Далида. Нити судьбы

Глава 46

Весь этот день боев Далида была словно натянутая струна. Она каждый раз напряженно вглядывалась в силуэты гладиаторов, ожидая увидеть Тита. Но на ринг выходили только незнакомые ей мужчины. Девушка переводила дыхание и вновь напряженно ждала. Когда вечером глашатай объявил об окончании боев, Далида была вконец измотана бесполезным ожиданием.

Она удивленно взглянула на Рувиса и получила в ответ довольную ухмылку.

«Неужели он отменил бой Тита?.. Или снова что-то задумал?..» – подумала она.

– Наместник Рувис, сын Великого Мехимаса, желает порадовать жителей и гостей города уникальной схваткой! – услышала Ли голос глашатая и повернулась, чтобы не пропустить ни единого слова. – Завтра, по окончании турнира, уважаемые зрители увидят схватку между самым сильным гладиатором и серым ревуном! Хозяин гладиатора – господин наместник!

Публика восторженно завопила и зааплодировала. Люди тут же стали обсуждать неожиданную для многих новость.

Далида замерла, услышанное никак не укладывалось в ее голове. Она медленно повернула голову к Рувису и тихо произнесла:

– Серый ревун? Это же бескрылый вид драконов?!

– Именно… – холодно ответил наместник.

– Ты решил просто убить его? – сдвигая брови и сдерживая ярость, проговорила Ли.

– Он всего лишь раб. Я волен делать все, что захочу.

Далида сжала зубы и впилась пальцами в подлокотник кресла.

– О чем вы там говорите? – с интересом вмешался в разговор императорский сановник.

– Госпожа интересуется гладиатором, что будет биться с ревуном, – ответил Рувис, окинув девушку победоносным взглядом.

– Не мудрено. Наверно, он невероятно силен, раз господин наместник решил впечатлить публику такой схваткой.

– Вот это мы и увидим завтра, – иронически ответил наместник и подал знак слугам, что намерен покинуть амфитеатр.

***

Утро следующего дня для Далиды было одним из самых тяжелых. Она так и не смогла сомкнуть глаз, встретив первые лучи рассвета у распахнутого окна. Умывшись и приведя себя в порядок, девушка облачилась в свою одежду и принялась неторопливо расхаживать по комнате, в ожидании прихода служанки.

Пришедшая помочь в утреннем туалете Маора была удивлена, что госпожа уже полностью готова к выходу.

– Господин может рассердиться, что вы оделись в свое мужское платье, и меня наругает.

– Мне глубоко наплевать на его сердитость, – сухо проговорила девушка, – а если тебя станет ругать, скажи, что я тебя силой заставила. Думаю, он поверит…

– Госпожа ни чуточку не боится наместника? Его гнев, порой, очень страшен…

– … А ты знаешь, Маора, – медленно, растягивая слова, заговорила Далида, – что иногда зверь, попавший в капкан, может отгрызть собственную лапу, чтобы вернуть себе заветную свободу? – Она в упор посмотрела на испуганно-удивленное лицо девушки.

Служанка отрицательно помотала головой.

Далида, хмыкнув, грустно улыбнулась.

– Только все дело в том, что ни зверь, ни охотник не знает, когда может наступить предел терпению и страху пленника…

Через время пришел и слуга, пригласив Далиду в поданный экипаж.

– Ты решила сегодня пренебречь моими подарками? – спросил Рувис, окинув недовольным взглядом девушку.

– Твои подарки, господин наместник, портят мне настроение… – холодно ответила та.

– Значит, этим жестом ты демонстрируешь объявление войны?

Далида подняла глаза на Рувиса и, не отводя взгляда, процедила сквозь зубы:

– Обрати внимание, не я ее начала…

Мужчина хмыкнул и откинулся на мягкую спинку экипажа.

– Твоя война уже давно проиграна, и чем быстрее ты это поймешь, тем проще тебе самой будет…

***

Заняв место в ложе амфитеатра, Далида напряженно сосредоточилась. Она уже не обращала внимания ни на кричащую публику, ни на замечания Рувиса или сановника Алойза; ее сейчас словно и не существовало в этом месте, вся она была там, в камере Тита и на ринге.

Три состязания закончились. Трибуны приветствовали изнуренных и окровавленных победителей, а рабы слегка почистили песок ринга для предстоящей битвы.

Раздался лязг затворов и железных цепей, огромные внутренние ворота амфитеатра дрогнули, и из них медленно вышло невероятных размеров животное. Люди замерли в страхе и благоговении, а ревун, почуяв множество добычи и стойкий запах крови на ринге, вдруг рванул вперед. По трибунам пронесся возглас ужаса, но тут же сменился выдохом облегчения, когда дракон, скованный огромными цепями, замер на арене, не сумев добраться до зрителей.

Серый ревун жил в Абидаресе уже несколько лет. Еще детенышем его привезли в город и по праздникам показывали в амфитеатре. Зевак на это диво находилось немало, но животное было достаточно прожорливо, поэтому его часто усыпляли настоями трав или перебродившим вином.

Предыдущие дни турнира ревун тоже спокойно посапывал в своей гигантской клетке, а сегодня его разбудили и выгнали на арену. Поэтому он был по-звериному раздражен и нервно постукивал шипастым хвостом по песчаному «ковру» ринга.