Цветочек для проклятого. Книга 2

28. Рассвет

У нашей комнаты топталась парочка крепких стражников, при виде меня вытянувшаяся по стойке «смирно». Я распахнула дверь и сделала два уверенных шага. На этом моя уверенность закончилась.

Ожидая Эрдана, я подготовила миллион пламенных речей, но сейчас, как назло, ни одна из них не приходила в голову. К тому же в моем воображении император был в сознании, а этот – лежал и болезненно постанывал, борясь с собственными демонами. Куда ему в таком состоянии еще с женой отношения выяснять?

Приблизившись к кровати, я вздохнула, и присела рядом с любимым. На изможденном, усталом лице застыла маска боли, между черных бровей залегла глубокая складка, а губы с едва различимым шрамом у левого уголка, который я прежде не замечала, шевелились – Эрдан что-то беззвучно шептал.

– Я тоже очень рада тебя видеть, – усмехнулась я. – Но знаешь, в другой раз не вздумай вот так внезапно бросить меня!

Я осторожно отвела со лба черную прядь, провела пальцами по слегка заросшей щетиной щеке. Эрдан затих, морщина между бровей разгладилась. Я никогда прежде не рассматривала его так беззастенчиво. А ведь он совсем еще молод – не больше двадцати пяти, – и уже несет на плечах ответственность за целую страну, борется с силами, о которых я прежде только фильмы страшные смотрела, поражаясь буйной фантазии создателей.

Вопросы роились в голове. Зачем он обрек себя на такое? Зачем забрал трон у Дэйвона, если знал, как дорого придется платить за полученную власть? Или поэтому и забрал?..

Каждый раз сам отправляется к этому чертовому Лесу, возвращаясь едва живым, а ведь он – император и может послать вместо себя целую армию!

– Жадина, – я покачала головой и осторожно приподняла край одеяла, рассматривая белоснежную повязку на плече. – Решил присвоить себе все геройства мира? – я осторожно положила ладонь к ране, и Эрдан вздрогнул. – Ничего не выйдет! Всегда найдется кто-то, кто захочет поучаствовать в твоей увлекательной деятельности! Или ты считаешь, что тебе одному все по плечу?

– Я больше не хочу… быть один… – вдруг прошептал Эрдан, и я вздрогнула от неожиданности: неужели он слышал все, о чем я болтала? – Но иначе… кто-то может пострадать…

– Кто-то и так постоянно страдает, – заметила я, возвращая одеяло на место.

Император застонал и повернулся набок, прихватывая мою руку вместо спальной игрушки. Одеяло сползло, оголив обнаженную спину.

– Не уходи… – попросил он, касаясь горячими губами моих пальцев. Сердце вмиг отозвалось тревожным постукиванием. – Такой светлый сон…

Выходит, он решил, что я ему привиделась? Губы сами собой расплылись в злодейской усмешке. Раз я – сон, значит могу кое-что проверить…

Я склонилась к Эрдану и едва ощутимо коснулась его губ поцелуем. Красные глаза наконец распахнулись. Я замерла, не в силах отвести взгляд от бушующих пожаром радужек.

– Привет, – улыбнулась я. – Вот мы и встретились… во сне.

Эрдан судорожно вздохнул, а в следующее мгновение меня сгребли в крепкие объятия, покрывая жаркими, желанными поцелуями. Я обхватила его шею, потянулась к нему всем существом. Он тоже нуждался во мне – теперь я это точно знала! Чувствовала, по мягким касаниям, нетерпеливым ласкам, едва ощутимой дрожи тела.

– Лана, – прошептал Эрдан, зарываясь лицом в мои волосы, вдыхая их аромат, – моя Лана… Если бы ты только знала… если бы я мог тебе сказать…

– Так скажи! – нашептывала я, чувствуя себя змеем-искусителем. – Ты можешь… сейчас…

Я задохнулась, когда его рука, пробежалась по ряду пуговок на спине. Характерное постукивание подсказало, какая судьба постигла жемчужные горошинки – Эрдан оборвал все до единой. Никогда еще я так не радовалась порче любимого наряда! Плотная ткань перестала сжимать талию. Эрдан провел рукой по моим плечам, избавляя от одежды – я с готовностью помогла себя раздеть.

На миг он отстранился и окинул меня затуманенным, полным восхищения взглядом.

– Такая красивая… – его слова распустились в моем сердце волшебным цветком, заставили нетерпеливо обхватить сильные плечи, притянуть к себе, вжаться в красивые губы с новой силой.

– Я… тебя… – Эрдан раз за разом прерывал поцелуй, чтобы шепнуть мне прямо в губы… – люблю…

Мне вдруг показалось, что я вот-вот расплачусь – от переполнившей сердце эйфории, от счастья, что затопило отчаявшуюся душу до краев… он меня любит!

…а в следующий миг я увидела ее. Тьма тянулась ко мне мерзкими, длинными щупальцами, желая разорвать на кусочки, впитать до последней капли, уничтожить чуждый ей свет.