Цвет любви - рыжий!

42

Владимир, весь сияя от радости, подошел к Алисе и, указав на каждый из возрожденных домов, торжественно объявил:

– Отныне это твои дома, хранительница. В них можешь останавливаться ты и твои спутники, когда путь будет лежать через наши земли. Для чужих правило строгое, сама понимаешь, но ты… ты им теперь своя, они тебя и твоих друзей не тронут. Кровью и даром своим это заслужила.

Дом, рядом с которым теперь рос потомок Древняка, оказался самым большим и прочным. Сейчас, после чудесного преображения, в нем появилось что-то неожиданно гостеприимное и уютное, будто он сам был бы рад принять путников.

– Этот дом, – объявила подошедшая Любава, – отныне будет гостиным, гостевым. Для всех, кто приходит с миром. Чтобы больше никто не ночевал под открытым небом. Дерево проследит за сим!

Сказала, как припечатала, и никто не осмелился возразить или усомниться в ее словах.

Подошел и Владислав. С восхищением смотрел он на Алису. Восстановленная деревня вернула силы всем, кто в ней был, в том числе – ему и Любаве. Теперь можно было праздновать победу. Победу полную и безоговорочную.

В лучах заходящего солнца резная тень колодца красиво падала на свежевыросшую траву, густую и пышную... Кажется, или она шевелится?

Да это же кот! «Эка невидаль в деревне», можно было бы сказать. Но сказать так нельзя, поскольку до сих пор в обеих деревнях Алиса видела только одного кота, и звали его…

– Котофей? Ты ли это? – изумилась она.

– Ба, Котофей Игнатьич пожаловали… – раздался позади насмешливый голос Любавы. – Рыбки изволишь или чего посущественнее? Так у нас того нету, попроси у хозяев наших, они как раз пир затевают, пригласят и нас, и тебя.

Однако огромный дымчатый кот на нее даже не посмотрел. Он сидел в траве, в тени колодца, уставившись на Алису круглыми зелеными глазами.

«Вроде, в прошлый раз были желтые? Или серые? Не поймешь этих кошек…» - подумала Алиса, прикидывая, как бы отойти от усатого подальше. Мало ли, что у котика на уме. И как он тут, вообще, оказался?!

А кот посмотрел-посмотрел, да и подошел ближе. Ткнулся лбом ей в колено, даже вроде бы что-то муркнул, потерся о ноги и гордо удалился в сторону околицы, задрав пушистый хвост. Только его и видели.

– Хм… И что это было? – только и смогла произнести Алиса ему вслед.

– Кот. – Рассмеялся Владислав. – Наш, деревенский.

– А… откуда он тут?

– Так он и их деревенский. – Снова рассмеялся Влад.

– Как это? – не поняла Алиса.

– Как у котов. Ты думаешь, он твой. Сосед думает, что его. А на самом деле это вы - его, а он - свой собственный.

Алиса немного обдумала эту мысль и нашла ситуацию, конечно, забавной, но все же непонятной. Далековато как-то.

– А не далековато ему туда-сюда-то бегать? – тут же спросила она.

Влад посмотрел на нее с улыбкой.

– Это ты спрашиваешь? Ты?! Госпожа древостражей, гранд-матерь Залесья, супер-вумэн всея Дальнего Леса и Темного Подлесья, госпожа Изнанки Бытия? Я вырежу о тебе комикс на стенах твоего дома! Ха! Нет, пусть лучше Василиса соткет гобелен с повествованием об этом подвиге. Она может сделать такой, чтобы на нем все двигалось, как в кино…

Алиса ошарашенно посмотрела на него, а потом рассмеялась – и смеялась, смеялась – долго не могла остановиться. Аж заболели бока. Никогда в жизни она так не смеялась. Владислав с пониманием кивнул:

– Свежий воздух, здоровое питание. Целительные свойства деревни. Поэтому-то я сюда и переехал.

Алиса снова покатилась со смеху, но теперь уже вместе с Владиславом. Это сказывалось снятое напряжение. Все страшное – позади. Они победили.

Они неизменно побеждали. Сначала сделали, казалось, невозможное – спасли Влада. Потом совершили немыслимое – изгнали порчу из Залесья и насадили в нем новые деревья-стражи, да еще какие! Потомок самого Древняка…

Посадили их взамен порубленных когда-то жителями то ли со страху, то ли по глупости - Алиса еще попросит рассказать эту историю подробнее. А сейчас время радоваться и праздновать!

Стемнело, но в деревне было светло. На большой площади пылал огромный костер, в домах горели окна, по веткам деревьев и травам пробегали мерцающие огоньки. Светлячки и злотницы носились в воздухе, а в садах и на клумбах благоухали и источали сияние ночные цветы.

Сначала местные закатили большой пир: вынесли длинные столы, застелили их и уставили яствами. Парни вырядились скоморохами и потешали остальных.

Потом устроили пляски, и вот тут уже разгулялись по-настоящему. Веселье в эту ночь плескало через край – возможно, по верхушкам крон Дальнего леса докатывалось и до самых холмов. Кто знает, может, молодой Древняк, что вырос там на месте старого, тоже притоптывал да прихлопывал, а древние заросшие мхом лесовики недовольно ворчали в своих чащобах.

Алиса быстро освоила простые движения и плясала вместе со всеми. Вот чего бы от себя совсем не ожидала еще пару дней назад. Что-то в ней стремительно менялось – то ли из-за резкой смены обстановки, то ли от близости привлекательного мужчины, то ли под действием силы, прораставшей в ней (или даже сквозь нее).