Дай мне руку, брат

Часть 1 Глава 2

Глава 2

Феликс ловким жестом извлек из бокового кармана дорогой телефонный аппарат. Определившийся номер не был ему знаком. Он включил связь.

— Мистер Желязны?

— Кто это говорит?

— Это я, Зеленько…

— В чем дело?

— Я по поручению Главы Временного Комитета по стабилизации…

— Оставьте церемонии, что случилось?

— В общем, господин Пристрек уполномочил меня связаться с вами и сообщить срочную информацию. Где вы сейчас?

— Не слишком ли много вы на себя берете, Зеленько?

— Я все понимаю, господин Желязны, но… В СИЗО случилась неприятность. Валентин Анатольевич срочно убыл туда. Он приказал найти вас.

— Что за спешка, в общих чертах? Я сейчас занят…

Зеленько шумно выдохнул в трубку и тихо произнес:

— Есть новости. Олсен – журналист…

— Он мертв?

— Он …пропал.

Пауза длилась не более трех секунд:

— Я в… Н-не важно. — Будто выругался, ответил Желязны. — Через двадцать минут буду возле Комитета. Встретьте меня внизу.

Желязны и Зеленько поднялись в кабинет Главы Временного Комитета по Стабилизации Правительства Беларуси, Валентина Анатольевича Пристрека. В просторном помещении, деловито поблескивающим металлическими арками выгнутых спинок стульев, коих здесь было столько, что они едва помещались вокруг массивного эллипса стола, был только хозяин помещения. Он поднялся навстречу Феликсу, кивнул Зеленько и тот молча вышел прочь.

— Здравствуйте, — тихо сказал Пристрек, сделал шаг в сторону и жестом пригласил своего гостя сесть на любое удобное для него место. Феликс безцеремонно подошел к главному креслу кабинета и тут же погрузил на него свой худощавый зад. Ничуть не смутившись этому, Валентин Анатольевич приблизился к нему, взял со своего стола бордовую пластиковую папку и, устроившись на соседнем стуле, аккуратно положил ее перед собой.

Желязны на несколько секунд сомкнул веки и совершил длинный и ровный выдох. Короткое время концентрации закончилось и он открыл глаза, снял очки, достал из кармана носовой платок и, продолжая пребывать в глубокой задумчивости, медленно стал протирать стекла. Вскоре выпуклые, мощные линзы имели просто идеальный вид. Платок, полным хладнокровия жестом вернулся обратно в карман и Желязны, медленно огладивший его подвернувшийся клапан, наконец, спросил:

— У вас же там были свои люди?

Пристрек коротко вскинул брови и вздохнул:

— Были? Они все мои! Он пропал как раз на смене… самых преданных.

— И что они говорят?

— Всякую ерунду…

— Со временем исчезновения определились?

— Нет. В том-то и дело, что нет. Кто-то считает, что он пропал днем, кто-то, что ночью.

— Думаю, дневная версия ближе к истине.

Пристрек нахмурился:

— Мистер Желязны, я ни в коей мере не стал бы подвергать сомнению вашу интуицию и проницательность, однако не смогли бы вы объяснить мне, почему вы думаете, что он пропал именно днем?

— Нет, — тихо и властно ответил Желязны, — я не стану вам ничего объяснять. И как раз по причине того, что полагаюсь на свою интуицию и проницательность. — Феликс поправил очки, и криво ухмыльнулся. — Нас ждет весьма серьезный разговор, Валентин Анатольевич. Вы обязаны мне пообещать спокойно сидеть и слушать, а также точно и коротко отвечать на мои вопросы. В противном случае, я просто буду вынужден покинуть этот кабинет и убыть за пределы страны. На это вы не пойдете, ведь так? Тогда приступим…

«Ситуация выходит из-под контроля» — кажется, так звучат ваши скрытые мысли? Можете не отвечать. Меж тем, вот уже несколько лет все инструкции, предлагаемые мной, четко и верно ведут вас к давней и некогда недостижимой цели – полной власти в стране. Вспомните, ведь еще совсем недавно вы совершенно не верили в то, что будете иметь в своих руках столько?

Давайте, милый мой, отмотаем время назад. У вас сохранилась в памяти вечеринка, когда в порыве алкогольной откровенности вы имели неосторожность признаться мне, что хотели бы попробовать порулить какой-нибудь «большой машиной», ну, хотя бы неким важным государственным ведомством? Вспоминайте... Тогда внизу на лестничной клетке появилась женщина, ваша соседка снизу – жена Председателя КГБ. Да, именно так, с трепетом и нотками глубокого личного уважения шептали вы в тот момент эти слова. В ответ на это я показал вам лишь крохотную долю силы своего Контроля над заданным объектом и, если бы не ваше малодушие и жалость к соседке, даже несвоевременный приход кого-то и досадная случайность не спасли бы ее.

Все с того самого момента было под моим контролем и контролем моих людей. Как только проявился человек, за которым идет странный и мощный энергетический шлейф, способный изменить ход, впрочем, …вам совершенно неважны и непонятны эти детали. Так вот, скажем проще – этот опасный для вас человек, мы взорвали его комнату в общежитии. Слегка недоработали, мы тогда только начинали, и человек этот не погиб, но! Я ведь его аннулировал. Напомню вам, только он был способен изменить многое, если не всё в этой стране. Уж таков один из возможных сценариев его Судьбы. Ничего тут не поделаешь. Повторяю, он – единственный и он аннулирован. Больше вам бояться нечего.