Цветок Забвения: Покойная принцесса

Глава 1

Глава 1

Холод, которым пропитана камера больше не тревожит. Во мне будто выключили способность чувствовать что-либо, кроме тупой боли в голове. Сил бороться за жизнь почти не осталось.

Тот удар по голове…

С трудом вспоминая недавно прошедшие события, я жмурюсь. Новая вспышка боли пронзает сознание, мешая вспомнить. Пальцы впиваются в виски, пытаясь унять гул, который, как мне кажется, заполняет всю камеру. Хотя я понимаю, что он существует только в моей голове.

Скорее всего, сотрясение. Иначе я не могу объяснить эти провалы в памяти. Воспоминания одно за другим не торопясь возвращаются на свои места. Перед глазами всплывает силуэт мертвеца. По крайней мере, я так думала.

Даигрыз… Он жив.

Эта мысль пробуждает волну эмоций перемешанных с болью, которые тут же превращаются в цунами, накрывая меня с головой. Уперевшись лбом в холодную стену, я пытаюсь приглушить их. Сознание то покидает меня, то ненадолго возвращается.

В бреду, я слышу голос заключенного. Нет. Даигрыза. Я слышу голос Даигрыза. Каждое слово звучит так неразборчиво, будто он говорит на другом языке. Удар хорошо отразился на моем сознание. Кажется он спрашивал меня о чем-то, но я никак не могу вспомнить, все будто в тумане.

Хоть лекарство Гарри и восстановило мои силы, но оно никак не исцелило тело. Я чувствую, как постепенно теряю над ним контроль.

Внутри все холодеет от ужаса.

Если так и продолжится, они добьются своего: моё альтер эго спадет, и тогда уже никакой Лукас не понадобится, чтобы понять, кто я на самом деле. Лишь от одной мысли снова увидеть свою истинную форму меня бросает в дрожь.

Приоткрыв глаза после долгого беспамятства, я пытаюсь сфокусировать взгляд на решетке передо мной, но с каждой новой попыткой их становиться все больше.

Камеру обволакивает густая темнота. Лишь один тусклый луч света тянется от круглого стеклянного потолка башни вниз. Слабый свет столбом падает в пропасть, едва задевая стены и решетки камер.

Начинает светлеть.

Интересно, успел ли Гарри скрыться под покровом ночи и выбраться из этого места, насквозь пропитанного смертью. В глухой тишине, которая заполняет этаж, на крыше звучит несколько громких ударов, будто на нее упало, что-то тяжелое. Стражник охраняющий этаж продолжает беззаботно спать, издавая посвистывающий храп. Странный скрежет по стеклу отдается звоном в голове, от которого хочется спрятаться.

Что еще за новый вид пыток? Я вяло отворачиваюсь спиной к свету, стараясь свыкнуться с глухой болью в висках от каждого скрежета по стелу. Сонный сторож издает странные протяжные хрипы. Может подавился своей слюной. Меня это уже не волнует, сознание окутывает тьма. Закрыв глаза я стараюсь сконцентрироваться на последнем, что у меня осталось – альтер эго.

Боль испаряется, как только я оказываюсь в глубоких недрах своего сознания. Только во тьме, моем верном союзнике, моя душа может найти умиротворение от ужаса, который происходит снаружи.

Азазель?

Мой зов остается проигнорированным драконом. Я настораживаюсь. Мои глаза подозрительно бегают по большим клубьям тьмы, надеясь разглядеть в них черного дракона. Хотя сама идея отыскать черного дракона во тьме звучит провально.

Только я собираюсь позвать его еще раз, как мое тело замирает не в силах отвести глаз от неожиданно возникшей фигурой.

Девушка передо мной выглядит изможденной до предела. Тело словно мешок костей, едва держится на ногах. Ее бледная кожа больше напоминает мел чем кожу живого человека. Светло-белые пряди теряются на фоне болезненной кожи. Неровно срезанные волосы с трудом достают до бедер, а голубые безжизненные глаза пронзают душу насквозь. На нее невозможно смотреть без жалости.

На секунду мне кажется, что это мама. Те же черты лица… и глаза. Сходство настолько сильное, что перехватывает дыхание.

Она стоит неподвижно, но смотрит прямо на меня. Я поворачиваю голову и она повторяет за мной. Мои пальцы касаются лица и она в точности повторяет мои движения. По коже пробегают мурашки.

Тогда я осторожно протягиваю к ней руку. Желание коснуться ее, обнять, защитить от всего мира вдруг становится сильнее разума, сильнее страха последствий. Наши руки почти соприкасаются, когда чей-то голос пронзает все мое сознание.

– Прошу очнись…

Холодные пальцы касаются моей оголенной шеи, которую сковывает ненавистный каменный ограничитель. Я резко поднимаюсь, тут же жалея об этом. От резкого подъема голова трещит. Закрывая лицо руками, я пытаюсь отползти от покусителя, но в итоге врезаюсь в стену позади.

Сквозь пелену в глазах, я различаю высокий мужской силуэт, который остается на том же месте. Его руки замерли в воздухе с продолговатым ключом в руке.

Протерев глаза и сконцентрировавшись на измученном лице, я узнаю Итана.

– Подумал, что ты… мертва. – с трудом вытягивает он, пытаясь скрыть болезненное облегчение под улыбкой, но выходит плохо.

Радость исчезает также быстро, как и появилась. Это всего лишь игра. Как и тогда. Мое тело инстинктивно напрягается.

– Позволишь? – аккуратно спрашивает он, показывая в руках ключ от каменного ошейника.

– На меня больше не действуют твои трюки. – сделав глубокий вдох и оторвавшись от стены шиплю я. – Хватит копировать его облик!

– О чем ты? – удивленно спрашивает самозванец, подходя ближе ко мне – Мы пришли забрать тебя.

Как бы трудно не было, нужно держаться.

Только он пытается протянуть ко мне руку, как я тут же ее отталкиваю. В его глазах проносится невыносимая боль, будто только что в его сердце вонзили десятки рапир.

– Прошу тебя, позволь освободить тебя. – с мольбой в голосе произносит он, не отрывая глаз от ограничителя на моей шее. – Мне невыносимо видеть тебя такой…

Я замираю. Еще никогда я не чувствовала в голосе Итана столько искренней тревоги. Его слова заставляют меня замешкаться.

Неужели это правда он?

Слова застревают где-то внутри. Часть меня всё ещё ждёт подвоха, боится, что это очередная жестокая игра, а другая готова довериться ему без раздумий. Нужно как-то проверить, убедиться, что это он.