Цвет моих глаз

Факел 2. Город забытых людей

На смертном одре с облегчением видишь, что почти все твои страхи были совершенно напрасны.

Кшиштоф Конколевский

Свобода – это возможность сказать, что дважды два – четыре.

Джордж Оруэлл

Свобода означает ответственность. Вот почему большинство людей боится свободы

Джордж Бернард Шоу

Каждая сожжённая книга освещает мир.

Ралф Эмерсон

Есть произведения, которые создаются своей аудиторией.

Другие – сами создают свою аудиторию.

Поль Валери

Я отложил в сторону книгу, только что мною дочитанную.

- Ну как она тебе? – спросила меня Лена.

Я ещё раз посмотрел на полностью зелёную обложку небольшой книжки, на которой большими буквами были выведено название рассказа, полностью соответствующее внешнему виду вещи – «Дневник зелёного цвета». Буквы были лаймового цвета. Верх минимализма.

- Ну-у, знаешь, такая литература не по мне.

- Почему же?

- Мне ближе рассказы о реально существующем мире, чем о таких фантастических мирах, где кому-то было не лень красить траву в синий цвет.

- Ну, или же выводить особый вид синей травы. Хотя откуда нам знать, может это просто особенность той территории.

- Не суть. Просто я говорю о том, что лучше писать о том мире, который окружает нас. Разве в нём кончились проблемы, о которых можно написать?

- Костя, ты же понимаешь, что это всё одна большая метафора?

- Да понимаю, конечно, но выглядит это как-то надуманно. Мир, в котором все сходят с ума по зелёному или синему цвету. Слишком гиперболизированная мания.

- То есть люди, которые скупают какие-то красные овалы на белых холстах за миллионы, люди, стоящие в гигантских очередях, чтобы купить билет на концерт непонятной рок-группы, люди, которые стреляют друг в друга только потому, что их государства ведут войну, тебя вообще не смущают? Или ты забыл, что мы в этом поезде из-за одного нашего цвета глаз? Мир вокруг сам по себе гиперболизирован. И это потому, что его таким делают люди.

- Да уж, пробило же тебя на размышления.

- Книги для того и созданы, чтобы размышлять.

- Что ж, не буду спорить. Ладно, сойдёмся на том, что эта книга не мусор, но и не шедевр.

- Представь, что кто-нибудь сказал такое о твоих набросках, тебе бы было приятно?

- Вообще-то да, потому что я люблю, когда люди говорят правду. Тем более я-то не претендую на звание писателя. Я просто записываю свою жизнь и всё. Это просто автобиография.

- Ага, однако кто-то в этой автобиографии не скупился на метафоры, сравнения и другие средства выразительности.

- Ну, Лена…

В этот момент в нашу дверь постучали. Через две секунды дверь открылась. Это был Семён Геннадьевич.

- Всё ещё не спите? – спросил он у нас.

- Да как уж заснуть после такого, - ответил я, - Поджигание Великих зданий распространения лжи в принципе не способствует быстрому засыпанию. Бодрит лучше, чем кофе! Прекрасный совет для тех, кому не нужно засыпать: просто подожгите какую-нибудь ужасную картинную галерею и всё, сон спадёт сам собой. Плюс один в копилку моих псевдомедицинских советов!

- Кстати, Семён Геннадьевич, - начала Лена, - Вы читали рассказ «Дневник зелёного цвета»?

- Да, читал, причём довольно давно.

- И как Вам?

- А что, у вас появились разногласия?

- Да, пожалуй, существенные, - отозвался я.

- Тогда не в моих интересах вступать на чью-то сторону. Останусь на нейтральной позиции.

- Ладно, - произнёс я, - раз ты, наш неожиданный друг без монокля, не хочешь вступать с нами в литературную дискуссию, то расскажи нам, пожалуйста о Городе забытых людей – ГЗЛ… Нет, аббревиатура не очень, без аббревиатур. Нам нужно знать куда мы едем. Об этом городе я знаю только по одной твоей фразе и то смутно понимаю суть. Перескажи всё заново.

- Город забытых людей или, если вам угодно, Забвенный город – это место, где находят себе дом те, кому не нашлось места в мире людей, у которых жизнь зависит от цвета глаз. Поэты, писатели, художники, музыканты, а также учёные, изобретатели, первооткрыватели и просто разумные люди, не согласные с общими стереотипами. Это оазис разума среди моря заблуждения. Место, где можно по-настоящему быть свободным!

- Звучит заманчиво, - отреагировал я.

- А как Вы узнали об этом городе? – спросила Лена.

- В молодости я часто взаимодействовал с творческими объединениями людей, не согласными со стереотипом цвета глаз. Некоторые из них, следует сказать, были крайне радикально настроены. Ни в одно из подобных объединений я не входил несмотря на то, что каждое из них желало видеть меня в своих рядах. Во-первых, хоть я, порой, творил крайне незаконные вещи (благо, правоохранительные органы знают не о всех из них), но я не был радикалом. Во-вторых, я просто не хотел ограничивать себя каким-то одним направлением, какой-то одной идеей, и поэтому форсировал между островами творчества. И один парень из какого-то подобного сообщества сообщил мне о существовании подобного города. Помнится, он сам собирался уехать и предложил мне отправится туда с ним. Я отказался, но запомнил. Очень хорошо запомнил.