Цвет жизни

Глава 4. Холостяк

Утро показало, что я зря переживала за свою честь. Даже промелькнула мысль – а не порча на мне!? Нет, не подумайте, что я, как та дамочка, которая отшучивается, якобы мечтая о нападении насильника. Меня другая сторона общения «мужчина-женщина» напрягла. Ректор при всей его видимой симпатии никогда не проявлял буйства страстей… Вассар в точности повторяет его поведение.

Повторюсь, я вовсе не хочу притязаний со стороны демона, но… это самое «но» бередит либидо. Хочется верить, что мужская симпатия не выходит за рамки в силу возраста обоих мужчин. И Вассар, и Кир Маккей – товарищи зрелые. Не подростки, у которых кровь приливает только к нижней части тела. Обоим принцам знакомо такое качество, как невероятная выдержка. Душить в зародыше эмоции их учили с самого детства. Тут даже не надо к гадалке ходить. Дворцовая жизнь накладывает сильный отпечаток на становление личности.

Я уверена в этом хотя бы потому, что мне не хотелось думать, что причина во мне. Порча – это лишь шутка, за которой скрываются сомнения и тревоги. А кому нравится зацикливать на себе неприятные выводы?!

Посмотрев на своё отражение в зеркале, плеснула в лицо воды, смывая со щёк пылающий жар.

– Вот-вот! Надо закругляться с этим, – буркнула недовольно я, вытираясь мягким чистым полотенцем. – И Вассару сказать, чтоб руки не распускал. В конце концов сам же о паре моей говорил!

Я подарила своему отражению хмурую моську. Оно аналогично ответило мне тем же.

– Вера?

Стук в дверь спальни отвлёк от детских игр.

– Иду… – воинственное настроение приготовилось исключить любой флирт со стороны демона.

Так было, пока я не открыла дверь и не увидела Вассара с миленькой одинокой ромашкой в руке.

– Доброе утро, Вера. Это тебе, – принц демонов улыбнулся, когда я заторможено взяла ромашку. – Увидел её сегодня в парке… она очень похожа на тебя.

– Чем же? – от подозрительности в голосе избавиться не получилось.

Вассар невозмутимо отодвинул меня в сторону и прошёл в комнату.

– Язык цветов твердит, что ромашка отвечает за благие намерения, невинность и чистоту. Этот стойкий цветок еще связан со сдержанностью, выносливостью, умением ждать.

«Ага. А ещё с первой любовью и искренностью романтических мечтаний, если я не ошибаюсь…»

– Вассар, – я запнулась, не зная, как начать. Одно дело думать, и другое – сказать. Желание разобраться свернуло куда-то не туда. – А у тебя есть пара?

Демон махнул рукой, одним движением застилая постель.

Вид принца из доброжелательного резко трансформировал в мрачный, нелюдимый.

– Была.

– Была… оу.

– Оставь, – демон развернулся ко мне, натягивая механическую улыбку. – Это было слишком давно. Я встретил её слишком молодым, чтобы защитить. Мне понадобилось почти девять веков, чтобы воспрянуть и обратить внимание на необратимое увядание своей расы.

– Защитить?

Взгляд Вассара оценивающе скользнул по чёрной сетке корсета золотого платья, которое я надела перед походом в ванную комнату, кивнул своим мыслям и открыл дверь.

– Я расскажу. У нас до вечера уйма времени. Только позволь сначала пригласить тебя на завтрак.

Мы спустились в трапезную, где уже работали демоны в бордовых ливреях, накрывая на стол. Спустились в тишине, размышляя каждый о своём.

Я села по правую сторону и приготовилась слушать принца, радуясь, что Вассар не обиделся на мой бестактный вопрос.

«Чёрт меня дёрнул спросить о его паре…»

– Итак, – принц широко улыбнулся, беря вилку в руку. Я бы даже сказала – кровожадно. Сразу расхотелось совать нос и вообще задавать вопросы на тему личной жизни демона.

Я даже уже открыла рот, чтобы остановить мужчину и извиниться перед ним, но Вассар не дал, начав своё повествование:

– Когда я почувствовал притяжение пары, мне было не больше сорока лет. Чтобы ты понимала, сорок против тысячи прожитых годков большинства демонов – это ничто. В те времена все пробудившиеся считались лишь радарами для выявления цели.

– Прости, пробудившиеся?

– Демоны, почувствовавшие пару.

– Оу. – От удивления я забыла, зачем села за стол. Продолжила игнорировать столовые приборы. – То есть…

– Все верно, – беспечно подтвердил мои догадки Вассар, – как только я дёрнулся искать пару, за мной увязались несколько самых влиятельных, опытных демона.

– Я не понимаю… разве твоя пара может стать их?!

– Раньше так считали.

– А на самом деле?

Вассар поморщился.

– Фактически – да. Понимаешь, вся эта «парность», по сути, лишь работа природы. Мир так устроен. Мы должны продолжать свой вид и передавать ему генетическую информацию… и не только генетическую в случае с разумными существами. Так вот, притяжение для демонов работает так: оно указывает на самый лучший вариант для выполнения задачи мироздания. Людей много, а нас слишком мало. Мы постоянно на грани вымирания. После вавилонской трагедии выбираться на поверхность стало невероятно трудно. Соответственно, каждый пробуждённый – это возможность выйти на поверхность и урвать кусочек счастья. Это шанс на продолжение рода. Учитывая, что все демоны – это представители одной расы, пара по закону моего отца принадлежала сильнейшему, а не пробудившемуся. У меня просто не хватило сил и опыта, чтобы отстоять свою пару. Её вырвали у меня из рук. Я даже не знаю, как девушку звали.