Цвет королевской непорочности

Часть 10. О рыжеволосых видениях и пылкой страсти

Иногда нам кажется, что у жизни лишь одна сторона, но абсолютно всегда у одних поступков есть и другие оправданья ©

После нападения прошло два дня. Джек приказал пиратам поменять курс, но даже не сказал, в какие края отправляется «Риф». Казалось, будто Ларри и остальные без лишних объяснений поняли, куда теперь следует держать путь. Будто существовал какой-то запасной план, в который были посвящены все, кроме меня.
Дьявол не появлялся вторые сутки, а я сходила с ума от съедающих меня чувств. От того, сколько бед разом навалились на хрупкие плечи.

Рей без сознания лежал в каюте Вильяма, Пачия оплакивала малыша Тэдди, которого очень любила, Ларри больше не разговаривал со мной, замкнувшись в себе. От общего горя я пребывала в ужасной прострации из которой, на данный момент, не было выхода. Казалось, будто я стала призраком без телесной оболочки, обреченная на бессмысленное, тленное существование там, где мне не место.

 Когда наступил поздний вечер, я снова вернулась в свою каюту, решив поспать хотя бы час. От мыслей в голове дрожали руки, а перед глазами то и дело всплывали картинки недавнего ужаса. Джек дважды меня спас, но особой благодарности я не ощущала. Слишком сильным было потрясение от случившегося. Тэдди было так мало лет, у него впереди была еще вся жизнь, которую у него отняли. Сначала мучения в приюте, а теперь такая ужасная участь. За что? Чем это все заслужил маленький ребенок, с самого начала лишенный всего?

Я не понимала законов этой жизни.

Сон не шел уже третий час и взгляд бездумно блуждал по потолку. Развалившись на кровати, я сосредоточилась на своем дыхании до тех пор, пока слышать этот звук стало невыносимо. Поднявшись, я оглядела каюту. Все та же темная комната с пушистым ковром и прикрученной к полу кроватью. И еще пара малоизвестных предметов, стоявших по углам.

В шкафу из красного дерева, который я раньше не трогала, после недолгих поисков обнаружилась бутылка янтарной жидкости. Осторожно откупорив пробку, я вдохнула спиртной аромат, мгновенно зайдясь кашлем. Запах был слишком резким, чтобы легкие остались к нему равнодушными. Пара глубоких выдохов и я, закрыв нос пальцами, сделала два глотка. Жидкость обожгла горло, лавиной спускаясь по пищеводу в желудок. Согнувшись пополам, я переждала, когда жжение прекратиться и сделала еще один глоток. Второй раз было уже не так противно и больно, в висках перестало гудеть, но я все равно поморщилась от горького послевкусия на языке.
Ноги от чего-то понесли на палубу, не желая оставлять дурную голову и больной организм в каюте.

Устроившись на бочке около правого борта, я снова пригубила бутылку. Ночь была уже по-настоящему холодной, и персиковый свитер очень плохо справлялся со своей тепловой задачей. Пальцы онемели от холода, по спине прошелся хорошо ощутимый озноб, но я даже не сдвинулась с места. Алкоголь помогал не замерзнуть окончательно, и мне этого хватало.

Время текло медленно, словно ленивая река, отсчитывая привычные минуты.

Я дышала глубоко и тяжело, борясь с душащими меня слезами. Грудь вздымалась от каждой неудачной попытки сдержать судорожный всхлип. Оставив бутылку на бочке, я перегнулась через борт глядя на то, как вода ледяными брызгами разбивается о дно.
Искусанные губы щипало от следов спиртного, но я уже попросту не обращала на это внимания. Голова стала тяжелой и начало клонить в сон.

Закрыв на миг глаза, я успокоила расшалившиеся нервы и уже было хотела возвращаться, как среди черной пропасти вдруг засветилась рыжая точка. Раскрыв от ужаса рот я наблюдала за тем, как из воды по пояс показалась девушка. Голубоглазая незнакомка приложила к губам указательный палец, призывая меня к молчанию. Щелкнув пальцами, она начала приближаться и уже через секунду ее лицо оказалось ровно напротив моего. Холодные глаза заворачивали, рыжие волосы щупальцами обвивали тонкие плечи. Длинный зеленый хвост был полностью погружен в волну, на которой восседала прекрасная русалка.
Прикусив до крови нижнюю губу, я ощутила резкую боль и солоноватый привкус во рту. Видение, вопреки моим ожиданиям, никуда не исчезло, а напротив лишь улыбнулось уголками губ.

Русалка протянула ко мне руку, касаясь холодной ладошкой разгоряченной щеки и заставляя вздрогнуть. Вспомнились слова Рея о том, как были опасны эти создания, но я совершенно не чувствовала тревоги. Русалка просто смотрела мне в глаза, изучая при этом каждую деталь внешности и улыбаясь с каждой секундой все шире.

— Дочь Рэбекки, — прошептала рыжеволосая красавица, глядя на меня с теплом в таких, казалось бы, не способных на теплоту глазах.

Я онемела. Язык не слушался, беспомощно прилипнув к мягкому небу. Все происходящее казалось мне глубоким сном, но саднящая губа и мурашки по всему телу говорили об обратном. Это была явь. Сумасшедшая, невероятная, но явь.

Русалка ждала, когда закончится мое оцепенение, чтобы продолжить едва начавшийся диалог. Я не сомневалась — ей было, что сказать мне. Бледное лицо оживилось, больше походя на лик миловидной девушки, чем на портрет морской убийцы. Правда, когда онемение прошло, со стороны кают послышались шаги, и русалка быстро нырнула обратно в воду. В шоке распахнув глаза я едва не перевалилась за борт, пытаясь высмотреть среди кругов на воде ее рыжую голову.

— Снова попытки покончить с собой? — коснулся моих ушей уставший, хриплый голос.

Медленно обернувшись, я встретилась лицом к лицу с Джеком. Выгнув бровь, он с удивлением уставился на стоящую неподалеку бутылку янтарной жидкости, а потом снова перевел свой взгляд на меня, ожидая объяснений, которых не последовало даже спустя пять минут молчания.

— Разоряешь мои запасы?

— А где написано, что это твое? — возразила я чуть заплетающимся языком. Дьявол на это усмехнулся, но усмешка оказалась холодной и совсем-совсем неискренней.