Дачные ромашки и миллионер в придачу

Глава 2. Дачный дебют

Ключи с собой. На заправку по пути заскочу. Времени только четвёртый час, сегодня праздник, все бухают и дороги пустые. Домчу быстро.

Выжимаю сцепление, включаю первую передачу и аккуратно трогаю с места. Через двадцать минут уже выезжаю на трассу, еду спокойно — гололёд никто не отменял. Температура скачет в начале марта знатно. Стоит быть бдительней.

Доезжаю за час. Вот и что я раньше не ездила? Открываю ворота и заруливаю в сообщество дачное. Домик бабули на самой окраине. Дальше только пустые участки на пару гектаров, никто никак не купит. Что-то там не так то ли с землёй, то ли с документами. Да и цены кусаются.

Выхожу из машины и топаю ворота во двор открывать. Темнеет уже, в сумерках этих и под снегом не видно ничего. Да и забыла, что прямо перед воротами яма. Благополучно подворачиваю левую ногу. Маты летят. Больно. Слёзы хлынули.

Да как я домой поеду? У меня ж механическая коробка, чем сцепление выжимать буду?

Допрыгиваю по тёмному двору до домика, машину так и бросаю у ворот, загонять не буду. Заползаю внутрь. Сдохнуть от холода можно. Быстро растапливаю печку и греюсь.

Пока у бабули жила, мастерски научилась огонь разводить. В город баб Дуся ехать отказывалась, так что пришлось мне отпуск брать и тут сидеть.

Мои размышления прерывает протяжный гудок клаксона. Высовываю нос из уже тёплого домика и смотрю в непроглядную темноту. За моим «Ниссаном» яркий свет и тарахтит тачка какая-то.

«Это ж последний дом на улице»... — думаю и, накинув пуховик, прыгаю к калитке.

Открываю. Стоит амбал два на два и грозно на меня глядит.

— Уберите машину, — чуть не рявкает стальным голосом.

— Здравствуйте! — задираю голову. — Я ногу подвернула, не могу сесть за руль. А вы куда? Дальше нет дороги.

— Не ваше дело, — хамит мужчина, а у меня тоже язык за зубами не держится.

— Вам не говорили, что надо повежливее быть? — повышаю голос, что-то достали меня сегодня всё.

— Новый хозяин участка, что за вашим, приехал земли посмотреть, — выдаёт мужчина и пристально глазеет на меня.

— Земли? — изумляюсь. — А он пешочком прогуляться не хочет? Погода изумительная. А на улице кромешная тьма. Что он увидеть-то намерен? Я, правда, не могу за руль. Вон, — указываю на поднятую ногу, — не могу поставить даже.

Мужчина опускает взгляд и поднимает бровь.

— Это ж левая нога.

— И? — недоумеваю.

— Как она вам мешает?

— У меня механика…

Собеседник переводит взгляд на мою тачку и пару секунд рассматривает. Поворачивается ко мне и оценивающе смотрит. Что? Никогда не видел бабу за рулём джипа на механике? Ну да, уникум я.

— Во дворе место есть? — смягчается шкаф.

— Есть…

— Давайте ключи, я загоню.

Лезу в карман, выуживаю связку и тяну мужчине. Он забирает, идёт и заводит машину, а потом спешит ворота открыть. Наблюдаю.

Тьма непроглядная, не видать ничего, до конца улицы фонари ещё недотянули. Мужик идёт к задней двери своего «Кадиллака Эскалейд» и… О-о. Это не его машина. Приоткрывается окно,и оттуда кто-то распоряжения выдаёт этому бугаю. Он что, водитель? Вот это да…

Возвращается и моего «Патрольчика» загоняет во двор.

Ба-бах!

— Э-э! — ору, прыгаю к машине, но уже поздно.

Выскакивает огорошенный, то ли звуком, то ли моим ором, мужик и смотрит на заднее колесо, которое прям на глазах спускает в ноль.

Ругаюсь. А тот на меня не смотрит, бежит к тонированному окну.

— Поменяй колесо и заплати, — еле слышу недовольный голос из крутой тачки.

Начинаю шипеть. Водитель возвращается. Просит фонариком посветить. Быстро достаёт из багажника домкрат, ключ, запаску и меняет колесо. Спущенное убирает и…

Вот те на! Суёт мне две пятитысячные купюры.

— Это что? — лупаю на него.

— За неудобства.

— Не надо. Колесо починить восемьсот рублей стоит, а то и триста, если мелкий прокол, — недовольно цежу.

— Шеф сказал заплатить, — пожимает плечами водила.

— Передайте своему шефу, что не нуждаюсь. Может оставить номер телефона, я, как отремонтирую, скину чек, оплатит, если так хочет.

Скачу на одной ноге к воротам, чтобы закрыть их. Ногу уже сводит, совсем отекла. Хорошо, что бабушкины сапоги для огорода надела, они огромные и не давят. Спотыкаюсь и лечу на грязный снег. Следом летит и нецензурная брань. Цепляюсь за ворота и поднимаюсь, зыркая на руку у своего носа — водитель помочь решил.

Вкладывает деньги мне в карман, когда я поднимаюсь.

— Я вроде ясно выразилась, — достаю купюры, — мне не нужны деньги. Я была не права, оставив машину на проезжей части. Я же не знала, что кто-то купил этот, — указываю в сторону пустыря, — участок.

Мужчина кидает взгляд на тонированное окно и подходит к нему. Шепчутся. Не слышу. Пока на меня внимания не обращают, скачу и ворота закрываю. Тот ещё квест с вывернутой ногой.

— Давайте, я, — улыбается водитель и снова деньги в мой карман суёт.

Смотрю на него, как на дебила. Глухой? Тупой? Или это его начальник — маразматик?

— Заберите, а! — рявкаю.

— Босс…

— А он сам у вас не разговаривает? — перебиваю.

— Э… — теряется мужчина.

— Гордая, что ли? — слышу смешок из-за тонированного стекла.

— Может, и гордая, — скачу в сторону его машины. — Мне не нужно, — кидаю со злости деньги в маленькую щель, не видно гада, но слышу, что смеётся.

Обидно так становится. Выглядит как подачка.

Нет. Деньги мне, конечно, не помешали бы. Но, во-первых, не такая сумма, а, во-вторых, могли бы и вежливо дать, а не совать в карман и хихикать.

Не слушаю, что он там говорит, скрываюсь за калиткой и лязгаю засовом. Бесят меня богатенькие, которые не могут выйти, поздороваться. Что? От него убудет, что ли, если он рот свой откроет и «пожалуйста, уберите машину» скажет?

Уезжают дальше.

А я до домика доскакиваю, дровишек в печь подбрасываю, и спать заваливаюсь…