Дачный обмен 5: в Париже

Episode 5.1

Майское утро в Минске начиналось мягко и спокойно: свежий ветер шевелил молодые листья на деревьях, в открытое окно доносились крики птиц, запах влажного асфальта после ночного дождя смешивался с тёплым ароматом пробуждающегося города. Солнечные лучи пробивались сквозь полупрозрачные занавески, ложились золотыми полосами на простынь, на разбросанную по полу одежду, на обнажённые тела, переплетённые в ленивом, но напряжённом утреннем ожидании.

Вадим лежал на спине, подложив руку под голову, его грудь вздымалась часто и неровно, потому что над ним двигалась Лера – голая, с растрёпанными светлыми волосами, которые она сжимала в ладонях, удерживая их, чтобы не падали на лицо. Она сидела на нём верхом, её бёдра работали в чётком ритме, и каждый раз его твёрдый член глубоко входил в её влажное влагалище и выходил почти до конца, скользя по её стенкам так, что они прилипали к нему, блестели в утреннем свете и снова жадно втягивали его внутрь.

Она прикусывала губу, закрывала глаза и резко опускалась вниз, ощущая, как головка снова и снова упирается в самую глубину, а потом выгибала спину, поднимаясь вверх, оставляя его член на секунду почти полностью снаружи, чтобы через мгновение снова поглотить его целиком. Вадим смотрел на неё снизу, видел, как её грудь вздрагивает от каждого удара, как напряжённые соски едва не касаются его груди, и чувствовал, как её тёплое влагалище буквально сосёт его, будто не хочет отпускать.

Она наклонилась ближе, волосы упали на его лицо, дыхание стало горячим, сбивчивым. Вадим резко поднял руки, сжал её за упругие ягодицы, и в тот же момент начал сам двигаться навстречу – его член резко заходил в её влагалище всё глубже, толчки становились мощнее и быстрее, чем её движения до этого. Лера вскрикнула, запрокинула голову и пронзительно застонала, потому что теперь он долбил её с такой силой, что каждое движение отдавало вибрацией в её животе, грудь тряслась, а по коже бежали мурашки.

Она не выдержала, откинулась вперёд, уткнулась лицом в простыню и вцепилась пальцами в ткань, сжимая её так, будто пыталась удержаться от волны наслаждения. Её глаза были плотно закрыты, губы разомкнуты, дыхание прерывистое и хриплое. Вадим держал её крепко за бёдра и продолжал загонять свой член в её влагалище, чувствовал, как оно горячо и тесно сжимается вокруг него, как с каждым резким входом её тело содрогается и изнутри выталкивает новые порции влажности, которые текли по его стволу и пачкали простынь.

Её стоны становились всё громче, захлёбывались, переходили в крики, в которых смешивались боль от его резкости и восторг от невозможного наслаждения. Каждый его толчок был таким сильным, что её попа хлопала по его бёдрам, звук разносился по комнате вместе с влажным чавканьем их соединённых тел, и она уже не могла остановиться – просто подчинялась этому ритму, позволяла ему насиловать её так, как он хотел, и сама в исступлении выгибалась, принимая всё глубже и глубже.

Её тело начало дрожать, будто внутри что-то натянулось до предела и готово было сорваться, дыхание стало хриплым и прерывистым, и в какой-то момент Лера громко вскрикнула, выгнулась всем телом и прижалась к нему бёдрами так сильно, что его член ушёл в неё до упора. Влагалище судорожно сжалось вокруг него, будто не отпускало, и в эти секунды оно с каждой пульсацией выдавливало из себя горячую влагу, которая текла по стволу и капала на его яйца, пропитывая простынь под ними. Она держалась руками за ткань, тряслась, глаза были плотно зажмурены, губы дрожали, а из горла вырывались глухие стоны, словно она не могла остановить этот поток наслаждения.

Вадим, чувствуя, как её влагалище обхватывает его член, сжал её ещё крепче за ягодицы и ускорился, загоняя его всё глубже и резче, пока сам не оказался на грани. Он вжимался в неё, продолжал долбить её так, что тело Леры снова и снова содрогалось от ударов, и в следующую секунду его накрыло – он застонал низко, глухо и начал кончать, мощные струи спермы вырывались из его члена прямо в её влагалище, заполняя его теплом и выталкиваясь обратно наружу.

Он не останавливался сразу, продолжал двигаться, чувствуя, как сперма выходит из него и одновременно вытекает из Леры, стекая по его стволу и её бёдрам. Она тяжело дышала, её тело ещё подрагивало от оргазма, а он постепенно замедлял движения, будто не хотел отпускать этот момент, пока не остановился совсем и медленно вытащил свой член, скользнувший наружу вместе с остатками густой спермы, которая тут же потекла из её распухшего, ещё подрагивающего влагалища.

Лера, тяжело дыша и всё ещё подрагивая от только что пережитого оргазма, медленно слезла с Вадима и, опустившись рядом на простыню, повернула голову к нему и прижалась плечом к его груди. Её волосы, влажные у корней, щекотали ему шею, а глаза светились усталой, но довольной улыбкой.

— Ты снова представлял вместо меня Ольгу Алексеевну? — она приподняла бровь, глядя на него снизу вверх, словно проверяя реакцию.

Вадим резко выдохнул, повернул голову к ней, в его взгляде мелькнуло раздражение.

— Лер, ты всегда после нашей ебли будешь задавать этот вопрос?

— Ну а что? — Лера приподнялась на локте, её глаза сверкнули упрямством. — Почти полтора года прошло, как вы не виделись, не разговаривали. Я хочу понять, ты трахаешь меня или всё ещё представляешь её.

— Если ты всегда будешь напоминать, она с головы не вылетит, — он посмотрел прямо в потолок, губы дрогнули.

— Да при чём тут я? — Лера перекатилась на спину, руки сцепила на животе. — Не я же представляю голой её, а ты.