Далида. Через Адову пропасть только один путь

Глава 22

Выйдя из расщелины, Далида и Юн нашли неподалеку ожидающего их человека. Как велел Тит, они оставили лошадей в благодарность за труды и двинулись в путь.

Дорога предстояла дальняя, и медлить им не следовало. С тех пор как они покинули Мадару, прошло двадцать дней.

Лошади мчались в галопе, пейзажи менялись один за другим, а перед глазами Далиды менялись картинки ее жизни. Вот она, малышка, в объятиях отца, а здесь – послушная ученица своего наставника Бая, а вот они втроем бьются с врагами, защищая границу и крепость на реке Зур. Двое главных мужчин в ее жизни… И теперь никого… Она осталась совершенно одна!

По щекам девушки то и дело текли струйки слез, которые, будто стараясь утереть, уносил ветер. А Далида время от времени трясла головой, чтобы избавиться от горьких мыслей и чувства невыносимой тоски, которое давило на ее сердце.

Когда пришло время привала, Ли и Юн отпустили лошадей и, расположившись у костра, перекусили тем, что отдал им сопровождающий. Каждый из друзей думал о своем, не пытаясь прервать молчание.

– Откуда ты? – наконец обратилась Далида к Юну.

Еще при знакомстве девушка увидела на его руках и шее искусно сделанные татуировки, но спросить об этом не было возможности. Теперь же, имея время для разговоров, Ли решила восполнить недостаток знаний о жизни юноши.

– Северные земли, между реками Сидала и Ламор. Там живет народ целителей, лекарей и травников. Там я родился.

– Эти рисунки – принадлежность к племени?

– Да. Но от принадлежности они только и остались.

– Как это?

– Я не люблю, да и никогда не любил ни лекарское дело, ни травничество. По мне, лучше меча или тонкой стрелы ничего нет! Но разве старшим это докажешь? – вздохнув, чуть с досадой, отвечал Юн.

– Так ты оставил свое племя?

– Да. Лет в тринадцать я сбежал из дома. Скитался там и тут, пока не попался кочевникам, и они продали меня рабом одному богатею. Но через год я и от него сбежал. Прятался, жил в пещере. Но меня все же поймали, а за бегство грозила мучительная и жестокая смерть. Господин барон тогда спас меня: выкупил, отдал какие-то огромные деньги. Ну, хозяин и продал меня. А господин Тит сразу дал мне свободу. Так что я не раб! Я свободный!

– Думаю, раб из тебя был бы никудышный. Уж слишком ты вольнолюбив! – одобрительно шутя, сказала Ли. – И давно ты служишь у барона?

– Года три, примерно.

– Что за человек, твой хозяин?

– Я думал, вы знакомы…

– Когда вы ждали нас на развилке, мы встретились с ним всего второй раз. Я толком и не знаю ничего о нем.

– Да я, собственно, тоже. Он никогда не рассказывает о себе. Или отшутится как-нибудь. Но мне, в общем-то, и не нужно вникать в его жизнь. Как поговаривали у нас дома: «Чем меньше суешь нос в чужие секреты, тем длиннее будет твоя жизнь». Мне достаточно того, что он добр, а еще обучает меня, берет в походы или на задания какие-нибудь сложные, вроде этого, – Юн махнул головой в сторону дороги, по которой они недавно ехали. – Все, что я умею – этому он научил меня.

– Любишь сражения, говоришь?.. – лукаво переспросила Ли. – Может, поединок?

– С вами?

– Ну, да!

– Но вы… Девушка…

– И что?

– Я с девушками не дерусь!

– А вот это правильно. Но, открою тебе секрет, девушки бывают разные… – Далида широко улыбнулась. – Так что? Сразимся? Или испугался?

– Я? Испугался?! Давайте! Берите ваше оружие! – по-юношески пылко ответил Юн.

Далида и Юн заняли позиции, приготовив оружие для поединка.

Атака Далиды… Отбито. Атака Юна… Отбито.

Девушка немного прощупала приемы Юна и его тактику.

– «Неплохо», – подумала она. – «Ну что ж, покажем парнишке что-нибудь этакое?»

Девушка принялась наносить ловкие, сильные и неожиданные удары. Едва успевая уворачиваться от стремительных выпадов, Юн отбивался от сыплющихся на него атак. Поначалу приняв спарринг за игру, парень быстро понял, что легкой победы ему точно не видать.

Удар, еще удар. Еще… Не выдержав напора, Юн свалился на землю и, кувыркаясь, старался увернуться от непрекращающихся атак. Далида вошла в раж и уже не могла остановиться, при этом осознавая, что сейчас на юноше вымещает всю свою обиду на Тита за то, что именно по его вине, как ей казалось, ушел Бай.

Еще один сильный удар, и лезвие меча девушки прошлось по руке Юна. Рука окрасилась в красный. Вид крови отрезвил Далиду, она тут же опустила оружие.

– Прости, я увлеклась, – сказала она, тяжело дыша и подавая руку Юну, чтобы помочь ему встать. – Сильно я тебя?..

– Царапина! Заживет, как на собаке! – ответил тот, вставая.

– Все же бой был неравным… – продолжая восстанавливать дыхание, сказала Ли. – Ты учишься лишь три года, а меня Бай учил с шести лет. Мы с тобой в разных весовых категориях, прости… Но ты молодец! Верткий!

– А вы покажете мне пару приемов?