Цветок из иного мира

Визит Снежного ангела

Где-то в глубине древнего, спящего под зимним покровом леса, царила неестественная тишина. Я стояла на колене, оттирая лезвие длинного меча от тёмной, почти чёрной крови о чистый, хрустящий снег. Воздух был холодным и колким, каждый мой выдох превращался в облачко пара.

— Они всё чаще появляются, — пробормотал я себе под нос, и мой голос, низкий и уставший, был единственным звуком, нарушающим мёртвую тишину леса.

— Господин, всё чисто, — из-за деревьев появились двое моих воинов. Их доспехи под плащами были практичными и потёртыми, а взгляды острыми и усталыми.

— Сколько было жертв? — спросил я, не поднимая головы.

— Трое. Двое мужчин и… ребёнок, — доложил первый, и в его голосе прозвучала сдержанная горечь.

— Рядом с деревней ещё один зверь, но с ним разбираются другие, — добавил второй.

Я тяжело вздохнул и, наконец, поднялся. Подошёл к тому, что осталось от одного из нападавших. Существо отдалённо напоминало огромного волка, но его пасть была неестественно искривлена, а из оскала сочилась та самая чёрная, маслянистая жидкость.

— Всё-таки они добрались до людей, — констатировал я, снова опускаясь на корточки для осмотра. Мои движения были точными и лишёнными всякой брезгливости.

— Господин, что прикажете дальше?
—Возьмите образцы. Крови, шерсти и особенно этой чёрной жидкости. Потом возвращайтесь к остальным, — мой приказ прозвучал чётко и безапелляционно.

— Слушаемся.

Во́ины принялись за работу. Один из них, натягивая плотные кожаные перчатки, бросил напарнику: — Одевай перчатки. Всё-таки жидкость похоже ядовита.

Я отошёл в сторону, давая им пространство. Мои шаги громко хрустели на слежавшемся насте. Голоса парней позади меня постепенно стихли, поглощённые сосредоточенной работой и тяжёлой атмосферой места.

Я медленно обвёл взглядом опушку, вслушиваясь в тишину, выискивая малейший звук, малейшее движение, которое могло бы означать новую опасность. Но лес молчал, затаившись.
—Похоже, всё чисто, — пробормотал я себе под нос, почти поверив в это.

Внезапно тишину разрезало резкое, пронзительное карканье. Я резко поднял голову. Высоко в небе, почти сливаясь со свинцовыми тучами, кружила ворона. Она описывала надо мной широкие круги, каркая всё громче.

Я медленно поднял руку, обёрнутую кожей, приглашая птицу спуститься.

Ворона, словно и правда поняв жест, сложила крылья и спланировала вниз, грациозно опустившись мне на предплечье. На её шее болталась яркая ленточка, трепетавшая на холодном ветру.

— Ну что, интересного расскажешь? — спросил я тихо, глядя на птицу.

Ворона принялась каркать, склоняя голову набок, будто и вправду что-то рассказывая. Её чёрные, блестящие глаза были полны важности.

— Вот как… Интересно, — я тихо рассмеялся, и в моём смехе впервые за этот день прозвучало что-то, кроме усталости. — Куколка встретилась со своим женишком? Наконец-то.

Одной рукой я достал из небольшого мешочка на поясе ломтик подсушенного печенья и протянул его птице. Та жадно клюнула, роняя крошки на снег.

— Давно я к ней не наведывался, — задумчиво произнёс я, глядя куда-то вдаль, поверх деревьев. — Нужно это исправить.

Ворона, закончив с угощением, каркнула ещё раз, словно одобряя это решение, и взмыла с моей руки обратно в небо. А я ещё какое-то время стоял неподвижно, глядя вслед улетающей птице, моё лицо стало серьёзным и сосредоточенным. В моих планах появился новый, внезапный и очень важный пункт.

----------------------------------------------------------------------------------

— Он меня уже достал! Как хочется ему врезать! — кричала я, в ярости швыряя декоративную подушку об стену своей спальни. Подушка, мягко ударившись, бесшумно упала на ковёр. — Куда я ни пойду — он за мной! Хоть в комнате своей сиди!

Я металась по помещению, не в силах справиться с нахлынувшим раздражением. То в сад, то в город — эта тень преследовала меня по пятам, не давая и вздохнуть свободно.

— Госпожа, вам нужно успокоиться, — осторожно, словно подбирая слова, промолвила Мари, наблюдая за моей бурей. — Нервы очень медленно восстанавливаются после таких потрясений.
—Я сделаю вам успокаивающий чай! — выдохнула она, смиряясь с необходимостью хоть какого-то действия. — Это поможет.

Мари кивнула сама себе и быстро вышла из комнаты. Я слышала, как её шаги затихли в коридоре. "Генри стал настоящим кошмаром. Это же настоящее преследование", — с яростью думала я, вцепившись в спинку кресла.

Вернувшись, Мари осторожно прикрыла дверь.
—Госпожа, вот ваш чай и сладости, — она поставила поднос на столик у кресла и налила ароматный чай в чашку.

— Спасибо, — я, наконец, смирив гнев, опустилась в кресло и сделала первый глоток. Тёплый напиток немного смягчил мою ярость. "Вот бы он провалился! Отец так за мной не следил, как этот идиот!" — мысленно вопила я, сжимая чашку.

"Может, незаметно сбежать? Хоть ненадолго", — думала я.
"Хотя если я выйду без охраны,будут проблемы. Опять скандал, да и я обещала Мари не ходить одна".

Я перебирала варианты, но каждый был сопряжён с риском, что Генри примкнёт ко мне. — Господи, не буду выходить из комнаты, пока он не уедет.

— Госпожа, ещё чаю? — голос Мари прервал мой бесконечный поток мыслей.
—А? Нет, спасибо. — Можешь сказать всем, что я нездорова и чтобы никто не заходил. Соври что-нибудь.
—Хорошо. Тогда отдыхайте, не буду вам мешать.

"Мари всегда понимала, что мне нужно в такие моменты. Спасибо ей за это", — с тихой радостью подумала я.

Дверь закрылась, и я осталась в долгожданной тишине.

Три дня. Три дня я не выходила из комнаты, и наконец-то Генри, устав от моего затворничества, уехал по своим делам. За это время я читала книги, много спала, либо вышивала, а еду мне приносила верная Мари.

Как только весть о его отъезде достигла моих ушей, я буквально запрыгала от радости. Я выбежала в сад, прямиком к конюшне, к своему котёнку. Тот уже вполне обжился, бегал, играл и хорошо кушал.