Цветок из иного мира

Городской Воздух

Неделя пролетела в странном ритме. Утро начиналось с тихих тренировок тело потихоньку крепло, мышцы уже не кричали так отчаянно после нагрузки, затем – занятия с Салией. Каллиграфия шла в гору – буквы становились ровнее, увереннее, хотя до изящества Салии было далеко. А вот вышивка... Петли предательски путались, нитки превращались в узлы, а иголка норовила уколоть палец. Я сдерживала раздражение, глядя, как Салия терпеливо распутывает мои "шедевры". Зато этикет я отрабатывала с легкостью актрисы, лишь изредка "забывая" деталь, чтобы не вызывать подозрений.

Однажды, после особенно мучительного занятия с иголкой, я решилась спросить о том, что не давало мне покоя с момента находки.
— Салия, а ты не могла бы объяснить мне... счет денег? Я в книгах читала, но так и не поняла. Сколько, например, стоит килограмм яблок? Или... домик в деревне?
Она удивилась, но, видя мой искренний интерес, тут же оживилась.
— Конечно! Это совсем не сложно. — Она достала чистый лист для каллиграфии и перо. — Существуют медные, серебряные и золотые монеты. Медные сейчас почти не используют, они уже можно сказать бесполезные, их разве что на сдачу дают, да и то редко.
Она начала писать, выводя аккуратные колонки.
— Смотри. Допустим, килограмм яблок. Его можно купить за пятьдесят серебряных монет. Или за одну золотую. А если бы платили медями... то понадобилось бы около пятисот медных монет. Как-то так.
В уме я мгновенно произвела расчет. Три тысячи золотых... выходило, три тысячи килограмм яблок. Солидный запас.
— А сколько будет стоить, например, тот самый домик в деревне? — поинтересовалась я, стараясь, чтобы голос звучал просто из любопытства.
Салия нахмурила бровь, вспоминая. — Хм... В деревне, на отшибе, самый простой, без всяких удобств... Думаю, в районе пяти тысяч золотых. Это если совсем крошечный и старый.

Пять тысяч. Значит, моего тайника не хватит на независимость. Но это была огромная сумма для карманных денег затворницы.
— Я принесу в следующий раз книгу, где расписаны все вычисления и сколько что стоит, — пообещала Салия, видя мой задумчивый вид.
Через несколько дней она сдержала слово и, помимо прочего, начала рассказывать о городе, о ценах на рынках, о том, сколько получают ремесленники и сколько тратят знатные семьи на наряды. Эта информация была бесценнее любого урока вышивки.

Мы с Салией сблизились. Формальности ушли – теперь мы были просто Салия и Элизия. Ее присутствие стало глотком свежего воздуха в этом удушливом особняке. Даже отец и Каэл, в ее присутствии, сдерживали привычные колкости и взгляды ледяного презрения, ограничиваясь вежливым, но отстраненным нейтралитетом. Казалось бы, идиллия.

Но ее разрушил отец. Он "одарил" меня служанкой. Ту самую Мари. Теперь она стояла у двери во время занятий, тенью следовала за мной по коридорам, ее смуглое от солнца лицо с карими глазами и носом "картошкой" было вечно напряжено, а пальцы нервно теребили фартук. "Вот все, чего не хватало! Вечный шпион под боком!" Мысленно я изрыгала проклятия. В оригинале у Элизии не было личной горничной до замужества. Мои действия меняли сюжет. Это радовало – значит, будущее не фатально. Но и пугало до дрожи. Какие еще сюрпризы преподнесет измененная реальность?

Салия, как всегда, излучала спокойствие. Она показывала мне искусство чайной церемонии: последовательность трав, время настаивания, как разливать по чашкам, чтобы сохранить аромат. Мы пили чай, который я заварила сама получилось сносно!, и Салия рассказывала о празднике в городе. Ее голос, мягкий и спокойный, рисовал картины украшенных улиц, музыки, изобилия еды и главное – единства.

-Все смешалось, Элизия! Знатные, ремесленники, бедняки... Все танцевали, смеялись, будто стены между сословиями рухнули на эти часы! -Ее глаза светились воспоминанием о том мимолетном равенстве.

Мне стало любопытно.

-Салия, а у тебя... есть кто-то? Муж, жених? Тот, кто покорил сердце? – спросила я прямо, пользуясь нашей дружбой.

Она слегка покраснела, но улыбнулась.

-Пока нет. Но я верю, что найду того единственного. Родители сказали, что не станут выбирать за меня.-Голос ее был теплым при этих словах.

-Тебе повезло с родителями – искренне вырвалось у меня. Она кивнула, счастливая.

В этот момент Мари подошла убирать чайный столик. И я уловила его – слабый, но отчетливый, дорогой цветочный аромат. Нежный, сложный не для служанок. Тот самый запах крема, который исчез из моей уборной еще до моего "пробуждения" это было в дневнике. "Вот оно!" Мысленно я усмехнулась. Значит, эти грустно-завистливые взгляды Мари – не просто от тяжелой доли. Она воровала. И завидовала. "Отлично. Слабую точку нашли." Я позволила себе улыбнуться – не злобно, а скорее с внутренним торжеством.

Салия, видя мою улыбку, сиявшую над чашкой чая, ошибочно приняла ее за отражение счастья от беседы.

-Ты знаешь, Элизия, я слышала столько слухов... Что ты невежда, что не общаешься, что даже здороваешься еле слышно. Какая же это чушь! Ты милая, смышленая, и у тебя такая добрая улыбка! -Ее слова были искренними, как все в ней. Мне стало почти неловко.

И тут она выпалила: -Поехали в город! Прямо сейчас! Покажу тебе то самое место праздника, может, хоть отголоски остались?-

Сердце ёкнуло. Город! Соблазн был огромен. Но страх тоже – слабое тело, толпы людей, неизвестность. И вечная тень Мари. -Я... не уверена, что готова... – начала я.

-Я поговорю с Лордом Вайтмор– Салия уже вскочила, полная решимости.

Она вернулась сияющей. Отец дал добро. С оговоркой: -И возьмите с собой Мари. На помощь.- Его взгляд скользнул по мне – в нем читалось недоверие и контроль. Я мысленно выругалась, но промолчала. Три девушки в карете – я, Салия и моя новая "тень".

Дорога была недолгой. Я прилипла к окну, как ребенок. Узкие улочки сменили парк особняка, маленькие, порой покосившиеся домики, лавки с яркими вывесками, толпы людей в простой одежде, гомон, запахи – еды, пота, пыли, жизни. Салия посмеивалась над моим нескрываемым восторгом.