Цыганочка Гожинька

Сенсэй и Бурый

Друзья меня действительно потеряли. Точнее, потеряла меня одна Маша. Ни Серёжки, ни Ларисы в кухне не было. Тихий скрип кровати за стенкой выдавал то, чем они были заняты,

- Давно они там? - мотнул я головой на стену, сбрасывая пальто с плеч.

- На второй заход пошли! - усмехнулась она, - Что так долго? Я уж скучать начала.

- Кое-какие старые дела доделывал… - нейтрально ответил я, присаживаясь к столу.

- Садись сюда? - вскочила она со своего стула, - А я к тебе на коленки сяду…

За время моего отсуствия здесь хмель вышел из головы, и теперь я смотрел на всё немного по-другому.

- Мне тогда может чего-нибудь захотеться…

Она усмехнулась:

- Подумаешь, великое дело! Я же не против. Ты мне нравишься! Или ты стесняешься?

- Нет, тут другое… Мы же с тобой друг друга совсем не знаем. Не обижайся, но я так не могу.

Машенька фыркнула, вскочила со своего стула и пересела ко мне на колени. Наверно, всё-таки посчитала меня застенчивым. Пришлось обхватить её талию одной рукой, а другую после недолгих колебаний уложить к ней на живот. Машенька довольно рассмеялась. Я тоже невольно усмехнулся.

- Есть у тебя постоянный парень?

- Угу, есть... Вы с ним, кстати, однофамильцы! Он тоже Кузнецов!

- Нас, Кузнецовых в мире много!

Она хихикнула:

- Узнал бы он, что я у тебя на коленях сижу, порвал бы нас обоих на кусочки! Он у меня кандидат в мастера спорта по самбо!

- Это ещё посмотреть нужно… - я запнулся. Тут же убрав от неё руки, я быстро спросил, - У него мать на кране в порту работает, а отец рыбаком на сейнере?

Она кивнула, с усмешкой глядя на меня:

- Угу… Чего перепугался? Я же пошутила! Говорю же, ты мне нравишься, а Славка уже надоедать начал! Его всё равно скоро посадят, наверно.

- Почему посадят? - я бесцеремонно спихнул её со своих колен и поднялся на ноги.

Со Славкой мы виделись в последний раз больше года назад. Он приходил ко мне в больницу, где я лежал после острого воспаления лёгких. Иногда я называл его сенсеем, потому что именно с ним мы тайком изучали карате, и он был моим учителем. Потом, когда меня выписали из больницы, наш с ним тренер по самбо вышвырнул меня из секции. Из-за болезни у меня за четверть образовались две тройки, а правила в спортивных секциях у нас строгие. Допускается только одна тройка за четверть. Недавно, когда я пришёл в волейбольную команду к Лиде и в раздевалке встретился со знакомыми ребятами самбистами, они мне сказали, что Славка весною прошлого года летал в составе сборной города в Улан-удэ, выполнил там норматив КМСа, а после возвращения в Магадан просто исчез. Перестал ходить на тренировки…

Маша небрежно отмахнулась:

- Почему посадят, спрашиваешь? Да он же с какими-то бандитами связался. Фиксу нацепил, свинчатку в кармане носит. У нас здесь, как в деревне. Все про всех всё знают. Люди говорят, что недолго ему осталось на свободе гулять… А мне это тоже не интересно! А ты, похоже, с ним знаком. Ты сам-то с бандитами не путаешься?

- Не путаюсь… - буркнул я, думая о другом, - Дружили мы с ним. Правда довольно давно. Я его, по-моему, полтора года назад в последний раз видел. Сам тогда самбо занимался…

- Похоже, сейчас придут! - хихикнула она, - Налей немножко вина?

- Кто придёт?

- Не слышишь? Кровать перестала скрипеть!

Мы едва успели выпить по глотку, как Серёга с Ларисой действительно вышли на кухню. Оба ещё красные и потные. Оба тяжело дышат. Оба взъерошенные! Мы с Машенькой рассмеялись, увидев их. Лариса устремилась к своему стакану. Упав на стул возле окна, она сделала большой глоток и усмехнулась, глядя на нас:

- А вы чего теряетесь? Или ждали, когда кровать освободится?

- Не, не получится! - рассмеялась Машенька, - Оказывается мой Славка тоже Сашкин друг. Представляешь, какой облом? А Сашка твой хвалёный чересчур щепетилен!

Серёга уселся рядом с Ларисой и положил руку на её коленку. Она нетерпеливо смахнула её:

- Отстань! Хватит с тебя на сегодня!

Впрочем, она тут же дотянулась до его головы и потрепала по волосам.

- И с меня хватит!

Серёга довольно хмыкнул и схватился за бутылку.

- Ты где так долго пропадал? - спросил он осторожно разливая вино по стаканам, - Маша сказала, с цыганками ушёл. Я уж хотел на выручку бросаться.

- Это знакомые цыганки… - ответил я, наблюдая за тем, как рубиновая струйка падает в гранённый стакан Ларисы, взбивая там лёгкую, розовую пену. - Я сначала с Наташей познакомился, а потом с её бабкой.

- Это тётка Гожинька! - встряла Машенька, - Я тебе про неё рассказывала, Ларочка. Помнишь, говорила, что у нас одна старая цыганка прозрела?

- Так это она была? - огорчилась Лариса, - Жаль, что не знала. Хоть бы одним глазком на неё взглянуть! А всё ты, змей! - она шутливо ткнула Серёгу локтем в бок. Он заржал. По-моему, Серёга не обратил внимания на слово «прозрела». И слава богу!