Дайпатор. Собака в цепях, или Существо сущего зла

Глава 1. Пророчество

1.1 Звезда упала.

В полночном воздухе разливался запах горячей стали.

...Хороший признак, — подумал Зар’Рохт, перекусывая соломинку, которую вот уже битый час мусолил пересохшими губами. Время шло, а обещанная звезда не торопилась срываться с небосвода.

Припомнив жуликоватую физиономию торгаша, продавшего ему древний свиток, луасий нахмурился.

Сведя острые брови к переносице, воин встал, размял затёкшее за часы сидения в кустах тело и снова задрал голову, уставившись в темнеющий купол такого теперь далекого ночного неба.

Зар’Рохт считал звёзды и мучительно ждал, когда одна из этих колючих искр свалится прямо в его когтистые лапы. А уж тогда…

В груди полыхало прожорливое пламя. Сердце жаждало исполнения задуманного, но в отличие от мелких демонов, жрущих друг друга на завтрак, Зар’Рохт умел ждать. А это, как показывала практика, было решающим качеством в мире хаоса и вечных битв.

— Ничего. Уже сегодня все мои лишения, страдания, все века поисков будут вознаграждены, — пробормотал вечный. — Ведь всё, что требуется — это поймать звезду. А что может быть проще для «демона» с могучим, атлетически развитым телом и древней силой?

Про то, что эту звезду надо еще и поцеловать, луасий почти не думал, считая, что это образное выражение, было применено предсказателем для красного словца. Скорее всего, Зар’Рохт в этом почти не сомневался, звезду нужно будет поднести к лицу и либо подуть на неё, либо прислонить к лбу, ну или еще куда… Разгадать туманный словесный оборот излишне красноречивого ясновидца казалось ему делом несложным.

Воин самодовольно расправил плечи, поигрывая мускулами, и зло усмехнулся. В темноте его улыбка сверкнула холодной искрой.

И в тот же миг с расшитого серебряными нитями небесного ковра сорвалась яркая звезда.

Грохот был такой, что в радиусе пары десятков километров встревоженные бараны вскочили на ноги… и тут же снова попадали в траву, потеряв сознание от страха.

Зар’Рохт раскинул руки, прикинул траекторию приближающейся звезды — и рванул к месту падения. Он замер точно в точке приземления. Тело и разум были напряжены до предела. Гул нарастал… но теперь в нём угадывался тонкий, визжащий голос.

Визг достиг апогея — и хвостатая комета врезалась в грудь Зар’Рохта с такой силой, что он рухнул в траву, вонзив рога в землю. Сверху со звоном шмякнулось что-то тяжёлое, горячее и определённо стальное.

Вот тебе и хорошее предзнаменование.

— Какого лысого гоблина?! — взорвался он, вскакивая и пытаясь удержать соскальзывающую с него «звезду», которая оказалась… человеческой девчонкой?!

Красочный оборот про поцелуй мгновенно потерял скрытый подтекст. Хоть Зар’Рохта это не обрадовало (целоваться с человеческой девчонкой — что за изощренное наказание для вечного?), но терять было нельзя ни секунды! Ключ к исполнению желаемого был совсем рядом!

Луасий сграбастал добычу и уже вытянул губы трубочкой, чтобы совершить предсказанное... но «звезда» оказалась не согласна.

— Убери от меня свои мерзкие губёнки, шизоид рогатый! — заорала девчонка.

Глаза её нестерпимо полыхнули ледяными искрами. Зар’Рохт зажмурился, прикрывшись рукой. Свет абсолютной пустоты для луасия, пусть и лишённого первозданного света, был всё ещё нестерпим.

— Я, конечно, слышала, что у вас тут ни правил, ни законов, но чтоб до такой степени?! — возмутилась «звезда».

И на лицо древнего, многоуважаемого, внушающего ужас «демона» опустилась... чугунная сковорода.

— Хаос и звёзды... — простонал Зар’Рохт, рухнул на колени, схватился за нос и теперь с изумлением смотрел, как алые капли крови срываются с кончика сломанного носа и падают на подставленную ладонь. Кровь. Его кровь.

Никогда… никогда он не видел собственной крови. За сотни лет существования он не проиграл ни единой битвы.

И вот…

Над ним склонилась девчонка — взъерошенная, чумазая, в подранной одежде. Земная. Человеческая. Обычная.

Она пнула вечного носком грязного кроссовка, задумчиво осмотрела сковороду и выдала — охрипшим после визга, с которым падала, голосом:

— Скажи, демонюка, это ты тут такой особенно крепкий, или у вас все такие? Если все, то моей сковороды надолго не хватит. Нужно прокачаться. Ты не в курсе, где тут можно подраться? Ну, чтоб не очень сложно. Я же новенькая.

От такого панибратского обращения Зар’Рохт наконец пришёл в себя. Его глаза сверкнули алым, губы изогнулись, обнажив острые клыки. Тихое шипение, быстро перешедшее в рычание, разнеслось по ночной, почти абсолютной тишине.

Кажется, малявка наконец-то поняла, кто перед ней — и начала медленно пятиться.

— Не думаю, что мы должны были встретиться, — забормотала она, — Я слышала, что в Дайпаторе встречаются равные по силе бойцы… а ты… ну, вы… или как вас там… В общем, ваше демоническое рогачество в плаще и позолоченных доспехах… Я к тому, что такому прокаченному бойцу не с руки драться с такой малявкой. Тем более у меня и оружия-то… ну, вот только сковорода…

Тараторя и отступая, она выставила перед собой ту самую злосчастную сковороду — на чёрной поверхности теперь чётко отпечатывался профиль «демона».

Зар’Рохт снова зловеще зашипел и уже вскинул руку, чтобы сграбастать паршивку, но в следующий миг мощный толчок в спину выбил из него рычание. Он потерял равновесие — и его тут же проглотила беззубая пасть внезапно открывшегося портала.

В одно мгновение он оказался за сотни миль от того места, где, согласно пророчеству, упала роковая звезда.

1.2 Собака на цепи

Портал сработал, как изящно собранная ловушка — быстро, резко, без шансов на сопротивление.

Зар’Рохт поднялся с пола, на который был выброшен, и отряхнул прилипшую к одежде пыль. Его окружал зелёный сумрак, пропитанный парами разложения и тлена. Под ногами хрустели кости павших. Жёлтые черепа, погрызенные временем, разевали зубастые пасти в безмолвном крике. Лишь брошенное оружие тускло поблёскивало в ядовитой темноте — всё ещё ожидая своих хозяев.