Цветок сакуры

Часть 24

– Вторая сестрица, с возвращением! – Си Янь, сияя улыбкой, подлетела к ней, готовая заключить в объятия.

Цзинь Цин ответила лукавой усмешкой и раскрыла руки, принимая порыв сестры. Она только что покинула покои отца, выдержав встречу с Императором и обмен формальными приветствиями с сонмом принцев и принцесс.
– И я рада тебя видеть! Где остальные?

– У отца. Они ждут тебя! – Си Янь схватила Цзинь Цин за руку и нетерпеливо повлекла за собой, туда, где собралась вся семья.

Первым, кого увидела Цзинь Цин, был И Пин. Он сидел на стуле рядом со своей матерью. Бледность, повязка на руке и чуть ссутулившаяся спина, выдававшая скрытые под одеждой раны, – вот и все, что нарушало его обычный облик.

– Вторая сестра! – лицо И Пина осветилось искренней улыбкой.

– О, ты в порядке! – выдохнула Цзинь Цин, и неподдельная радость затопила ее сердце при виде брата, вернувшегося домой живым. Она поспешно поблагодарила отца и мачеху, приседая в глубоком реверансе. – Простите мою дерзость. Я так потрясена благополучным возвращением И Пина.

– Что вы, что вы, – поспешил ответить отец. – Ваш ранг выше нашего, это мы должны выказывать вам почтение.

– Ты мой отец, а это – моя семья. Никакие титулы не встанут между нами, – просто ответила Цзинь Цин.

Ослепительная улыбка играла на ее губах, но глаза оставались настороженными, внимательно сканируя собравшихся. Она уловила мимолетное удивление и плохо скрытое разочарование на лице Хуан Лэ, задетых этой натянутой любезностью, и расслабленную, довольную ухмылку Кай Фэна. Сюэ Хуа смотрела с нескрываемым изумлением, все еще пытаясь примирить образ деревенской простушки Синь Эр с блистательной Сюэ Сянь.

Лишь лицо Первой Жены оставалось безупречной маской. Та же светская приветливость, та же видимость радости, и та же застарелая ненависть, спрятанная так искусно, что Цзинь Цин пришлось вглядеться дважды, чтобы ее распознать. «Она явно надеялась, что я не вернусь живой», – мелькнула мысль. Власть Первой Жены зиждилась на могуществе ее семьи – клане ученых, генералов и влиятельных придворных, способных в любой миг поддержать ее или низвергнуть.

После нескольких минут слезливого, хотя и несколько театрального, воссоединения, отец отпустил ее, заметив, что ей необходим отдых после долгого и опасного путешествия. Цзинь Цин молча приняла это с облегчением. «Наконец-то! Минута покоя!»

С легкой улыбкой Цзинь Цин направилась в свои покои. Комнаты встретили ее странной, непривычной тишиной и пустотой, но она лишь тихо рассмеялась.
– Ну же! Хватит прятаться, плутовки! Выходите!

Две ее верные служанки, Бай Янь и Е Бин, выскочили из укрытия, и новая волна слез и смеха захлестнула комнату, когда они бросились обнимать свою госпожу.

Когда первые бурные эмоции улеглись, девушки, суетясь, быстро подали ей чашку дымящегося чая – самые свежие листья, припрятанные в глубине ларца для особого случая, – и несколько сладостей, переданных Сюэ Хуа, тех самых, из деревенской корзинки.

Цзинь Цин сделала глоток ароматного напитка, заедая его сладостями.
– Ох, как же я скучала по этому!

– Мы думали, вас больше нет, госпожа, когда пришла весть о пленении! – всхлипнула Бай Янь.

– Но у вас ведь всегда есть план, не так ли? – спросила Е Бин с лукавой улыбкой.

– Что ж, планам иногда требуется время, чтобы созреть, – проговорила Цзинь Цин, отправляя в рот еще одну конфету.

– Как отрадно видеть, что наша любимая госпожа ничуть не изменилась! – просияла Е Бин.

– Разумеется, – Цзинь Цин улыбнулась. Она отставила чашку, сосредоточившись на сладостях.

Внезапно послышались шаги в коридоре.

Цзинь Цин настороженно подняла голову.

На пороге появились принцы Шан Е и Фу Чэнь, с сияющими лицами.

– Сюэ Сянь! – улыбнулся Фу Чэнь. – У нас для тебя кое-что есть!

Цзинь Цин поднялась.
– Сюрприз? Что вы имеете в виду?

– Сейчас увидишь! Скорее! Солдаты ждут! – весело воскликнул Фу Чэнь и, взяв Цзинь Цин за руку, увлек ее за собой. – Быстрее!

«Солдаты?»

Пока они почти бежали по дворцовым коридорам, Шан Е усмехнулся, заметив растерянность на ее лице.
– Редко удается увидеть тебя столь… обескураженной.

– Что ж, признаюсь, я не ожидала.

– Я говорил ему, что сюрприз может подождать, пока ты не отдохнешь, но его было не переубедить.

– Да что за сюрприз, наконец?

– Увидишь.

Они привели ее на тренировочное поле и стрельбище для лучников – место, довольно удаленное от ее покоев. Там, под ярким солнцем, сверкая доспехами, в идеальном строю стояли сотни солдат. При ее появлении они как один опустились на колено. Громогласное приветствие прокатилось по полю:
– Приветствуем Сюэ Сянь!

Цзинь Цин замерла в недоумении.

– Это воины, что были заложниками в том городе… те, кого спасла твоя жертва, – тихо пояснил Фу Чэнь.

– Благодарим Сюэ Сянь! Десять тысяч лет жизни Сюэ Сянь! – скандировали они в едином порыве. В их голосах звучала неподдельная, глубокая благодарность людей, вырванных из холодных объятий смерти.

Цзинь Цин в потрясении прижала руку ко рту. Никогда прежде ей не доводилось видеть такого проявления признательности. Тяжелое чувство вины кольнуло сердце – она знала, что не все из этих храбрых мужей переживут грядущую войну. Но вместе с тем, пока гремел их благодарный хор, в душе зарождалась новая, трепетная надежда. Однажды она уже спасла им жизнь. И она приложит все силы, чтобы спасать их снова и снова.

Неподдельная радость и изумление отразились на ее лице. Шан Е тепло усмехнулся.
– Их потрепало, но многие выжили. И они благодарны. Приятно видеть свет на твоем лице, Сюэ Сянь.

Цзинь Цин улыбнулась, прикрыв рот кулачком и с трудом подавив легкий кашель.
– Не каждый день встречаешь такую благодарность за то, что любой другой сделал бы на службе своей стране.

– Любой другой? – хмыкнул Фу Чэнь. – Нет, то, что сделала ты, было истинной жертвой.