Цветочный бизнес ее величества попаданки

Глава 17

Я стояла посреди комнаты, глядя на Лираэля, который в своём кошачьем обличье саркастично вышагивал к двери. Его слова всё ещё звенели в ушах: свобода, сила, новый путь. Но сначала мне нужно было избавиться от этого белого платья — холодного, скользкого, как саван, в котором меня готовили к кошмару с графом.

Я подошла к комоду, где лежало моё старое платье — серое, рваное, но знакомое. Оно пахло сыростью и немного землёй, но в нём я чувствовала себя собой, а не жертвой. Я быстро переоделась, стянув с себя белую ткань и натянув старые лохмотья. Они висели на мне, как мешок, но это было лучше, чем притворяться невестой мертвеца.

Лираэль, или Рубин, как он себя назвал, сидел у двери, наблюдая за мной с лёгкой насмешкой в янтарных глазах.

— Ну что, готова к великим свершениям, принцесса лохмотьев? — протянул он, лениво облизнув лапу. — Или будешь ещё час пялиться на своё отражение?

— Заткнись, — буркнула я, но не смогла сдержать улыбку. Его язвительность была невыносимой, но почему-то успокаивала. Я шагнула к нему и, не раздумывая, подхватила его на руки. Он был тяжёлый, тёплый, и его шерсть оказалась мягче, чем я ожидала.

— Эй, что за наглость?! — возмутился он, дёрнувшись в моих руках, но я крепко прижала его к груди. — Я тебе не плюшевый мишка, отпусти, смертная!

— Сиди смирно, — отрезала я, направляясь к двери. — Ты мой хранитель или нет? Вот и терпи.

Он фыркнул, но сопротивляться перестал, только хвост его раздражённо хлестал по моему локтю. Дверь, как и раньше, приоткрылась сама собой — магия Лираэля, видимо, — и я вышла в коридор, спускаясь по скрипучей лестнице вниз. Дом был тих, только где-то вдалеке слышался слабый шорох слуг. Я не знала, что меня ждёт, но с котом в руках чувствовала себя чуть увереннее.

В холле меня встретила молодая служанка — та самая, с красными от работы руками. Она несла поднос с пустыми чашками и замерла, увидев меня. Её глаза расширились, когда она заметила кота, которого я держала, словно трофей.

— Госпожа Аврора? — выдохнула она, её взгляд метнулся от меня к Лираэлю и обратно. — Откуда… откуда у вас кот?

— Долгая история, — ответила я, пожав плечами. — Он сам ко мне пришёл. Проводи меня в столовую, я голодна.

Она моргнула, явно не зная, что сказать, но кивнула и пошла впереди, бросая на кота насторожённые взгляды. Лираэль, конечно, не удержался:

— Что пялишься, деревенщина? — прошипел он ей в спину. — Никогда не видела воплощение величия в кошачьей шкуре?

Служанка вздрогнула, чуть не выронив поднос, но промолчала, ускорив шаг. Я еле сдержала смех — этот кот был невыносим, но его язвительность явно держала всех в тонусе.

В столовой уже был накрыт стол — длинный, деревянный, с потёртой скатертью. На нём стояли тарелки с хлебом, сыром и какой-то похлёбкой, пахнущей травами. Я опустила Лираэля на пол и села, чувствуя, как желудок урчит от голода. Служанка осталась у двери, всё ещё косясь на кота.

— Принеси мисочку сметаны, — сказала я ей, кивнув на Лираэля. — Ему тоже надо поесть.

Она кивнула и быстро ушла, а я принялась за еду, наслаждаясь первым спокойным моментом за последние дни. Через минуту служанка вернулась с маленькой глиняной миской, полной сметаны, и поставила её на пол рядом с Лираэлем.

Он посмотрел на миску, потом на меня, и его уши дёрнулись от возмущения.

— Серьёзно? — протянул он с такой ядовитой интонацией, что я чуть не подавилась хлебом. — Ты думаешь, я, Лираэль, хранитель Астериона, буду лакать сметану с пола, как какая-то дворовая шавка? Это оскорбление моего достоинства!

— Ой, не начинай, — закатила я глаза, но всё же наклонилась, подняла миску и поставила её на стол рядом с собой. — Вот, ваше кошачье величество, ешь как цивилизованный… кот.

Он фыркнул, но всё же запрыгнул на стул рядом со мной и с явной неохотой начал лакать сметану, всем видом показывая, что делает мне одолжение. Я усмехнулась и вернулась к своей похлёбке, наслаждаясь этим странным, но уютным моментом.

И тут дверь столовой с грохотом распахнулась. Я вздрогнула, ложка замерла в руке. В комнату вошёл мужчина — лет пятидесяти, высокий, с сединой в тёмных волосах и острым взглядом тёмных глаз. Его одежда — тёмно-зелёный камзол с золотой вышивкой — выглядела дорого, а в руках он держал свёрнутый пергамент. Он остановился, окинув меня взглядом, затем заметил кота и слегка прищурился, но ничего не сказал по этому поводу.

— Госпожа Аврора, — начал он, его голос был низким, с ноткой официальности. — Я — Герард, советник покойного графа Эдмунда. Пришёл сообщить вам важные новости.

Я напряглась, ложка всё ещё висела в воздухе. Лираэль перестал лакать сметану и уставился на мужчину, его хвост медленно качнулся.

— Какие новости? — спросила я, стараясь держать голос ровным.

Герард шагнул ближе, развернул пергамент и заговорил:

— Граф Эдмунд умер, не оставив детей. Вы, как его единственная законная жена, теперь наследуете всё его состояние. Поместье, земли, золото — всё это огромное богатство переходит к вам.

Ложка выскользнула из моих пальцев и с звоном упала на стол. Я уставилась на Герарда, не веря своим ушам. Всё состояние? Мне? Я, которая ещё вчера была пешкой в руках мачехи, жертвой графа, теперь… хозяйка всего этого?