Цветение сакуры

11. А может...

Странная ночь. Бессонная ночь. Давно такого не было. С единственной разницей, что раньше такими ночами я плакала в подушку.  Сегодня же я не могла унять свое сердце, которое рвалось и тосковало по тому, кто спит в соседней комнате.

Ворочаясь, прокручивала события последних дней. Но, так или иначе, все мои мысли крутили возле него. Юнги. Вспоминались все, до мельчайших подробностей. А от сцены на кухне сердце бросается вскачь и становится трудно дышать.

Рывком сажусь в постели.

- Да, что со мной? Влюбилась?! – с ужасом хватаюсь за голову. Другого объяснения не вижу. Как такое возможно? Зареклась же. От этих чувств одни проблемы будут…как пить дать. Главное, чтобы про них никто не узнал.

«Да кто о них узнает, если ты сама не скажешь?» - вставляет саркастичный голос разума.

- Ну да. Если верить стаффам, то завтра каждый сам по себе, не будет никаких совместных мероприятий, поэтому можно на весь день уйти в город. А там начнутся съемки. Не до чувств и всякой чуши…останется только  продержаться до отъезда и все. А дома…дома я справлюсь с этими чувствами. По крайне мере, можно будет списать все на фанатское обожание, – уверила себя я сквозь сон, заглушая боль от последней мысли. Почему что-то вспомнилась строчка из песни «…Я не умру без твоей любви, но только болит в груди…наверно сердце мое не хочет тебя терять…»  

Эта мысль стала последней перед тем, как я ушла в страну Морфея.

***

Интересная вещь сон. Иногда, кажется, что спишь минут пятнадцать, а по факту часа три. Или наоборот, кажется, что я спишь очень долго. А на самом-то деле всего ничего.

В этот раз мой организм решил, что сна с него хватит, и пора уже покорять вершины сегодняшнего дня. Поэтому, как только ночь начала уступать свои права предрассветным сумеркам я уже сидела на скамейке в саду, наблюдая как солнечные лучи озаряют серое небо.  

«Символично» - хмыкаю про себя, размышляя о том, что моя жизнь как это серое небо, и только они, бантаны, добавляют в мою жизнь яркие краски. Ведь, если задуматься, то вся моя сознательную жизнь это серое полотно, на котором нет ничего примечательного. Я не помню своего детства, буд то воспоминания обнесены огромной кирпичной стеной. Что там такого? Почему я не помню детства? Подростковая и юношеская пора, словно вообще прошли мимо меня: не было ни друзей с вечеринками, ни свиданий…даже просто прогуляться. Ничего. Было лишь одно «Будь правильной. Будь удобной, чтобы рядом людям было хорошо».

А мои чувства и желания вообще по боку.

- Удобной, - зло усмехаюсь. – Как только перестала быть удобной, так сразу стала плохой и неблагодарной. Как же мерзко!

Горечь от этой мысли настолько заполняет меня, что я ее чувствую на языке.

Тем временем, утреннее солнце заполняет небосвод. И своими яркими лучами заставляет улыбнуться новому дню, заставляя оставить прошлое позади. Смысл таскаться в ним, как чемоданом вещей из которых уже вырос? Никого. Абсолютно.

- Все, что было осталось в России, - проговариваю я, мысленно отпуская в небо невидимый воздушный шарик.– Здесь все по-другому. Здесь я освобождаю себя. Я прощаю свою бабушку и маму за их действия, за их «правильность» и «так будет лучше». Я прощаю бывшего мужа за причиненную боль. Я прощаю себя, за то, что позволяла причинять себе боль. Я отпускаю все это.

От этих слов одинокая слеза улиткой сползает по щеке. Боль еще не ушла (да и не скоро уйдет насовсем), но с каждой секундой становилось дышать чуть легче, чуть свободнее. Мне еще долго нужно будет идти по этой дороге…прощать других и себя, а главное выпустить на волю настоящую меня. Ту, которая будет радовать не только успехам, но и неудачам, которая сможет любить открыто и без страха даже если больно.

С этими мыслями отправляюсь на кухню.

Душа душой…а есть хочется всегда. Тем более что скоро встанут мальчики (как я их про себя называю).

Тихо мурлыкая под нос готовлю завтрак. Пусть ничего грандиозного, но зато с такой любовью, что слов не хватает выразить. Поначалу меня многое смущало. Теперь же смущение прошло. 

В этот момент как кадры диафильма замелькали картинки ночной сцены: вот я прижата к кухонной тумбе, здесь он зажал рот рукой, а тут…мы настолько близко…

Если бы можно было, то этой ночью я бы покрылась ожогами, насколько жарко мне было

- Вот надо было же вспомнить об этом, - застонала.

Ок…почти. Если с шестью все нормально, как говорится, уровень «Бро», то с седьмым осечка вышла. Не могу я на него смотреть спокойно, вся душа перевернется от его взгляда и улыбки. Как любят писать в любовных романах …таю, растекаюсь лужицей…

- Тьфу! Стоп! – одергиваю себя. – На раз-два, заканчиваем с завтраком, и проветривать свою непутевую голову. Пока ничего не придумала…

Хорошее решение.

Сказано – сделано.

В ритме вальса завершаю приготовления, не сбавляя темпа ем, и уже тихой мышью поднимаюсь на второй этаж за рюкзаком.

Шмыг. И я уже на улице направляюсь в центр города.

Начнем оттуда!

***

Неожиданный грохот заставляет меня проснуться.

- Что происходит? – хриплю я, когда дверь в мою комнату распахивается и влетает макнэ.

- Хён. Хён, ты спишь? – трясет меня мелкий шкодник.

- Да, - хриплю сонным голосом.

На что мелкий смеется в стиле «а-ля бэбик». Уф…раздражает.

- Не буди меня, - отбрыкиваюсь от Чонгука, стараясь сильнее укутаться в одеяло.

- Хён. Вставай. Там такое!

- Чего?

- Не-е-е…ты вставай. Это надо видеть, - он таки добрался до меня, и начал тащить вниз, взвалив меня себе на плечи. – Быстрее, а то остальные хёны все съедят и нам не оставят.

- О чем ты? – борбочу в попытке еще немного поспать.

- Джин-Хо приготовила завтрак. Прям закачаешься.  И если мы не поторопимся, то все съедят, а мы не попробуем. А там все так вкусно выглядит, - глаголил макнэ, дотаскивая меня до кухни.