Цветок репейника

Глава двенадцатая. Сквозь туман

Тиана замерзала.

Холод окутывал ее плотной пеленой тумана, поднявшегося над заливом, ветром пробирался под плащ, плескал соленой бездной под тонким дощатым дном. Страх выкручивал суставы и пронзал мышцы тягучей противной болью. Кроме взломанных льдов, между которых медленно проплывала Тианина лодчонка, в мире больше не осталось ничего.

Лед. Кровь. Ржавчина. Темная вода.

Губы трескались и дышать промозглым воздухом было тяжело.

Тиана стояла на носу лодки, мучительно вглядываясь в белесую дымку, пытаясь разогнать сумрак алым светочем, что держала в одеревеневших руках. Ярким и зловещим огнем металлического сердца, зажженного силой ее, Тианы, собственной крови.

Мир умер и над ним нависла ночь, свинцовая, бесконечная, неподъемной тяжести. Небо клонилось все ниже, всматриваясь в лицо своей последней жертвы огромными серебряными глазами…

- АИИИИИИИИИИИИИИИИИииииииииииии! – забилась, закричала Тиана, сбрасывая несвойственное ей оцепенение.

Выдернула из вен лапки-крючки ржавой механической гадины, кровопийцы треклятой. Рванула из-за пояса верную рукоять стейвера, раскрутила над головой, целясь ремнем с захватом прямо в луноподобный зрачок.

Попала.

Серебряное око разбилось, будто стеклянное. Брызнуло во все стороны осколками. Тиана воздела руки в отчаянном жесте: успеть, дотянуться, выцарапать нутро этой лживой гадине! И замерла в удивлении глядя на багровые кровавые полосы, толстой сетью окутывающие ее руки.

«Как же так?» - успела подумать, оседая на просмоленное дно.

А кровь все лилась и лилась из ее разорванных вен, липкой паутиной опутывая льды и воду, темную бездну внутри моря и внутри Тианиной души…

Она сама лед, кровь и ржавчина. Ей никогда не оттаять и не согреться.

- Тшшшшш, - бархатный невозможный голос ворвался в промозглый мрак, только поздно, слишком поздно, - тише, что ж ты так бьешься, будто я тебя уже режу?

Тиана безнадежно рванулась еще раз, но была сбита с ног ударом горячей, почти раскаленной ладони. Одежда ее вспыхнула мгновенно, рассыпалась на пепел и искры, а затем затлела, обугливаясь, кожа, вдруг ставшая похожей на тончайший бумажный лист. Тиана горела, и это было больно и прекрасно в то же время. Особенно, когда она распахнула пламенные крылья и…

…открыла глаза.

Реймар нависал над ней, тяжело опираясь на здоровую руку.

- Очнулась? – спросил встревожено.

Тиана проморгалась, потрясла головой и поняла, что таки да. Все это был всего лишь глупый сон, совершенно никак не отразившийся на самочувствии. Ничего не болело, ничего не отвалилось, даже руки не дрожали.

- Я кричала?

Голос тоже не подводил. Обошлось.

- Хрипела скорее.

Реймар рухнул обратно на подушки.

- А ты неисправимая лгунья, - заявил лукаво. – Заверила, что не ворочаешься и вся такая плюшевая, заманила, заползла в постель змеюкой, а сама шипишь и, наверное, кусаешься.

Тиана возмущенно уставилась на нахала.

- Это моя постель, - произнесла с нажимом. – И я тебя в нее не звала.

- Но и не сопротивлялась, - резонно заметил проклятый маг и без предупреждения поцеловал Тиану в полуоткрытый для возражений рот.

Комната поплыла и закачалась, готовая пойти рябью и растаять в любое мгновение. Кажется, вот только что было смертельно холодно? Нет, не могло такого происходить. Ведь Реймарэ полыхал чистым пламенем, золотым и яростным, шумным трескучим костром, обжигающим и согревающим. Опасным, но вместе с тем таким необходимым. Это он ее сжег во сне, как она сразу не догадалась?

Маг не касался ее руками, только целовал. Долго, мучительно долго, напористо и жадно, не давая ускользнуть, чтобы отдышаться.

Пульс бешено бился в висках и под губами, и под пальцами Тианы, ласкавшими выступающие ключицы…

- Ройм, подожди, - она нашла в себе силы отпрянуть. – Что… что ты делаешь? Зачем?

Это вот эти глаза недавно казались ей безмятежными, как море в штиль? Шторм в них клубился, древний, страшный, то и дело рассекаемый молниями.

- Ты же тоже этого хочешь, - прошептал хрипло, все-таки протягивая к Тиане руку, накручивая на кулак толстую косу, расплетая шелковистые пряди.

Тиана прижалась к стене и замерла, прислушиваясь к собственным желаниям.

- Хочу. Да, наверное, - сказала задумчиво. – Но не так.

- Почему?

Ну, вот что ему было ответить? Что любовник из него в таком-то состоянии выйдет весьма посредственный, если не сказать хуже? Что Тиана так давно не позволяла себе ну, ничего такого, что уже и забыла, как это делается? Так что и от нее чудес страсти ожидать не приходилось? Или же правду: что нет ничего хуже, чем сжимать в объятиях одну женщину, представляя на ее месте совсем другую?

- Ты обещал не распускать руки, - сказала Тиана наконец. – А я терпеть не могу, когда люди, которым я доверяю, не держат обещаний.

Маг окинул ее долгим изучающим взглядом. Может, мысли читал, может, просто пытался выровнять сбившееся совсем дыхание.

- Ты совершенно ненормальная, - сказал, наконец. – Иногда я тебя не понимаю.

- Иногда? – искренне рассмеялась Тиана.

- Очень часто, - ухмыльнулся Реймарэ. – И что теперь делать будем? Спать дальше?

Тиана пожала плечами.

- Можем и вставать. Что-нибудь выпить, поискать Эмери и отправить вас домой.

- Тебе так не терпится от меня избавиться?

Вот чего в этом голосе было больше? Обиды? Или насмешки?

- Вы заберете с собой свою ржавую дрянь, - честно призналась Тиана.

- Вот зря ты так, - укорил маг. – Эта штука может такие вещи, невероятные совершенно. Это наследие тех, кто знал и умел намного больше чем мы. Нужно только разобраться во всем. Есть архивы, есть тайники, есть люди, которые владеют ключами ко всему этому. Я на верном пути, репейник. Мне нужно еще совсем немного времени и я достигну цели.