Цвет любви - рыжий!

4

И в этот момент сзади раздались какие-то непонятные звуки. Алиса обернулась.

Словно из ниоткуда на дороге появилась лошадь, впряженная в телегу. Настоящая деревенская подвода, с высокими деревянными колесами и оглоблями. Как в прошлом веке… Нет, как в позапрошлом!

И настоящая, живая, лошадь! Крупная, коричневая… то есть гнедая, с заплетенной в косу гривой. Лошадь мерно вышагивала по дороге, а телегой правил пожилой бородатый мужичок. Его сильно обветренное лицо вызывало доверие и сразу показалось Алисе добрым.

Телега остановилась. Возница прищурился на Алису и улыбнулся, глубокие морщины разбежались от его глаз.

– Эй, красавица! – позвал он хрипловатым голосом. – Небось к Любаве? Садись, подвезу.

Алиса замерла от изумления. Откуда он знает? И разве бабушку Любу зовут не Любовь, а Любава? И откуда вообще здесь, в двадцать первом веке, взялась эта древняя повозка?

Ей бы насторожиться…

Еще вчера она бы и насторожилась. А как иначе? Подозрительный мужик посреди поля предлагает подвезти одинокую девушку. «Садыс, кырасавыца», ага. Знаем мы…

Но то ли поглупела она, сойдя с поезда, то ли воздух тут такой… располагающий… Ни тени волнения не возникло в душе Алисы.

– Я… Спасибо, – растерянно проговорила она. – Вам правда по дороге?

– А то как же? Куда ж тут ышшо? Садись, не боись. Гнедко не кусается, он у нас смирный. Чемодан свой давай сюда.

Алиса позволила забросить чемодан в телегу, а сама уселась на жесткую доску рядом с возницей. Подвода тронулась, заскрипела и покатила потихоньку по дороге.

Алиса покачивалась в такт мерному цокоту копыт. Не бизнес-класс, конечно, зато как интересно!

Запахло лошадиным потом, сеном и еще потянуло чем-то со стороны – может, дымом, а может, самой землей. Вскоре они перевалили через вершину холма, вдалеке блеснула речка, а за деревьями на пригорке над ней Алиса увидела деревеньку.

Возница молчал, лишь изредка покрикивая на лошадь:

– Н-ну, милая, пошевеливайся, ночь на носу.

Алиса поймала себя на мысли, что на нее он вообще не смотрит. Он глядел куда-то вдаль, на заречные луга, и глаза его были очень светлыми, ясными, не по-деревенски пронзительными.

Так и доехали до самой околицы.

Деревня оказалась совсем маленькой, но удивительно ухоженной: дюжина домиков под двускатными крышами, тонущих в садовой зелени. То там, то тут, словно разбросанные по садам, возвышались отдельные высокие деревья, вовсе не плодовые – Алиса издалека узнала среди них сосну, и, вроде бы, дуб или клен.

Сверху открывался вид на извилистую ленту неширокой реки, блестящую на закате. Внизу, у воды, медленно шла, позвякивая колокольчиком, пестрая корова, а у колодца женщина набирала воду в ведра.

Коромысло! Алиса разглядела у нее настоящее коромысло!

Дым из труб поднимался вертикально, подчеркивая безветрие. Над рекой уже разливался тонкий вечерний туман.

А пахло… пирогами! Прям-таки витал в воздухе сдобный, невероятно домашний запах свежей выпечки.

– Вон он, Любавин, – ткнул пальцем возница, указывая Алисе на второй от края дом, утопающий в таком буйстве цветов, что сам казался пряничным. – Иди, давно ждет тебя.

Он поставил ее чемодан на траву. Алиса спрыгнула на землю.

– Спасибо вам огромное! Вы меня очень выручили.

Возница усмехнулся в бороду и обронил:

– Ступай с богом.

Алиса пошла по тропинке. Отворила калитку, которая даже не подумала скрипнуть, и обернулась, чтобы еще раз кивнуть на прощанье.

Но позади ничего не было. И никого. Ни телеги, ни лошади, ни подозрительного мужичка.

Куда же они могли скрыться так быстро? Подвода ведь не чемодан, в кустах не спрячешь. Они просто испарились в густеющих сумерках!

Алиса на мгновение замерла, по телу пробежала легкая дрожь – не страха, а скорее, изумления.

– Показалось, – быстро убедила она себя, не замечая, что говорит вслух. – Устала с дороги. Или это местные так быстро ездят…

«Какой же русский не любит быстрой езды?» – вспомнилось ей немного невпопад.

Отогнав сомнения, она повернулась к бабушкиному дому. Он оказался невысоким, бревенчатым, явно старым, но очень опрятным. Резные наличники на окнах выкрашены в яркую бирюзу. По стенам – незнакомый вьюн, и цветы у него – с махровыми лепестками персикового цвета. Они словно светятся изнутри в наступающих сумерках.

«Как фосфор»... – рассеянно подумала Алиса, осматриваясь по сторонам.

Рядом с домом она ожидала увидеть огород: ну, там, грядки всякие, картошку-морковку, что еще сажают в деревне. Но там оказался вовсе не огород – или уж точно не такой огород, как представляла себе Алиса.

Это больше напоминало буйный, совершенно сказочный и даже немного безумный цветник, где все росло вперемешку: высокие мальвы с бархатными цветами; разноцветные розы – и кустовые, и плетистые; белые ромашки, розовые эхинацеи, голубые дельфиниумы, какие-то причудливые травы с серебристыми листьями…