Цветы со всех полей

Глава III, страница 13

Замок встретил меня той особенной пустотой, что живёт лишь в местах, покинутых теми, кого мы любим. Каждый шаг отдавался эхом по каменным коридорам, словно призрак проверял, кто осмелился нарушить его дремоту. Я искал мать — но разве искал только её? Или ту незримую нить, что соединяет нас с детством, с верой в простоту прощения?

Кухня встретила меня холодом потухшего очага и сиротливым натюрмортом немытой посуды. Ни звука, ни тени, ни запаха любимого пирога — только лёгкий привкус чего-то несказанного витал в воздухе, как память о разговоре, которого не случилось.

Коридоры протянулись безмолвными артериями каменного организма, где сквозняки шептали что-то на своём, понятном лишь им языке. Даже сад, обычно полный маминого присутствия среди роз и жимолости, казался осиротевшим — будто она растворилась в утреннем тумане, оставив лишь отголоски в лепестках и дыхании трав.

Забавно, как быстро привыкаешь к чьему-то присутствию, а потом мечешься как потерянный, едва человек отлучится. Наверное, это и есть та самая зависимость, о которой философы пишут толстые книги, называя её то любовью, то привязанностью, то просто человеческой слабостью.

Горничная Эльза — добродушная женщина с вечно мучными руками и глазами цвета осеннего неба — оказалась моим проводником в этой загадке.

— Привет, Лойн, — улыбнулась она, отряхивая фартук. — Маму ищешь? Она на рынок укатила, за продуктами для королевской семьи.

Слова повисли в воздухе, прозрачные, как паутина. Это было неожиданно. И подозрительно.

— Как это — она? — переспросил я, чувствуя, как брови сами собой поползли вверх. — Обычно этим занимаются специальные люди. Зачем маме лезть в чужие обязанности?

Эльза пожала плечами с той особой философией, что свойственна людям, видевшим в жизни всякое:

— Сама попросилась. Говорит, душа просит простора, да и для королевского стола глаз наметанный нужен.

Душа просит простора... Или моя вчерашняя тирада о смысле бытия так её впечатлила, что она решила сбежать подальше от домашнего философа-самоучки? В её словах было слишком много недосказанности, словно под простыми фразами таился подтекст, который я не мог уловить.

— Она сегодня вернётся? — спросил я, уже мысленно прикидывая свои шансы на искупление.

— Сегодня к ночи, как сказала. Только кто знает? Дороги нынче капризны, как погода.



Отредактировано: 26.01.2026





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять