Цветы со всех полей

Глава V, страница 21

Есть имена, что жгут язык, словно угли забытого пожара. Эстен де Сталварт. Рыцарь высокого рода, с совестью острее клинка и болью глубже любой раны.

Мы были одногодками — ирония судьбы свела двух мальчишек из разных миров под общим небом войны. Плечом к плечу проходили первые походы, делили пайки и звездные ночи в замерзающих болотах, где дыхание становилось льдом, а небо смотрело равнодушно.

Он звал меня братом, я — его. Тогда эти слова значили больше клятв королям. Молодость была сладкой иллюзией, и мы верили, что огонь войны очищает души. Какими же наивными мы были! Война не очищает — она обнажает суть. А суть человека редко бывает красивой.

Одна история разорвала нас. Трещина, тонкая как волосок, расползлась в бездонную пропасть.

Тот день начинался как сон, где каждый шорох предвещал беду. Маршал приказал наступать на рассвете — враг якобы отступил, не заминировав проход через Черные Холмы.

Я знал, что это ложь. Не умом — кожей, костями. Небо было неестественно тихим, ветер не смел шевелить листву. Птицы облетали холмы широкими кругами — маленькие пророки смерти. Земля дышала чужой магией, тяжело и нервно, словно проглотила яд.

Мины стихий. Заклятья из ярости воды, слепого огня, алчной земли и ледяного ветра. Природа, превращенная в оружие.

Я отказался идти. Получил три дня гауптвахты и обвинение в трусости. Интересная логика — солдат, чувствующий смерть, трус. Генерал, посылающий людей умирать, герой.

Эстен пошел. До конца, как подобает рыцарю. Он верил в приказ, как в молитву, в честь — как в евангелие. Редкая порода веры, что не гнется под сомнениями.

Я умолял подождать, ударить с другого фланга, клялся пройти первым. Он не послушал.

— Оставайся, Вейн. Мужчины идут воевать.



Отредактировано: 26.01.2026





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять