Дай мне руку, брат

Часть 3 Глава 7

Глава 7

Нужно сказать, что наиболее точное внешнее описание девушки из всех ребят разведгруппы сделал только Волков. Приближаясь к гостье прогулочным шагом, не спеша, Иван Сергеевич изучал ее и мысленно соглашался с заключением того, в ком она почему-то не признала «Нясучага пяруноў Перст». «Нечего трепаться, Веня, — говорил Волков, — никакая она не дура, красивая девчушка Правда, очень красивая».

Непонятно к чему к Ловчицу тут же привязался образ его супруги Ирины, впрочем! Он подошел ближе и тут же выяснил почему. Они были похожи. Не без удивления отмечая этот факт, Ловчиц тихо откашлявшись, произнес:

— Здравствуйте, красавица.

— Здравия и тебе, страж.

Иван Сергеевич улыбнулся:

— Ты говоришь, как Авеги.

Она едва заметно двинула темными дугами бровей:

— А как это «так» говорят Авеги?

— Ка-ак? — На распев спросил он и сам задумался. — Они говорят …точно. В их словах нет ничего лишнего. Только вот почему ты назвала меня страж?

— Ты и есть страж, — просто ответила молодая женщина (или все же девушка?), — теперь ты – Страж этой земли.

Сердце Ловчица похолодело. Сказано это было так, что уточнять что-либо просто не имело смысла. Опять же, казалось бы, просто слова, но Иван Сергеевич еще раз ощутил всем своим телом нешуточное давление «атмосферного столба» свалившейся на него ответственности. Общение с Атеем и Ориславом приучило его вслушиваться в слова, анализировать, делать выводы, принимать их, как руководство к действию.

Не сказать, что Иван Сергеевич очень радовался тому, что в его жизни имелась эта связь с некими третьими Силами, но, с другой стороны, он прекрасно понимал, что именно их усилиями пока еще держался на плаву корабль надежды целого народа.

— Я Страж? — Рассчитывая получить больше информации, спросил он.

— Да.

— А почему я?

— А почему не ты?

Ловчиц почувствовал, что не в пример Авегам, девушка была более словоохотлива:

— Я понимаю, сдержанно ответил Иван Сергеевич, — Атей говорил – раз я столько вынес, выдержал…

— Именно потому, что ты столько вынес, столько выдержал ты и есть Страж. — Не дала гостья ему договорить. — Не разогрей руду, не повозись с ней в кузне, не выковать меча булатного. Но всё пережитое тобой только часть твоего «Азъ», часть твоего образа, полного, ального образа. Об этом тебе тоже должны были сказать. Для того, чтобы стать мечом, нужно хотя бы родиться рудой. Ты был стражем по рождению, тебе… совсем не обязательно было для этого столько пережить. Но пережил? Крепче будет меч.

— Может и так, — вздохнул Ловчиц. — Авеги об этом не говорили.

— На то они и Авеги, — ничуть не смутившись, ответила гостья. — Не их это забота, что-то кому-то объяснять. Более скажу, их за сие даже наказывают, когда встревают не в свое дело. Задача Авеги донести целым, неизменным то, что им поручили, а я, — хитро добавила она, — всего лишь женщина. Что с меня возьмешь? Могу и поболтать…

— Женщина? — Хитро заметил Ловчиц. — Может быть все-таки девушка?

— Не-ет, — коротко пропела гостья, — я женщина, — и тут же многозначительно добавила, — в самом полном смысле этого слова. Осталось только детишек нарожать...

— Как мне обращаться к тебе? — Спросил Страж.

— Зови Радмилой, — ответила гостья, поднимаясь с пенька и отряхиваясь от прилипшей иглицы. — Прогуляемся?..

Они пошли рядом. Теплый весенний лес полностью очнулся от придавившего его ночью морозца. Солнце набирало силу и Ловчицу пришлось отбросить бушлат назад, на спину:

— Жарко, — улыбнулся он, — все никак не привыкнем, что май уже на дворе...

— Хорошо, что с оружием, — непонятно к чему сказала девушка и тут же уточнила, его не видно, но мне – видно. Знаешь, что такое засопожный нож?

— М-м, — потянул вниз уголки губ Иван Сергеевич, — по названию, так это просто нож, который носили в сапоге.

— Догадливый, — с легкой тенью иронии заметила гостья, — так и есть. Заведи себе такой, а лучше два. И попроси бера вашего научить тебя с ними обращаться. Пригодится скоро…

— Бера? Серегу Медведева?

— Здорового такого, что перекидываться может.

— Хорошо, попрошу. А что если я не успею освоить?

— Будешь калекой жить, горемыкой до самого скончания дней своих…

Ловчиц даже отстал слегка. Ком пополз к горлу.

— Что? — Спросила, словно играла с ним девица. — Убедила? Заведешь?

— Не сомневайся, — только и выдохнул Иван Сергеевич, привыкший доверять этим людям. — Скажи, — решил он тут же поменять неприятную тему, — Радмила, это имя или…

— Имя, — подтвердила она и улыбнулась, — сразу видно, что ты – служака. Допрашиваешь, выпытываешь чего-то, все тебе знать надо. Но я и не против. Всё расскажу, запоминай только. От этой поры и на далее, имя мое – Радмила. Имя Рода Космотемьянова, а по батюшке Всеволодовна.

— Космотемьянова? — Заинтересовался Ловчиц. — Почти как Космодемьянская…