Да здравствует король!

Паровоз.

Июль 116года.

- О! Отлично! Когда сможете пустить в серию? – улыбаясь до ушей, сказал я, глядя на паровоз в миниатюре.

Ну ладно, паровозик был не такой уж и миниатюрный, но в сравнении с реальным все равно бы выглядел игрушкой.

- Серию? – изумились кузницы.

- Ну да, массовое производство.

- Сэр, вы нас извините конечно, но мы этот то... – забормотал кузнец.

- Кое-как сделали... – подхватил его другой.

- Столько труда, столько механизмов... – поддакнул третий.

- Такие тонкие и мелкие детали... – подпел четвертый.

- На фоне общей нехватки ресурсов... – подлил пятый.

- Стоп. А вод с этого поподробней пожалуйста.

- Ну, понимаете. Железо кончается.

- Что значит «кончается»?

- Ну, мы раньше постоянно находили самородное железо. Это такие, куски метал, в некоторых из которых, даже были... легирующие примеси. Очень хороший метал. – сказал кузнец, остальные дружно покивали.

- А сейчас что? – не въехал я.

- А сейчас находим только вот эти, какашки. – усмехнулся стоящий у стеллажа трудяга, показав мне полу ржавый камень, и правда, похожий на смёрзшееся конское испражнение. – в них очень много шлака. Приходится долго варить, и для нормального сплава требуется много меди.

- Так в чем проблема? Варите. – усмехнулся я.

- Нужно много леса...

- Ох... Ладно, показывайте, что мы там имеем. Где вы раньше находили кляксы, от куда сейчас тащим каки, и куда делся лес. Будем, думать.

И мы пошли думать.

Нет, ресурсы не кончились. Железа по-прежнему было прут пруди, просто оно уже было не такое чистое. И малахит весь не вытаскали. И даже лес по-прежнему стоял, хоть мы его и уже изрядно покоцали. Просто как никогда остро встал вопрос о о необходимости налаживании каналов поставки, для поддержания прежних темпов роста и развития государства и цивилизации, бесконечно развивающейся сталелитейной промышлености, и удовлетворения всех моих хотелок.

Чем мы и занялись. И как быстро выяснилось, и в прочем, и ожидалось, для этого всего требуется паровоз. А для паровоза нужны ресурсы. Дерево для рельс, метал для корпуса. Замкнутый круг. Но ничего, выкрутимся.

К слову, новые плуги крестьянин оценил. Не сразу, и пока еще не все. И тот, кто оценил, сделал это только к концу пахоты, когда осознал, что спину ломит, да не так, и руки лишь крутит, но они по прежнему на своих местах.

А вот косилка пока еще не косит. Ну, точнее косит, но лишь как опытный образец, скашивая пол гектара за починку. Ну а торговцы... что-то там пищали из-за бугра, но опять припухли. Припухли караваны. А вот одиночки... Кажется, в лес вновь нужны разбойники.

Эти мелкие проныры, бродячие торговцы, по слетались к нам, как мухи на... По дороге их не пускают, так они через лес прут! Гады! Пронюхали, что я тут у себя золото в грош не ставлю, и бегут, выменивать у крестьян золотые побрякушки, ложки да тарелки, на всякие... вкусьняшки. Ну прям как индейцы и стекло. Только тут крестьяне, и, ягодный пирог, примеру. Или ириски, или конфетки какие там... Кошмар какой-то!

- Эй, кровавый! – вернулся я в замок, любуясь колышками на месте бедующей крепостной стены.

- Да ваше величество. – отозвался рыцарь в черном, не забыв преклонить колено.

- Твои ребята готовы?

- Да ваше величество. – сказал рыцарь вставая с земли, и молча кивая головой куда-то в сторону.

Кажется, у меня пропала шайбочка из левого кармана штанов, и... оп ля, попался. Я тебя видел голубчик, хоть и не видел, как ты шмыгнул мне за спину, я заметил как ты оторвался от стены и метнулся ко мне. И твою руку, тянущеюся к карману я тоже видел.

- Кровавый, ты же должен был их тренировать? – усмехнулся я, держа воришку за руку. – разве нет? – рыцарь виновато склонил голову. – плохо братцы, плохо. Воровать очень плохо. – усмехнулся я, глядя на пацана, чью руку я поймал. – ты же знаешь, что положено за воровство? – и я вытащил из ножен кортик. – Да, сейчас мы, немножко... – я стал оттопыривать пальчики перепуганного мальчугана, медленно занося кленок. Мальчишка сначала начал дергаться, потом, поняв безуспешность своих попыток, окончательно поник, и повис на руке, крепко стиснув зубы. Даже вон слезки выступили. Но молчал, и уж тем более не обделался. – В прочем... – я убрал кинжал. – поскольку вы работаете на меня, и пока вы работаете на меня. это вам не грозит. – поставил паренька на ноги, и отряхнул его одежду. – Ну? А где второй? Ты хорошо маскируешься, но твои движения... Кровавый разве не давал вам стенд с колокольчиками?

- Давал... – тихонько прошептал парнишка, выходя из-за балки подпорки навеса.

- Ну, а в чем дело тогда? Как ты вообще этот тест прошел? Я ж сквозь штанину твои пальцы чувствовал, не хуже чем без них! Ты будто не шайбу воровал, а массаж решил сделать! – мальчуган поник головой. – Ну а ты? – уставился я на первого – не уж-то из благородных побуждений, решил прикрыть товарища, нарочно на глаза подставляясь. Ээх, плохо. Очень плохо. Давайте снова. Только не обижайтесь, когда я буду вас за руки хватать, - усмехнулся я, глядя на покрасневшею кисть «домашнего воришки» – сами понимаете – рефлексы.

- В общем, кровавый, - говорил я с рыцарем, вышагивая по коридорам замка по направлению к кухне – как деловым парням, твоим ребятам еще расти и расти. Но мне понравилась их молчаливость. Ты что им, язык вырезал? Серьёзно вырезал? Нет? А то смотри, я тебе самому вырежу, за излишнее рукоприкладство.

- Мой король. – неожиданно застыл рыцарь и припал на одно колено. – Фрошка... он немой.