Далеко от дома

Глава 16

- Хай, привет!

- Привет, Джон. - Друг нетерпеливо вздохнул:

- Все еще хандришь? Выше нос! Скоро работы прибавится!

- Что такое? - Мужчина на нее подозрительно посмотрел:

- Ты телевизор или радио включаешь хоть иногда?

Хай недовольно фыркнула:

- Джон, не говори глупостей! Конечно, включаю! Не почтовыми же голубями я новости получаю.

Он прищурился:

- Пожалуй, ими было бы вернее... Хай! Обещали снегопад! Снежная буря!

- Джон, я бы слышала, если бы об этом говорили!

- О, да! Ты бы слышала! Если бы ты хоть что-нибудь слышала, кроме своих мыслей!

Джон быстро пересек большой задний двор и пошел к овчарням. Заглянул в одну, вторую...

- Я не поняла: ты проверяешь качество моей работы?

- Я проверяю, подготовились ли ребята к снегопаду. Но вижу, что да. - Он вернулся и внимательно оглядел двор. - Хай, тебе очень повезло с рабочими! Очень-очень повезло!

- Ты меня воспитал? Теперь можешь отправляться домой.

- Э, нет, подруга! Ты мне должна чай и булочки за заботу.

- Я их не пекла.

- Что ж, тогда и пустой чай сойдет. Я не привередливый.

- У тебя же от него зубы сводит.

- Сводит, но ведь его можно и разбавить.

Через два часа, в самом деле, пошел снег. Крупные снежинки медленно, кружась и пританцовывая, опускались на холодную землю. Их становилось все больше, белое покрывало все плотнее укутывало пожелтевшую и давно высохшую траву. Ветер гулко завывал во всех каминах, отчего в доме становилось шумно.

Но Хай не отрываясь смотрела на яркий огонь. Она была погружена в свои мысли. Долго ли? Наверное, долго. Сумерки постепенно опускались, и в какой-то момент стало совсем темно. Появились первые сугробы, снежинок стало очень много, плотной стеной они заслонили чернеющее небо. Переливчато-белые сугробы стали высотой в колено. Девушка все еще была погружена в собственные мысли. Кажется, она уснула...

"Да, что же это такое... Действует на нервы... Как будто комар над ухом жужжит... - Девушка поморщилась и застонала. - Как... Как звонок в дверь!"

Хай подскочила с кресла и скорчилась от боли. Правая нога, как не своя, а левой и вовсе не чувствовала бы, если бы не миллион "иголок", что врезались в каждый дюйм кожи. "Я так и заснула в библиотеке. Все мышцы затекли".

- Ооох. - Пронзительный звонок снова раздался на весь дом. - Да кто там?!

Девушка медленно, кряхтя и ковыляя, пошла к двери. Звонок уже звонил, не переставая.

- Да кто же так поздно?! - "Восемь вечера. Кого в такое время-то занесло?! Может быть это Джон? Если он опять воспитывать меня пришел..." Хай открыла дверь: - Джон, мне ничего не...

Она так и застыла с приоткрытым ртом. На пороге стоял молодой мужчина. Шатен, очень высокий. Из-за влажного воздуха кончики длинной челки, завились вверх, на них ярко блестели белые снежинки, ветер отбросил волосы немного в сторону. В таком виде он напомнил Хай Питера Пена... Только еще яснее, чем раньше.

Питер Пен был одет и по сезону, и по погоде: в теплую дубленку и шапку, длинный крупной вязки шерстяной шарф был обмотан вокруг шеи. Обут он был в высокие зимние сапоги. Не знай его, Хай приняла бы этого мужчину за местного.

Позади Питера Пена стоял внедорожник с высоким клиренсом. Питер Пен улыбался.

- Вы, должно быть, мисс Олсопп? - "Я все еще не сменила фамилию". - Меня зовут Маршалл Олдридж. Я приехал, чтобы устроиться на работу.

Девушка покраснела. Потом побледнела. И снова покраснела. Она совершенно не ожидала его приезда. Ее охватило смущение.

- Мистер Олдридж, извините. Но... - Голос ее охрип. - Свободных рабочих мест на ферме нет.

Он сощурился, в его серых, как грозовое небо, глазах плясали искорки смеха.

- Вы так просто не увильнете!

- От кого увиливать? От вас? Рабочих мест нет. - Уже более крепким голосом важно изрекла хозяйка фермы.

- Как же! Я ехал сюда пять часов! Видимость никакая! Дороги скользкие! - Хай была... была... - Это ваше последнее слово?

- Да.

- А если я женюсь на хозяйке фермы - мне предоставят рабочее место?

- Если только хозяйка фермы согласится выйти за вас замуж, - чопорно отозвалась девушка, но ее губы уже подрагивали от сдерживаемой улыбки.

- А она согласится? - Марш подошел близко, очень близко, так близко, что она чувствовала его горячее дыхание на своем лице. - Согласится?

- Да, - прошептала она.