Да, профессор, я из другого мира!

7. Трубач из парка и сломанная аура

Уже разгорался закат. Я нагулялась по ярмарке, даже прикупила себе юбку на смену – из красной шерсти. Ну, вдруг – праздник, а я не готова. В штанах дамам здесь ходить как-то не принято.

Возвращаться я решила через центр, продлить немного день отдыха и активного безделья. Среди людей как-то чувствуешь себя живей. Словно и я причастна к их веселому празднику. К слову, на небольших площадях под фонарями все еще стояли столы с горячей едой для отдыхающих, а кое-где продолжалось веселье – играли уличные музыканты, кто-то танцевал. Дети играли в снежки и катались с горок. Да, солнце село, но час-то еще не поздний!

Вот унесу свою новую юбку, зайду в гости в одну известную лавку, да как намекну одному известному темному мастеру на обещанное свидание…

Отличный план!

Которому не суждено было сбыться. Потому что я вдруг услышала мелодию. Я просто шла по одной из улочек, уже ушла даже из самой шумной центральной части города. И вдруг – эта самая музыка. Та, которая меня так выручила в день тестирования на магический самоконтроль. Я хорошо запомнила… и голос трубы, и барабаны, и кажется, гитара или бас.

Не то, чтобы веселая, но динамичная и такая… тревожащая. Будящая. Колыбельная наоборот. Правда, в тот раз, если я правильно запомнила, она звучала чуть иначе.

Но это все равно была она! Мне не примерещилось и не приснилось!

Конечно, я поспешила туда, откуда эта мелодия звучала, и вскоре оказалась в заросшем, но хорошо подсвеченном парке. Здесь тоже была сцена, и небольшой оркестрик играл на ней, а под сценой стояли, почти не шевелясь, взрослые и дети. Как зачарованные. И слушали… и смотрели. Никто не танцевал, и кажется, даже не веселился, хотя артисты были наряжены клоунами. Я остановилась у входа на площадку в центре парка и прочитала растяжку над ней: «Реабилитационный центр Ата-Сагрина».

Меня никто не окликнул и не остановил, а музыка манила к себе. Звала, как будто напоминала о чем-то. Хотела, чтобы я что-то сделала немедленно, или поспешила к кому-то на помощь. Музыка без слов.

В небольшой перерыв я подошла еще ближе к сцене. Как же я жалела, что у меня нет с собой звукозаписывающего амулета, или хотя бы банального диктофона! Одного я боялась – что следующая композиция окажется другой. «Не моей».

Зря боялась.

Да, я так и не определила, к какому стилю все это можно отнести. Но здесь, наверное, другие стили. Это было не важно. Хотелось одновременно и плакать, и дышать во всю грудь и стоять, замерев, вцепившись пальцами в прутья небольшого переносного ограждения перед сценой…

А потом – странное дело, что не сразу. Но ведь грим. И этот дурацкий клоунский костюм. Я вдруг узнала трубача.

Это был Эрик Тарк. Наш великий и венценосный магистр белой короны, благородный маг и как там еще его правильно называть, играл в парке городского реабилитационного центра на трубе настоящую живую музыку. И его слушали те, кому это действительно надо… те, кому сейчас, наверное, тяжело, у кого какие-то проблемы с аурой. Или как раз – с аурой никаких проблем, а вот с головой и в жизни – да сколько угодно.

Чтобы не залипнуть на одного лишь трубача, я стала разглядывать других музыкантов, но они не были мне знакомы.

Я никогда не думала, что труба может звучать так… так чисто и ясно. Так пронзительно и нежно. Иногда совсем тихо, иногда – будя на деревьях черных галок…

Закрыв глаза, я впитывала звуки, казалось, кожей. И понимала, что мне это надо сегодня не меньше, чем другим собравшимся. Иначе я бы не услышала, наверное, и не пришла. И как тогда, в аудитории после неудачного теста, становилось на сердце легко и звонко, в унисон голосу трубы.

Не знаю, сколько прошло времени. Может час, может, больше. Очнулась, когда уже и музыканты ушли, и зрители, похлопав недолго, потянулись по своим домам.

Надо было и мне идти. Но я словно вмерзла в эту оградку, в этот снег. Влипла в него. Понадобилась минута, чтобы проморгаться и вылезти назад, в человеческий мир.

Закономерно, что к дому я двинулась еще медленней. В голове крутились обрывки мелодий, почему-то неуловимо смешиваясь с теми, что я когда-то слушала по другую сторону реальности, и ускользая, растворяясь в них. Хотя, казалось бы, вот – только руку протяни, и снова заиграет…

– Что, магистр, терапия уже не помогает? – спросил кто-то вдруг совсем неподалеку.

Голос показался знакомым, я закрутила головой, в поисках.

– Отойдите, Вессер. Мне некогда.

– Все ваши потуги ничего не стоят. Город накрывает черная волна, и вы тоже об этом прекрасно знаете. Только не хотите верить.

– Вы теперь решили податься в паникеры?

– Это я паникер? Впрочем. Как хотите. Я-то пришел предложить вам перемирие и посильную помощь.

Вессер? Предлагает помощь магистру? Что-то новое и странное!

Сердце сбилось с ритма, почему-то болея за разум и темного мастера. Но ведь нет, магистр у нас гордый, он сам привык со всем справляться. И других этому учит. Ни в жизнь он не согласится!

Ну, точно:

– Университет не нуждается в вашей помощи.

– Хочешь, докажу, что нуждается?