Дача на двоих

Глава 1

Я Лера и в следующей жизни я хотела бы стать кошкой. Чтобы иметь хотя бы каплю гордости и самоуважения. Не то что сейчас. Тряпка. Иначе не скажешь.

А как ещё меня назвать, если вторую неделю Кирилл, с которым у нас вроде как серьёзные отношения, избегает встречи? Ну, допустим, в прошлые выходные он заболел. Можно простить. А раньше? Была бы я кошкой, вильнула бы хвостом, и ищи меня потом, кусай локти.

— Лера! Где укол? Мы с Мотей ждём!

Голос Арины вернул меня в реальность. Она склонилась над упрямым сфинксом. Это Мотя, частый клиент нашей ветклиники.

Нет, мне нравится моя работа. Я ветеринар в клинике Арины. Иногда мне кажется, что с животными общаться гораздо проще, чем с людьми. По крайней мере с мужчинами. Правда, мужчина у меня всего один.

Арина крепко зафиксировала кота, и я быстро сделала укол. Он даже не успел мяукнуть. Лидия Михайловна, хозяйка Моти, говорит, что у меня лёгкая рука. Я смущаюсь, но мне приятно. С детства я чувствую какую-то особую связь с животными.

В моём детстве мама разводила американских кокер-спаниелей. Это помогло нам выжить, когда её сократили на работе. Потом в квартире появилась сиамская кошка Марта. А когда мне исполнилось двенадцать, я попросила на день рождения морскую свинку. Выбор профессии не заставил себя долго ждать.

Удивительно, но даже самые буйные пациенты, которые приходят к Арине на приём, успокаиваются в моих руках. Она меня за это, кажется, немного недолюбливает. Хотя я стараюсь всегда быть с ней дружелюбной.

Например, в понедельник она вышла на работу в новых серёжках глубокого синего цвета. Лондон-топаз. Камень, который я ни с чем не спутаю, потому что сама мечтаю о таких. Может быть, Кирилл догадается: до моего дня рождения чуть меньше месяца, а я уже не раз намекала.

— Лерочка, что бы мы с Мотей без тебя делали, — сказала Лидия Михайловна, прижимая дрожащего кота к себе.

Арина молча вышла из процедурки.

— Сейчас отпаивайте его побольше, — сказала я, хотя давать консультации обязанность врача, а не ассистента.

Но вскоре мне стало совершенно безразлично, что думает Арина. Это был последний рабочий день перед длинными июньскими выходными. За несколько дней она отойдёт, а у меня впереди праздники с Киром. Наши первые летние выходные вдвоём. Я уже и подарок приготовила: кожаный блокнот его любимой фирмы.

— Какие планы на праздники? — спросила Арина, включая кофемашину.

Она отходчивая. Особенно когда клиенты уходят.

— Пока не знаю, — ответила я.

В моём представлении Кирилл обязательно меня куда-нибудь пригласит. Мы поужинаем на веранде какого-нибудь ресторана, возможно, потанцуем, а потом пойдём гулять по вечерней Москве. Или уедем за город: будем сидеть на террасе с холодным лимонадом, слушать, как стрекочут кузнечики, и смотреть на закат над соснами. И он наверняка скажет мне что-то важное.

— Как это не знаешь? До праздников всего пара дней, — Арина чуть не поперхнулась горячим американо.

— Я просто даю своему молодому человеку возможность выбора и не давлю на него, — сказала я.

— Начиталась умных книжек, — фыркнула она.

Арина старше меня на пять лет, но будто уже изучила эту жизнь вдоль и поперёк. Да, Кирилл ещё не обмолвился о планах. Но потому что много работает, и ему не до этого. Мне хочется так думать. Или стать кошкой.

Только не как Мотя, хладнокровным сфинксом. А какой-нибудь бенгальской. Они, кстати, очень умны и хорошо поддаются дрессировке. А ещё тяжело переносят разлуку. Точно про меня.

Нет, хочу быть противоположностью. Сиамской. Своенравной и свободной. Хотя кого я пытаюсь убедить? Характер не про породу. Он или есть, или нет. Неважно, дворняжка ты или ухоженный йорк.

Я решила не выворачивать душу наизнанку перед Ариной и перевела тему:

— Ну а у тебя? Откуда новые серьги? Колись!

Она потеребила мочку уха и таинственно улыбнулась:

— От тайного поклонника.

У Арины и правда было много поклонников, сколько я её знала. Среди них оказывались солидные владельцы гелендвагенов, которые приезжали на приём с мускулистыми мастифами. Настойчивые хипстеры-айтишники с лабрадорами, всегда в паре с лавандовым рафом или кокосовым латте. Был даже один кандидат наук: застенчивый, но ужасно влюблённый. Он оставлял у нас на передержке старенькую болонку. Арина говорила, что это собака его мамы. Сам он живёт в сталинке с высокими потолками и видом на набережную. С одной поправкой: во всём и всегда слушается родителей-академиков, которые живут вместе с ним.

Я вспоминала всех этих молодых людей и думала, как же мне повезло с Кириллом. У него свой небольшой бизнес, ремонт компьютерной техники. Но он очень перспективный. Просто слишком занятой.

Когда кофе остыл, а клиенты по записи закончились, Арина накинула лёгкий льняной жакет, поправила солнечные очки на голове и умчалась на такси. Подробностей она решила не рассказывать. Сказала, что едет на встречу с давним другом.

А я, как обычно, прибралась в процедурной, а потом отправила Киру сообщение:

— Я в клинике. Уже освободилась. Какие планы на выходные?

Да, я написала первая, хотя с утра он молчал. Но ведь у него бизнес, а перед праздниками горячая пора. Нет, обычно он пишет: «Доброе утро! Как спалось?» Или, если на улице наконец становится тепло, присылает: «Поздравляю с настоящим летом!» Мне кажется, это так мило.

Как раз когда я замечталась о наших с Киром летних выходных, раздался звонок. Я, не глядя, приняла вызов:

— Ты уже подъехал?

— Лерочка, во-первых, я не подъезжаю, а уезжаю. А во-вторых, я всё-таки хоть и преклонных лет, но дедушка, — раздался знакомый женский голос с хрипотцой.

Это была тётя Инна, мамина близкая подруга. Я так быстро приняла звонок, что даже не успела прочесть её имя на экране смартфона.

— Тётя Инночка, простите, я ждала звонка и тут вы…

— Понимаю, понимаю, Лерочка. Ты в заботах да делах, но больше никто, кроме тебя, не выручит.