Дай мне руку, брат

Часть 4 Глава 2

Глава 2

Джанет боялась поднять взгляд. Она вдруг ясно ощутила, что над ее тонкой шейкой повисло холодное тело безпощадного меча судьбы.

— Я, — чуть ли не шепотом выдавила она из себя, — просто не поняла…, что там происходило. Я …испугалась, простите.

Желязны стоял перед ней, сложив руки на груди. Глядя на него можно было не сомневаться, в его вытянутой к затылку черепной коробке шли очень глубокие и энергозатратные процессы.

— Поясню, — сказал он как-то вдруг, попутно продолжая о чем-то думать, — эта девушка, с которой мы работали, имеет дар, дар, который, по сути, простаивает без дела. Она есть некий природный канал связи с тем, что люди называют Вселенский Разум. Это место, где содержится вся информация о прошлых, настоящих и грядущих событиях. Сама она не в силах прокачать существующий в ней канал на всю силу, а мы ей помогаем, естественно, с выгодой для себя.

Что тут такого? Грех не воспользоваться таким шансом. Дело в том, что со мной работают безспорно талантливые помощники, и у каждого из них есть свой дар, но все же мы, это только «автомобили без топлива». Она помогает нам добывать это «топливо».

— А она этого хочет? — спросила Джанет, и тут же ее шею что-то больно кольнуло. Девушка дрогнула и вялым движением подняла руку к воротнику. Феликс стоял в шаге от нее, он не мог быть причиной этого. Случайность? «Скорее всего, так» — успокоила себя девушка и, словно очнувшись от наваждения, стала подниматься на ноги.

— Вам стало легче? — делая шаг назад и даже не пытаясь помочь даме, спросил Желязны. — Это хорошо, — заключил он, — значит, мы уже можем расставить все точки над «і». После этого каждый из нас сделает соответствующие выводы.

— Мы… должны что-то обсудить? — обтягивая задравшуюся блузку и поправляя юбку, стала приводить себя в порядок бизнес-леди.

— Хотя бы то, для чего мы с вашим шефом вызвали вас сюда.

— Мне кажется, — открывая дверь душа, и включая свет над зеркальной полкой, спросила Джанет, — все цели моего визита мы с вами и раньше уже обсудили? Всё уже подписано. Помещения выкуплены, со следующей недели начнется демонтаж старого оборудования и ремонт. Думаю, через полгода мы дадим первую продукцию. Или, — оторвавшись от своего изображения в зеркале, поинтересовалась леди, — нужно быстрее?

— Вопрос стоит не в скорости развития бизнес-плана, — подойдя к двери и равнодушно взирая на то, как дама старается привести в порядок расплывшуюся от слез косметику, ответил Феликс. — В данный момент я озабочен другим.

— Могу я узнать чем? — окончательно придя в себя, поинтересовалась девушка.

— Почему вы вычеркнули из списка лекарств витамины для беременных «Матерна», успокаивающее «Талидомид» и еще несколько рекомендуемых препаратов первостепенной важности?

— Потому что одно дело сбыть что-то ненужное, что валяется годами на складах, а другое подорвать здоровье целого народа. Вам, конечно, некогда этим интересоваться. Я всё понимаю, просто кто-то из знакомых попросил лоббировать продвижение этих продуктов на восточном рынке, но тут, мистер Желязны, не все так просто. Как специалист сообщаю: все эти лекарства запрещены к употреблению. Они, не то слово «вредны». В запрашиваемых объемах они попросту уничтожат наших потенциальных покупателей. Кому мы потом будем продавать свои лекарства? С такой карательной фармакологией у нас в фирме всегда было строго…

— Знаю, — не дал ей договорить Феликс, — а вот вам мое видение этого правила: «Пункт № 1: делать лекарства от одного недуга, чтобы оно попутно искалечило у пациента все, что только можно и, после этого, начать производить лекарства для лечения всего искалеченного. Пункт № 2: лекарства для искалеченных органов производить, придерживаясь пункта № 1».

Жесткий и беспроигрышный бизнес-план, правда? Что-то мне подсказывает, что после моей вольной трактовки ваших правил, вы больше не станете сравнивать цели мировых фарм-ведомств и Ватикан? Вы видели, кто визировал список лекарств, рекомендуемых к производству в Беларуси и других странах Восточной Европы?

— Нет, — снова холодея, оторвалась от зеркала Джанет.

— Его подписал лично я, и руководство белорусского Министерства здравоохранения. Как вы полагаете, я стал бы подписывать что-то, о чем недостаточно осведомлен? …Что вы молчите? Включайте, наконец, свой мыслительный аппарат, мисс. Каждый пункт, каждое лекарство из этого списка должно производиться и продаваться, слышите? Меняйте название запрещенного и производите дальше!

Потребитель должен проснуться и, наливая себе утренний чай, слышать из телевизора: «у вас запор? …у вас диарея? …у вас кашель? …у вас прыщи? …у вас слабое зрение?». И так с утра до вечера, а лечиться они будут вашими препаратами, только вашими. Поверьте, в моих силах сделать так, что купить их можно будет хоть и втридорога, но без рецептов и чуть ли не в каждом гипермаркете.

Не нужно краснеть, милочка. Повторяю, я прекрасно осведомлен о ваших делах. Даже если взять последние десять лет, не помню точную цифру, но она близка к 60%. Так вот, определяющим компонентам шестидесяти процентов запрещенных к использованию препаратов, все! слышите, Джанет, «все!» фарм-компании мира попросту изменили торговое название и снова все это пустили в сеть.

Это – бизнес, — саркастически потянул уголки синеватых губ вниз Желязны, — жесткий бизнес. Без глубокого химического анализа препарата никто не определит рокового совпадения двух препаратов, а подобная экспертиза – дело весьма дорогостоящее. Вывод? Вы надежно прикрыты. Разумеется, до следующего вопиющего случая. Но случись и он, я знаю, что будет дальше. Суд, отмена нового зарегистрированного препарата со старым содержимым, третья смена торгового названия продукта и начинайте все сначала. Это работает так? Я в достаточной степени владею алгоритмами ваших дел?