Цветок для боевого заклинателя

Глава восьмая

Дилижанс тянулся как старая телега крестьянина, и пригороды Алавира показались вдалеке только через два часа. В груди разлилось облегчение. Я сбежала, получилось.

На удачу, маршрут дилижанса лежал до подгорной долины Метье, где в одноименном городке расположился богатый лечебный комплекс с целебными грязями, ваннами, травяными курсами из ценнейших сборов предгорий, и другими манипуляциями от известных на всю страну лекарей, порой поднимающих на ноги безнадежно больных.

Учебный пансион мэтра Падерика приютился чуть ниже подгорного плато и городка Метье, в полумиле, и как туда добраться, я знала.

К концу поездки, в дилижансе осталось пять человек, средней руки торговцев, и две крестьянки. Мы выпрыгнули на площадку, вздохнув свежий горный воздух, напоенный густым ароматом цветов и трав. Как же здесь хорошо.

Метье – крошечный городок с разбросанными по округе фермами и плодовыми рощами, в получасе от Алавира. Недалеко отсюда можно нанять коляску до пансиона. Я свернула в сторону храма, а оттуда, за три минуты дошла до таверны, где стояли наемные экипажи.

Нанятая коляска побежала привычной для меня дорогой в Криорские рощи, где в низине, среди старых дубов спрятался пансион мэтра Падерика.

- Ирис! – Услышала я, только моя нога ступила на каменные плитки, коими выложена площадка перед старым, но солидным трехэтажным домом. Большие окна, серая кладка камня, и пять высоких колонн, подпирающих крышу, которые мы, девчонки, обзывали пятью костылями великана Друвиора, поглотителя камней с Агрийских гор. – Ирис, детка, моя конфетка, ты к нам приехала! – Всплеснув руками, ко мне бежала донна Изольда, дорогая Изи, воспитательница и хранительница наших маленьких секретов. Низенькая, крепкая для своих лет – говорят ей уже сорок пять, всегда в темных шерстяных платьях с неизменно белоснежными воротничками. Наша душа, и защитница этого места.

- Донна Изольда, - обняла я ее…

Мы сидели в кабинете мэтра Падерика и долго пили чай с печеньем. Мэтр хмурился и качал головой, слушая мой рассказ. Изольда, подперев кулачками щеку, вздыхала. Из открытых окон доносился гомон девчонок, бегающих по площадке для занятий гимнастикой. О, Матерь Небесная, какие же они счастливые, и все печали у них где-то в неопределенном будущем. Мои же печали – здесь и сейчас.

Мэтр присел рядом со мной.

- Ирис, ты знаешь, что я всегда на твоей стороне. Что бы ни случилось, и кто бы и что бы ни сказал. Но пойми, детка, ты – цветок. Ты должна жить на воле, дышать воздухом, а не затхлым душком старых стен пансиона. Нет, если будешь настаивать, я приму тебя на службу. Вначале, воспитательницей, через год отправлю в Фанкару на курсы учителей, попечители не отказывают в оплате, и… - Он глубоко вздохнул. – Ты станешь учительницей, и уже навеки ею останешься. В этом доме ничего не меняется, крошка. Мы живем в замкнутом мирке, даже не в Алавире, пойми. Ты останешься без семьи, воспитывая чужих детей, и не познаешь жизни. Будешь настаивать, значит, так тому и быть. Но мне кажется, сейчас в тебе говорит страх. После неблаговидных поступков твоей тети Шарлотты, ты просто испугалась. – Сказал он. – Это же надо придумать, ребенка замуж за старика выдавать. Да как у нее… А-а… - Сердито рубанул он ладонью воздух, а я опустила голову. Да, он прав, я боюсь своего будущего, до дрожи в коленях.

- Погодите, - решительно и авторитетно сказала донна Изольда. – Ирис, детка, я понимаю тебя. Здесь надежно, и в этих стенах ты найдешь утешение. Только в этом ли твое счастье? Ох, сомневаюсь. Тебе нужно встать на ноги. И таких примеров много. Сама знаешь, у нас учатся не только дети герольдере, но и тех, кто попроще, и победнее, и статусом помельче. Вот возьми Эмму Статри, ты должна ее помнить, она выпустилась два года назад, сейчас – помощница хозяйки фабричной мануфактуры в Фанкаре, Долли Финкс вышла замуж, и с мужем открыла лавку, Розинда Вейя сама, без всяких мужей открыла лавку мелочей в Старичах. Главное, не сдаваться и идти вперед. У меня, например, кузина Глори в столице вместе с мужем перестроили свой дом и открыли небольшой пансион для одиноких. Вложились, конечно… Погоди-ка, у тебя же в Алавире дом! – Она вдруг застыла, смешно хлопнув ресницами. Я сама удивленно замерла, а мэтр Падерик озадаченно свел брови. И мы втроем переглянулись.

- Занятная идея, - не так уверенно, как хотелось бы, кивнул он. – Требует проработки, подсчетов, но… Хорошая идея.

- Пансион, - пробормотала я, переводя взгляд с одного на другого. – В моем доме? А почему бы и нет?

- Надо все обдумать, - сел за стол мэтр и взял лист бумаги. – Подсчитать стоимость ремонта, оплаты кухарки, оплаты садовника, ну, он же и подсобный рабочий, а так же оплату горничной…

От его перечислений, эта мысль уже не казалось такой заманчивой, и настроение опять покатилось с горки вниз.

- Да погодите вы, - решительно сказала Изольда. – Вы, мэтр забыли о семействе Приксов. Вот послушай, Ирис. Герда – пятнадцать лет отработала в гильдии хлебопеков, кухню знает как свои натруженные ладошки, ее муж Георг – плотник, хозяйственный мужик, мастер на все руки. Если они возьмутся – дело сдвинется.

- Хорошо, что ты вспомнила о них, - встрепенулся мэтр. – Очень хорошо.

- А кто они? – Спросила я, переводя взгляд с одного на другого.

- Погорельцы. Ох, хлебнули горюшка. Из Тагории. Весной леса у них горели, и их городок наполовину сгорел. И их дом, и добро… О-ох. Ты бы видела их, несчастных. Хвала Матери Небесной, мэтр письмо для них отписал госпоже Виктории Орги в Алавире, у нее свой дом и хозяйство, и вроде бы, они у нее прижились. Только платит грошики. Может и еще что-то они нашли, не знаю. Почти месяц прошел, как они появились у нас здесь, искали работу, и рекомендации показали.