Цветок Анемона

Возвращение

С вылетом из «домика» сказка, казалось, должна была закончиться. Энн по просьбе Генри отменила свой билет на самолёт. К вечеру прилетел вертолёт, забрав хозяев дома и Энн в аэропорт. Девушка безмолвно прощалась с полюбившимися ей краями.

На коленях лежал притихший Жулик, то и дело озираясь округленными глазами по сторонам — шумный вертолёт ему точно не нравился. Девушка успокаивающе гладила его за ушком, но котёнок, готовый наброситься на злую железяку, словно ничего не замечал.

Энн даже не удивилась, когда на взлётной полосе увидела частный самолёт. Ей каждый раз приходилось напоминать себе, что она столкнулась с чем-то нереальным, ведь в обычной жизни не может быть домиков в виде замков, цветочных садов, размеры которых превосходят большие деревни, городка со сказочным происхождением, чистого сердца дворянина и её нарастающих чувств к его внуку, принцу Генри. Девушка крепче обняла котёнка и сдержала непрошенную слезу.

Энн оглянулась по сторонам. Люди вокруг ещё не знали, кем является Генри, или только догадывались, но было заметно, что они всё равно ощущали ауру будущего правителя страны. Нет, такая жизнь, как у Генри, не может считаться обычной. В его мире, возможно, она тоже другая. Вспомнив слова старца, Энн подошла к мужчине и взяла его за руку. Генри сжал её руку и повёл к самолёту, попутно кивая персоналу. В глубине души она всё ещё боялась, что, открыв глаза, поймёт, что сдалась и не решилась. А страх — это последнее, что ей хотелось запомнить от этого путешествия.

Девушку, как полагается, пропустили первой. Она, поднявшись, удивленно затормозила у входа. Салон был оформлен в бежевых тонах со столиками цвета дерева. Кресла располагались удобно и никоим образом не мешали комфортно провести время в полете. Просто и со вкусом. Энн осторожно уселась на самое ближнее место к носу самолета, совсем у двери. За ней зашел дедушка, который, пройдя мимо нее, ушел в самый конец, сказав, что намерен выспаться, ведь ночные посиделки у них закончились поздно. Генри, как и ожидалось, сел напротив девушки и даже не взглянул в сторону Томаса; похоже, дедушка любит проводить время в полете именно так.

Энн закрыла глаза и, притворяясь спящей, сквозь ресницы следила за мужчиной. Он вальяжно сидел, положив голову на руку, и смотрел на вид из окна. А там плыли облака, и солнце медленно опускалось за горизонт. По поведению мужчины можно было подумать, что он наслаждается закатом, но девушка словно чувствовала, что в его душе было отнюдь не спокойно. Он то и дело хмурил брови, постукивал пальцем и, казалось, не замечал того, на что смотрел; мыслями Генри был совсем далеко.

— Я знаю, что ты не спишь, — вдруг усмехнувшись, мужчина поймал тайного наблюдателя. — Закат пропустишь.

Энн не стала скрывать, что все это время наблюдала, открыла глаза и ярко улыбнулась. В этот момент солнце в последний раз решило одарить небеса своими лучами и осветило лицо юной красавицы. Из-за лучей девушка прищурила глаза, и на секунду, потеряв дар зрения, не заметила, что брови мужчины разгладились, и похоже, все, что его тревожило, в этот момент утратило всякое значение.

— У тебя что-то случилось? — спросила Энн, протирая прослезившиеся глаза.

— Ничего, — Генри, улыбаясь, закрыл шторку, чтобы лучи больше не беспокоили девушку.

Энн не хотелось задавать ему лишних вопросов, они были ни к чему, тем более что мужчина и сам медленно открывался ей. Она решила подождать — если Генри решит, что девушке можно рассказать, она выслушает его. А пока что Энн пересела на соседнее место рядом с мужчиной, взяла его под локоть и положила голову ему на плечо, вскоре уснув. Генри медленно выпустил свою руку и приобнял девушку, крепче прижимая к себе. Так они и провели все пять часов, спя, прижавшись друг к другу.

Время пролетело быстро, за бортом рассвело, в салоне медленно зажглись лампочки, освещая пространство. Городской аэропорт встретил их прохладным утренним воздухом, шумом ближайших трасс и многолюдностью. Энн, уже отвыкшая от большого количества людей, округлив глаза, подобно Жулику, озиралась по сторонам. Их встретили охранники, возможно, и телохранители, и быстро вывели из толпы. Усевшись в припаркованный дорогой автомобиль, девушка наконец выдохнула.

— Добро пожаловать в город, — шепнула она котёнку в ушко, когда заметила, как Жулик с любопытством смотрит в окно, где пролетают высокие здания.

Проезжая мимо знакомых улиц, Энн затаила дыхание. Вот та улица, по которой она возвращается домой. Они остановились на светофоре. Вот кафешка, где она часто берет кофе и самый вкусный круассан в городе. Если свернуть вниз, там находится станция метро, откуда она едет на работу. Удивлённо поймав себя на этой мысли, девушка обернулась к сидящему рядом Генри.

— Что? — мужчина не ожидал такой реакции Энн на город.

— Как часто ты ездишь по этим улицам? — несдержанно спросила Энн, замечая, что по ту сторону окна, где сидел Генри, виднеется её любимый книжный магазин.

Это её район.

— Не знаю, — мужчина нахмурился и обратился к водителю. — Хэнк, как часто мы бываем в этом районе?

— По дороге в аэропорт и обратно, — быстро ответил Хэнк, — это тихий район, здесь меньше пробок.

Энн слушала, затаив дыхание; сердце гулко застучало в ушах. Генри, безусловно, часто летает, а значит, их дороги много раз могли пересекаться. Но сколько же раз они проходили мимо друг друга, не замечая, прежде чем встретиться за тысячи километров?

— Я тут живу, — едва слышно сказала Энн. — Мой дом остался позади, но обычно я каждый день прохожу здесь.

До резиденции Генри девушка не могла выкинуть из головы слова Томаса: «Дороги петляют, но всегда приводят туда, куда нужно». Есть ли что-то, что находится за гранью понимания человека? Не раз слышались слова о судьбе. Она вспомнила старца, который говорил о спешке: «Вы всегда спешите, упуская все из виду». Возможно, он говорил именно об этом? A что было бы, если бы они встретились раньше? Кейт встретила Джона, который является братом Генри, то есть, вне зависимости от того, что бы она ни делала, рано или поздно она бы познакомилась с ним. Но, доверившись судьбе, она рискнула и решилась на этот отпуск, где и встретила Генри. Голова разрывалась от мыслей. Как же мир тесен.