Цвет любви - рыжий!

2

Вот так ее планы перевернулись с ног на голову.

Зато с Ленкой все всегда стабильно. Вечером они сидели перед теликом, с огромной пиццей «Пепперони» и бутылочкой «Просекко».

– Ну я не знаю, – философствовала Ленка, откусывая кусок пиццы. – С одной стороны – да, попала. Прощай, Неаполь! Коктейли, смуглые красавчики… С другой – а ты глянь, как похоже на ромком! Милое такое начало… Городская злючка-карьеристка приезжает в деревню, влетает в брутального фермера с добрыми глазами, находит себя и забывает про айфон...

– Я не злючка! – возмутилась Алиса. – И там одни пенсионеры да коровы. Никаких брутальных фермеров, только брутальные старушки с тяпками. И куры.

– Скучновато, да... Прям как меня в школе засылали… Ну тогда… ты просто отдохнешь от нас. Поспишь, воздухом подышишь. Расслабишься. А я пока без тебя съезжу. Все красавчики – мои! – Ленка подмигнула. – Серьезно, Лиска, не загоняйся. Две недели – и ты свободна. А мамина благодарность будет безгранична… Тур она уже обещала. Потом еще и новую сумку выклянчишь. Хочешь «Гуччи»? Оригинал!

Алиса подавилась куском пиццы.

– «Гуччи» за две недели в огороде? Сомневаюсь я чот в такой конверсии, – хмыкнула она. – Лет пять отрабатывать…

Но идею на заметку взяла и решила попробовать. Не «Гуччи», конечно, но вот насчет «Стратберри» или «Вандлера» стоит подумать… Ленка найдет выгоду в самой безнадежной ситуации.

Они просидели до двух ночи, болтая обо всем на свете.

Когда подруга ушла, в квартире воцарилась тишина.

Алиса вздохнула и решила уже собрать чемодан. Только теперь не в Италию, а в деревню. Джинсы, футболки, ветровка, пауэрбанк, пижамки и так далее. Славно, что книжки уже накачала – единственная надежда на спасение от скуки. Там небось и с интернетом проблема…

Наконец, с чемоданом было покончено.

Вдруг Алисе послышались странные звуки. Сначала щелчок, потом треск. С улицы, что ли? Петарды? Она прислушалась. За окном бормотал о чем-то своем ночной мегаполис.

Может, с кухни? Она снова прислушалась, а потом и принюхалась – повеяло незнакомым.

Зашла на кухню, огляделась. Вроде бы все как было…

И тут ее взгляд упал на подоконник.

Там, в маленьком глиняном горшке, боролся за выживание кустик мяты. Обычная мята, из многолетних. Мама принесла, давно еще. Сказала, что привезли от бабушки. Мол, та просила, даже настаивала. «Пусть постоит, тебе же не жалко, а старушке приятно».

Алиса поливала кустик изредка, больше по привычке. Пучок бледно-зеленых листочков влачил жалкое существование. Но выбросить рука не поднималась. Протягивала к нему руку… и поливала, а не выбрасывала.

А сейчас… Да это вообще невозможно!

Мята раскинулась пышным ярко-изумрудным куполом, буквально лопаясь от сочности. Да она с полметра высотой!

Стебли стали толстыми и упругими, а листья – крупными, резными, испещренными темными прожилками. От них исходил сильный, дурманяще-свежий аромат. Он наполнял всю кухню, перебивая даже запах недавней пиццы.

Алиса моргнула, протерла глаза, моргнула снова. Подошла поближе, опасливо потрогала листок.

Он был влажным, будто только что вымытым росой, и на пальцах остался холодок. Алиса рефлекторно отдернула руку.

– Ты чего?! – удивилась она вслух, обращаясь то ли к мяте, то ли к самой себе. – Вчера была полудохлой… Может, Ленка что-то подлила? Шутки дурацкие...

Но что делать с вещами, которые не объяснить? В третьем-то часу ночи?

Алиса пожала плечами и решила все списать на свою невнимательность и случайность. Она выпила воды, погасила свет и отправилась в спальню. Но ощущение недоумения шло следом и осталось где-то на задворках сознания.

Она уснула, едва сомкнув веки.

Сны набежали сразу. Они не походили на ее обычные: бытовые и слегка тревожные. Это были совсем другие, ни разу не знакомые сны!

Вот Алиса стоит на краю поля, утопающего в тумане. Но это не холодный сырой туман и не городской смог. Он теплый, золотистый, как мед или янтарь. И пахнет свежескошенной травой, земляникой и, едва уловимо, знакомым, детским – пряниками с молоком.

Сквозь пелену тумана просачивался мягкий свет. И разливался повсюду. Алиса сделала шаг. Вокруг нее зацвели голубые незабудки – крошечные, нежные.

Она шла, оставляя за собой светящийся след. Туман расступился, открыв тропинку, усыпанную лепестками яблони, хотя стояло лето.

Затем Алиса оказалась у ручья. Удивительного ручья.

Вода в нем текла не как положено, а по спирали, ныряя воронкой под землю, а потом выныривая родником и снова закручиваясь. Пузырьки воздуха сверкали в ней, как самоцветы.

Алиса присела на корточки и зачерпнула ладонью воду. Та оказалась не мокрой, а… упругой, как желе, и переливалась всеми цветами радуги. Но в ладони превратилась в обычную воду.

Попробовав ее на вкус, Алиса почувствовала невероятный прилив бодрости и безотчетной, ничем не обусловленной, радости. Как бывает в пять лет, когда тебе дарят самый большой и красивый воздушный шар.