Да здравствует король!

Послы.

Я ходил по комнате взад и вперед, стараясь разложить растолкать мысли на свои места, и одновременно успокоится. И если б осколки той злополучной вазы, до сих пор не убрали бы, а их всё-таки убрали – сонно зевая в спальню явилась ткачиха, и быстренько все прибрала, то пол моей спальни был бы уже покрыт слоем пыли, перемолотых моими ногами осколков.

То, что я не я, и хата... вообще-то моя, меня как-то меньше всего волновало. Ну подумаешь клон? Зато там, за облаками, где-то в далеком космосе, притаился новый мир! Новые возможности, знания, и технологии! А я тут торчу. Но все же больше меня волнует, то, что же теперь будут делать «всевышние наблюдатели», и это фраза человека в металле «уровнять шансы».

Что они будут делать? Дадут всем остальным людям, знания моего времени? Навряд ли, такое вмешательство... неприемлемо. Перенесут на планету еще парочку, таких как я? Маловероятно, но... К слову, если я клон, как и все вокруг. И если этот мир, заселен хотя бы на десятую часть... я сомневаюсь, что бы они смогли найти достаточное количество останков доживших до сих далёких времен в подходящем для клонирования состоянии. Как итог – клонов-близнецов тут должно быть многовато. То есть, среди них должны жить и мои клоны.

Интересно, сколько их? Помнят ли они своё прошло? И если нет, то почему я помню? И если мы встретимся, узнают ли меня? Поймут ли, что мы точная копия друг друга? И если поймут, что будут делать?

Одни вопросы. Но главный вопрос, что мне сейчас делать: готовится к нападению на страну, носить бронежилет и спать с кинжалом защищаясь от ножа в спину, носить каску от метеорита, или же ни есть ничего, что подают мне слуги.

- Муха! – рявкнул я, окончательно приводя волосы на своей голове в состояние «безумный ученый».

- Да, сэр!

Этот сорванец, взял моду являться словно из под земли, подобно Виконту. Но вот если появления старого слуги в комнате я уже худо бедно научился замечать, и уже привык к его неожиданным возникновениям за своей спиной, то вот появления этого мелкого шкета... В прочем, уже ни такого и мелкого. Ему уже десять, с копейками, а на вид – подросток, подростком.

- рее... – тихонько зарычал из угла комнаты дареный мишка. В прочем, тоже уже не «мишка», а вполне себе упитанный медведь, что сейчас тихонько пялиться обратно в угол, от заметившего «плюшевого» Мухи.

Миша боится Муху как огня. Не то из-за детской травмы... не то из-за того, что вон он пять получил поносу после попытке укусить моего разведчика, и этот разведчик, уже оседлал зверя и принялся на нем скакать по всей комнате, роняя мебель, и раскидывая вещи.

- МУХА! – рявкнул я. Медведь понесся дальше, муха спрыгнул с его спины прямо на ходу, на мгновение зависнув воздухе, а по приземлению, вытягивась в струну, как солдат пред генералом.

- «ур, ур...» - протяжно скуля, словно собака, после столкновения с дверью, мишка таки сумел её открыть, и выбежать в коридор.

- Муха, я что говорил по поводу скачек посреди моей спальни?

- Прошу прощения мой король. – приклонил колено разведчик, как учил того кровавый рыцарь.

- Ррр. – прорычал уже я. - Замяли. Мне нужно, что бы ты сегодня же проверил все дальние рубежи. Посмотрел, что там творится и промониторил настроение жителей во всех трех, нет даже во всех четырех городах королевства.

- Ждете проблем? – поинтересовался мальчуган, вставая с пола, и направляясь к окну. – А настроения горожан и так известны – сегодня юбилей коронации и на праздник соберется если не все, то пол королевства точно.

- Тем более, ты должен проверить, что там творится на дальних рубежах, в особенности в отсутствие жителей.

Муха коротко кивнул и выбежал из комнаты.

- Стой!

- Что еще? – высунулся он из-за двери.

- По пути, вели гордого седлать.

- Да сер! – отсалютовал мальчуган, и скрылся.

- Дети... Блин, еще этой коронации мне нахватало. – пробубнил я, глядя как через полуоткрытую дверь в спальню просачивается медведь.

Мишка для меня стал словно собака. Ходит за мной везде по пятам, нередко спит возле койки, охраняет...

- Очень ленивая собака – буркнул я, оседлав гордого и выехав из замка, глядя как мишка проводив нас до ворот, неторопливо переваливая булками, плетется обратно в замок.

В спячку он по понятным причинам сытой домашней жизни всеядного животного, что в замке за место свинки, не впадает, но вот гулять не любит. Как бы жиром в конец не заплыл, толстяк окаянный.

В городе народ готовился к празднеству. Избы были вымыты, и выглядели подозрительно чистыми даже с наружи, посреди весенней распутицы. Пироги – «хххрш, ах» – напечены, судя по витающему в воздухе аромату. Горожане наряжаются в свои роскошные сарафаны. От чего сейчас на улице, довольно пустовато.

Я покрепче сжал взятый с собой свой любимый арбалет. Понятия о красоте, у моего народа... до сих пор несколько странное. И быть кривым, косым, бородатым и косматым – считалось верхом светской моды, средь простого народу. От того, встретив такую рожу посреди улицы, да в темном переулке... Даже не знаешь, «разбойник с большой дороги» пред тобой, али «первый красавиц на деревне». Интересно, я со своим вавилоном на голове, тоже подхожу под категорию красавцев?

- Но! – гордому дважды повторять не надо, ускорившись, я быстро добрался до кузнечного цеха. Называть это здание  просто кузницей – язык не поворачивается. В прочем, легендарный пневмомолот, до сих пор не работает, так что понятие «цех» тоже несколько неприемлемо.

Пустое здание кузницы в очередной раз заставило меня напрячься. Но в глубине комплекса слышался стук кузнечного молота, значит тут, все же кто-то есть.