Цвет калины.

Глава 20. Вадим Соболев.

Динка... Динка, я просто не мог выкинуть ни из сердца, ни из головы это имя, оно постоянно было во мне и со мною. Ни о чём больше думать не могу, что со мной? Любовь? Неужели такая она? Сердце замирает, душа поёт. А что это такое — душа? Она вообще есть? Раньше я как-то не задумывался об этом, а сейчас? А сейчас всё по-другому, всё не так, как раньше было.

Я ехал домой, скорее собрать всё и Дине, ну не могу я теперь без неё, не могу-у! Звонит кто-то? Кто это? Ого! Отец. Не Соболев, а Егоров.

- Алло? — ответил ему, что он? Соскучился по мне? Вряд ли.

- Вадим, здравствуй, как ты? — поинтересовался он.

- Здравствуйте. Всё нормально у меня. — Ещё как нормально, ты бы только знал.

- Скажи, ты в воскресенье на кладбище собирался, ничего не изменилось?

- Нет, не изменилось, мы с Диной собираемся, а что? Адрес есть у меня.

- Я... тоже хочу поехать, возьмёте меня? Сына просить, Валентина имею в виду, не хочу, ещё ворчать начнёт, а вы за мной приезжайте, я с вами. У шофера моего выходной в воскресенье, сам уже не сажусь за руль.

- Хорошо, приедем, я позвоню. А вы как себя чувствуете? — Надо у старичка поинтересоваться.

- Что тебе сказать? Потихоньку скриплю пока, для моего возраста нормально, спасибо, что поинтересовался. Значит, ждать буду, да и вообще, Вадим, приезжай ко мне когда захочешь, я всё время дома.

- Спасибо. Можно с девушкой?

- Нужно. Ну пока, сын. - Так непривычно, два отца.

- Пока... отец... - Надо ответить тем же.

Отцом назвал, по факту, биологического отца, а с жизненной позиции... чужого практически человека. Да, повезло тебе, Вадим, по жизни, ничего не скажешь, ни-че-го!

***

- Ты снова уезжаешь? - Мама зашла ко мне в комнату, я собирал вещи, учебные принадлежности.

- Привет, мам, да, я уезжаю, приеду завтра в это же время, не скучай. - Поцеловал её.

Она покачала головой, вздохнула.

- Пообедай хотя бы дома, ну что ты всё время бежишь, кстати, ты не к Егорову?

- Нет, не к Егорову, и не к Меркуловым, я совсем по другому адресу еду. - Успокоил немного.

- Ну тогда понятно куда, только Вадим... Всё это как-то... Непонятно, по меньшей мере.

- Что непонятно? Скажи, послушаю.

- Дина, она как вроде сестра тебе, что отец скажет? - Посмотрела она на меня.

- А сейчас что говорит? Думаю, он не против, а Дину... Я люблю её. - Посмотрел в глаза матери.

Она покачала головой, улыбнулась.

- Любишь... А она тебя? Не очень ты с ней хорошо общался, я заметила, а сейчас говоришь: люблю.

- Я её с первого взгляда полюбил, она... Она тоже любит меня, так что женюсь скоро, понимаю, что рано, но что делать?

- Смотри сам, ни отец, ни я неволить тебя не будем. Вы поосторожнее там, глупостей не наделайте. - Предупредила мама.

- Ребятишек, ты имеешь в виду?

- Вадим! Язык немного прикуси, что сказала, то сказала. - Она потрепала меня по голове. - Сам ещё ребёнок, какие это годы — восемнадцать лет? Малые.

- Мама, ну ты и скажешь, совсем взрослый уже стал, сама не видишь, выше тебя на две головы. - Засмеялся в ответ.

- Да я не рост имела в виду, а разум, разумом-то дитя ещё. - Улыбнулась мама. - Ну что же, поезжай, останавливать тебя вижу бесполезно.

- Ты как всегда всё понимаешь, тётя будет звонить, привет ей, отцу тоже. - Помчался я к двери, мне сейчас Дину увидеть надо, иначе я умру.

***

Динка! Закружил свою Динку по комнате, не мог дождаться вечера, соскучился ужасно.

Динка... И я жду не дождусь. Вот чем ты меня так привязал к себе?

А ты... Динка... Одна ты на уме... Дальше всё... Улёт! Космос!

***

Скажи, Алиска постоянно тебя так достаёт? Мы после душа отдыхали, распаренные и расслабленные.

Ещё не так, сегодня хоть без пошлостей, а бывает, что слушать стыдно, такие вещи говорит при Косте и Андрее, у меня уши гореть начинают, а ей хоть бы что.

Я же говорю тебе, Алиса не так проста, как ты думаешь, иди сюда, больше тебе никто ничего не скажет. Положил её на себя прямо.

Я не понимаю, то Машу это всяко называла, теперь же, оказывается, они подруги.

Подруги? Ты так ничего и не поняла, Дин, в нашей жизни, я имею в виду жизнь мажоров, нет ни друзей, ни подруг, каждый сам собой, у всех родители не просто богатые, а супербогатые. Приятели есть, знакомые — да, остальное не приветствуется.

Понятно, печально, конечно, но это, видно, факт. Ответила она с грустью.

И Алиска при первом удобном случае отвернётся от Машки и предаст, Машка поступит с ней так же, и не только с ней, с каждым, если это будет касаться её интересов.

На подлость идут, не задумываясь ни о чём, так?

Так, Диночка, так, и поверь, не только они. Ответил ей, противно это, но как есть.

- Мы с тобой ужинать будем? Ты почему молчишь? - Дина прижалась своей щекой к моей щеке, такая тёпленькая, нежная.

- Не знаю... Мне и так хорошо, но, если пригласит хозяйка, не откажусь.

- Соболев... Какая из меня хозяйка? Хозяин-то ты, а не я, но за стол приглашаю, сейчас разогреем что-нибудь в микроволновке и поедим. - Укорила и порадовала меня Дина.

***

- Дин, мне отец сегодня звонил. - Забыл ей про Егорова рассказать, только сейчас вспомнил.

- Мне он тоже звонил, ничего плохого не сказал. - Быстро ответила она.

- Я не Соболева имею в виду, звонил Егоров, попросил в воскресенье приехать за ним, он с нами на кладбище поедет. Ты, надеюсь, не против?

- Нет, конечно, почему я должна быть против? Молодец какой, и памятник твоей маме поставил, и могилу навещает, да, Вадим, как в жизни всё странно. - По-философски рассудила она.

- Да ничего странного, по-человечески поступает, как и должен. Кстати, он в гости приглашал, я спросил его: «С девушкой можно?» Он ответил: «Нужно». Так что ещё и в гости к нему съездим.

- Странно, куда я попала? Никогда не думала, что попаду в такое общество, в высшее, а ведь я и вправду правил поведения не знаю, вернее, внешние приличия научили меня соблюдать, я думала, и все такие, но, познакомившись поближе с представительницами и представителями этого общества, поняла, не так уж оно идеально, каким я представляла.