Цветок папоротника

Глава 2

Глава 2

Когда дверь со скрипом распахнулась навстречу, женщина подпрыгнула на месте, издала придушенный писк и чуть не упала в колючие кусты, подступившие к самой избушке.

- Ну чего пищишь? – раздался ворчливый голос, - заходи, коли пришла!

Баронесса выпрямилась, сжала кулаки и печатая шаг двинулась к избушке.

Внутри оказалось на удивление чисто, светло и уютно. Пучки сухих трав висели прямо над головой, благоухая летом, хотя еще только-только началась весна и как помнила Вероника, в эту пору копали корни, да собирали самые нежные первоцветы.

Ведьма тоже выглядела обычно – женщина средних лет в темной добротной одежде. Волосы прикрыты белым платком, платье спрятано под передником, ни хромой ноги, ни бородавки на носу, о которых болтали в деревне.

- Насмотрелась? – ехидно спросила хозяйка избушки, и Вероника покраснела, понимая, что неприлично пялилась на женщину.

- Простите, - прошептала она, закусив губу.

- Ладно, - отмахнулась ведьма, - зачем пришла?

- Ребенка, родить не могу, - ответила Вероника, чувствуя, как подступают слезы и мелко дрожат губы.

Женщина прошла к столу, прибавила огонек в лампе и пристально всмотрелась в гостью.

- Жена барона Грейнжа?

Ника кивнула, не в силах вымолвить не слова.

- Брось это дело, от него не родишь.

- Ппочему? – запинаясь уточнила баронесса.

- Болел наш барон в детстве. От этой болячки мужчины семя свое теряют. Вроде и есть оно, а вроде и нет, как воду льют.

- Что же мне делать? – Ника почувствовала, что уплывает последняя надежда, и просто осела на пол, заливаясь слезами, рассказывая этой незнакомой женщине, какая нужда привела ее к ней в логово.  Монастырь показался баронессе цветочками по сравнению с тем, что сестре предстоит выдержать те же семь лет жестокости и надругательств, прежде чем ее так же выкинут вон.

Ведьма дала ей пореветь, потом подсунула кружку, пахнущую медом и валерьяной, а когда всхлипывания затихли, буднично посоветовала:

- От другого роди.

Вероника встрепенулась, собираясь возмутиться предложением, потом просто закрыла глаза и устало протянула:

- Не могу.

- С чего это? – удивилась ведьма, - ты вроде леди здоровая, да и я помогу, чем смогу.

- Муж узнает, что с другим была – убьет, - горько усмехнулась молодая женщина. – Ревнив он, и каждая собака ему докладывает, где я была и что делала.

— Вот оно как, - озадачилась ведьма, - а муж сам не может и в монастырь гонит?

Вероника только кивала.

- А король что говорит?

- Король? – изумилась женщина, - да какое дело королю до жены барона?

- Королю до всего дело есть. Ты вот что, молодка, напиши-ка сама Его Величеству, и потребуй развод с возвращением приданого.

- Да как я напишу, - отмахнулась Вероника, - писать то я умею, да ведь гонцы все мужу служат, сразу донесут!

- А ты тут пиши, да перстнем своим запечатай, а я уж найду гонца! – ведьма решительно подтолкнула баронессу к столу, вынула из шкафчика перо, чернильницу и лист неплохо бумаги. Молодая женщина села, и как сумела, изложила свою версию событий, добавив просьбу о возвращении приданого и освобождении сестры от опеки барона.  Потом накапала сургуча из вовремя подсунутой палочки, приложила свое баронское кольцо и устало откинулась на спинку стула, чувствуя, что силы совсем покинули ее.

Ведьма покачала головой, да и увела баронессу в закуток для больных – уложила на постель, стянула сапожки, напоила медовой сытой и заявила:

- Спи до утра, нечего ночью по лесу шастать, а утром придет кто-нибудь и проводит тебя до замка.

- Барон, узнает! – встрепенулась женщина.

- И так узнает, - отмахнулась ведьма, - и не скажет ничего, сам поди о наследнике мечтает.

Вероника признала ее правоту и медленно закрыла глаза, погружаясь в сон.  Она не видела, как ведьма убрала со стола письменный прибор и запечатанный лист. Как прошлась по горнице, с сомнением поглядывая на закуток, а потом не выдержала – остановилась, вынула из мешочка на поясе несколько неровных кубиков и кинула их прямо на стол. Склонилась, читая гадательные знаки, задумчиво усмехнулась, сгребла их в кулак и снова спрятала в мешок.

- Ну, старая, ты еще не разучилась читать по глазам! Помоги этой девочке, и поможешь всем! – пробормотала ведьма, а после ушла за полог и зашуршала там, готовясь ко сну.

Утром в избушку ведьмы робко постучали:

- Ваша милость, тут с вами поговорить хотят, - пропищал детский голосок.

Шлепая войлочными туфлями, ведьма подошла к двери, выглянула и шикнула на баронессу:

- Сиди за шторкой, не выходи. Я потолкую с людьми, а потом Дор тебя до замка проводит.

Вероника послушно забилась под одеяло, и даже вздохнуть лишний раз опасалась – если ее увидят в избушке ведьмы, поползут слухи и тогда уж муж отправит ее в монастырь быстрее, чем письмо дойдет до Его Величества.

Накинув на голову платок, ведьма распахнула дверь и скрипучим голосом произнесла:

- И кого это ко мне дорога привела?

Судя по звуку шагов, в дом вошли несколько человек. Баронесса прислушалась – один ступал тяжело, но мягко. Он остановился рядом с тонкой занавеской, и сквозь редкую ткань до женщины донесся знакомый запах – лошадь, оружейное масло, железо. Воин?

Второй ступал легче, быстрее и дробнее. Явно меньшего роста, и ткань его одежды шелестит иначе. Женщина? Нет, голос мужской.

Третий шлепал по половицам босыми ногами, и его ведьма быстро услала:

- Дор, ступай в сарай! Там крольчиха окотилась, водички ей дай, да присмотри, у меня для тебя дело найдется попозже.

Мальчишка убежал, стуча босыми пятками, а женщина заговорила снова:

- Вижу, что в дом мой пожаловали не простые воины. Чего вам угодно, милорды?

- Мы искали дорогу к местной ведьме, - густым баритоном ответил один.

- Нам сказали, что нет в этих краях женщины, мудрее тебя, - с намеком на лесть более звонко добавил второй.