийся виски, - рявкнул Теодор и разболтал содержимое стеклянной бутылки.

Марк поднял взгляд на Теодора и продолжил молчать.

-Не спорю, мы все здорово влипли. Но это не повод опускать руки. Это повод их поднять и всадить Альфреду Макафи пулю в лоб!

-Мы ведь даже не знаем, жива ли она.

-О, заговорил! Отлично! Конечно, жива твоя Астрид.

Марк посмотрел на Теодора как на тамаду, которому заплатили за веселье. В которое он сам, между прочим, не верил ничуть. А ведь совсем недавно он сам был незаурядным весельчаком, источавшим нелепые шутки. Что с ним случилось? Уход Астрид изменил его до неузнаваемости, как будто люди способны в миг превращаться в свою противоположность. Он отпустил её и ушёл сам. Ушёл в никуда.

-Они снова будут вместе. Я это знаю, - очнулся Марк, - что ж... Мне давно стоило смириться с неизбежным, а я, как мальчишка, строил иллюзии.

-Ромео, я удивлён, - развёл руками Теодор, - знаешь ли, Уильям уже не тот, кем мы его знали. Точнее, не Джеффри. Не знаю, как могли произойти такие разительные перемены, но я им несказанно рад. Джеффри я бы спасать не полетел. Хотя..., - он потёр подбородок, - разве что для того, чтоб расправиться с ним собственноручно.

Молчание. Никто не ответил, но Теодор не мог молчать.

-Даже тот, кто наверху, - Теодор поднял палец вверх, - не выдержал и дал Джеффри по башке. Так появился Уильям.

-И Астрид, кажется, от него без ума, - тут же вставил Марк.

-От Уилла? - вопрос прозвучал так, будто речь шла о никуда негодном женихе, - я её не спрашивал. Она помчалась спасать Джеффри, а встретила Уильяма Берхольма, как будто его брата-близнеца, только хорошего парня... Честно говоря, он ей подходит даже больше. Без обид, Марк, но ты ей вообще не подходишь. Если она тебя в школе не полюбила, то чего ждать после того, когда она окончила университет?

Марк не поник. Принял вызов и понял голову вверх.

-Без обид, дружище, - Теодор понял, что болтнул лишнего, - у тебя ещё будет возможность поймать удачу за хвост и найти своё счастье. Уиллу и тебе нужно сделать одну важную вещь - перестать гоняться за прошлым.

Теодор остановился и присел. Никогда он не интересовался любовной историей, которая объединила Джеффри и Астрид, а сейчас задумался почему. Возможно, поэтому он упустил какую-то важную деталь, что выпала из их отношений, как деталь конструктора, и этот пробел успешно заполнила Жанет. Жанет... Век бы он её не видел, но, увидев, растерялся, как мальчишка. Есть ли у них будущее? Возможно. Но какое? Дворец их любви разрушен до основания, а Теодор считал себя слишком занятым и слишком гордым, чтобы снова закладывать фундамент. Холодной невозмутимостью, которой он  отгородился от жены, Теодор станцевал на руинах самой сильной любви, что когда-то жила в его сердце.

Теперь Джеффри... Он, несомненно, должен был что-то в себе изменить, но тот способ, который избрал судьба, оказался немного жестоким. Придётся извлекать уроки из тех скудных воспоминаний, что словно выстроившись в очередь, робко стучались в дверь.

-Ладно, понял. Шутки в делах сердечных абсолютно неуместны, - Теодор отложил в сторону любовную тему, - возвращаемся к плану “А”.

-А если он не сработает? - отозвался мистер Ричи, рядом с которым сидела его жена.

-План “В” очень прост. Я кричу, и все бегут! - гоготнул Теодор, - но сначала стреляют.

После того, как нашлась Сара, на поиски которой ушло определённое время, мистер Ричи преобразился. В него словно вдохнули жизнь, и теперь его готовность сражаться была обусловлена не личным, а чем-то общемировым. Если завтра добровольцы его попросят восстановить мир во всем мире, он незамедлительно встанет в их ряды. А Саре пообещает обязательно вернуться.

Сара ушла к Жанет и рассказала ей многое о происходящем в доме ла Гранде. Ничего не подделать, она любила бывшую хозяйку дома, и была готова и дальше ей благоволить. А после аварии к любви присоединилась и жалость, а в порыве любвеобильной жалости можно многое натворить.

Теодор играл на публику, но бдительности не терял. Он знал, если не он, то никто не сможет разрядить обстановку. Никто не сможет выбраться из забытья, в котором больше боли, чем проблесков радости о возможном счастливом будущем.

-Всё получится. Я знаю. Мы ведь не одни.

Уильям сидел в кабинете Макафи, но мысленно был далеко. Он несколько раз побывал дома в Лондоне, и даже “забежал” в Брентвуд, не скрывая того, что второму дому лучше бы сгореть. Воспоминания возвращали его на Питт стрит, и ароматы свежесваренного кофе вперемешку с запахом немного сладких духов переворачивали мир с ног на голову, буквально вытрясывая оттуда драгоценные моменты прошлого.

Рядом сидела Астрид. Взгляд её поник, она безучастно наблюдала за разговором, словно зритель остросюжетного кино, но мозг то и дело подсказывал ей - всё по-настоящему, не выйдет нажать на «стоп».

А ведь так хотелось. Не только на «стоп», но и на перемотку. На много-много кадров назад.

Доктор не выразил возмущения, он просто покачал головой и выпалил пару своих фирменных фраз, припасенных для особых случаев с особыми пациентами. И словно тонкой иглой пытался задеть за живое.

-Твой дядя сразу всё понял. С такими, как он, приятно иметь дело, - Макафи положил руки на стол и наблюдал угрюмые лица гостей, чем неимоверно наслаждался, - знаешь, почему он не сказал тебе твоего имени?

Уильям поднял на него глаза, но они ничего не выражали. Он не даст ни малейшего повода думать, что эти детали ему интересны. Не даст понять, что за ответы он пойдёт на всё.

Не дождавшись другой реакции, доктор продолжил:

-Мы неплохо с ним сработались. Свалили вину на Тедди, а я остался в тени. Всё вышло как никогда замечательно. Пока не появилась вот эта леди и не нарушила мой сценарий.

Камень полетел в Астрид, но она того и ждала. Её ждёт участь не лучше той, что безумное воображение Макафи уготовило своему врагу по имени Джеффри.

-Но вот здесь, - Макафи ткнул пальцем в папку с документами, покоившуюся на столе, - здесь всё иначе. Все говорили тебе, кто ты, и что с тобой произошло. Но ты всё отрицал. А после назвал себя Уильямом.

Уильям так схватился за стул, что тот скрипнул. “Ложь! Всё ложь!” - кричало всё внутри. Но как её опровергнуть?

-Дядя Джон подтвердит, что вы лжец, - с уверенностью молвил пленный, хоть, на самом деле, не мог на это надеяться.

-Ты так в этом уверен? - удивился его пылу Альфред.

-Да, - послужило ответом.

Макафи рассмеялся, будто прозвучал анекдот. Конечно, сопротивление Уилла и наивная вера в непонятно что его немало забавляла, как и тот факт, что теперь в его руках любое тому наказание.

-Всё кончено, Уильям. Или Джеффри. Как тебе больше нравится?

“Из твоих уст лучше не слышать ничего” - промелькнуло в уме, который уже устал придумывать варианты побега. Их просто не существовало. По крайней мере, сейчас. Одно грело душу - они с Астрид вместе, пусть и так, пусть без надежды. Пусть впереди лишь пустота, но он успел сказать ей о главном, что счастлив был встретить её. Успел сказать, пусть даже безмолвно. Она его поняла.

-Иду на снижение! - отчитался Стивен, - ну и ну, тут же сесть негде!

-Сядь уже где-нибудь, - Отозвался Теодор, - хоть на голову этому безумному идиоту, Макафи.

Теодор сел в кресло пилота и всмотрелся в картину, что открывалась перед ним. Тучи рассеялась, как назойливая преграда, и теперь ничто не помешает ему приблизиться к цели. И посадить самолёт. С одной стороны, посадить эту крошку казалось не сложнее, чем припарковать mini Cooper, но, на самом деле, сложностей не избежать. Может быть, она и не больше хорошего внедорожника, но обращаться с ней стоит понежней. В Тилбери не было аэропорта, но на самом её краю, почти на берегу Темзы, было легче отыскать свободный клочок земли.

-Снижаемся здесь, - Теодор разглядел поле.

-Уже поздно.

-Ничего не поздно!

-Мы врежемся в дома!

-Я сейчас врежусь кулаком в твою челюсть, если не перестанешь пасовать! - сказал Теодор, и решительный тон тут же сменился весёлым, - расслабься, я пошутил.

Стивен не ответил. Теодор лишь прошептал едва слышно: “Куда же тебя унесло, мой друг… В другую сторону Англии”.

Этот момент стал решающим. Теодор бросил вызов судьбе, которую уготовил Уильям и Астрид доктор Макафи, приказывая увести новоиспечённых пациентов в их палаты. Они даже не дойдут до дверей, когда во дворе послышатся выстрелы, и колесо событий завертится снова.