Цветы со всех полей

Глава IV, страница 19

Рассказывать о катастрофе — дело неблагодарное. Особенно когда знаешь: твои слова разрушат последние иллюзии.

— Двенадцать дней назад войска Кривера напали на замок, — каждое слово давалось трудно, словно камни из земли. — Убили короля, королеву, сэра Лойента и большинство прислуги.

Я сделал паузу, позволяя словам осесть.

— При допросе выживших узнал: сын Лойна и принцесса живы. Войска Кривера пока не знают. Твой брат забрал тысячу солдат и исчез. Пропал меч Бури с мифическим камнем. Хотя насчет камня… возможно красивая сказка.

Луциан присвистнул:

— Не зря нашим учителем был де Мортвель. Сильный мужик. Даже в таком бою нанес врагу удар.

— Решили договориться с Кривером? Замять дело? — недоумение в моем голосе.

Брандт ударил кулаком по столу. Чернильница расплескала темные капли на карту Моналии — новые траурные отметины.

— Этот ублюдок поставил ультиматум! — взорвался он. — Откажемся воевать или начнем против них — уничтожат мирное население!. Грозятся тотальной зачисткой всех территорий, включая тех, кто может укрывать наследников!

Слова повисли свинцовыми слитками. В шатре наступила тишина — та особенная, когда понимаешь: загнан в угол без хорошего выхода.

Каждый думал о своем: что такое честь, когда на кону жизни невинных; что такое предательство, когда альтернатива — геноцид; как быстро рушится мир, казавшийся незыблемым.

Больше всего — что выбора нет. А это самая тяжелая из свобод.

Встреча закончилась, оставив эхо слов и привкус горечи. Впереди испытания, но я чувствовал себя живым — свободным в выборе, ответственным за тех, кто рядом. Даже если жизнь стала сплошным абсурдом, замешанным на крови и предательстве, от него нельзя отмахнуться.

Ночь обещала быть долгой. Где-то в глубине души теплилась надежда — хрупкая, но живая, способная озарить даже самое темное сердце.



Отредактировано: 26.01.2026





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять