Далида. Отголоски прошлого сна

Глава 38

Долгая, скорбная пауза повисла в сияющем зале.

– Мама забрала детей? – прервал молчание Тит.

– Да. Она подарила им бессмертные тела духов воды и поселила кого у реки, кого у ручья, кого у целительного источника. Каждому нашлось свое место… От нее же и дар каждый из них получил, чтобы помогать путникам, защищать местных жителей от огня, солнца и смертельной засухи.

– Отец, почему я никогда не слышал эту историю? – немного помедлив, спросил Тит.

– Ну, возможно, потому что, когда эта история началась, ты в Небесных Чертогах долго восстанавливался после смерти своего тела титана. А потом и вовсе тех мест избегал, помнишь? Ты же сам решил больше туда не наведываться, пока Ли не родится в этот мир. А возможно, бог Вечной Мудрости запечатал эти знания для тебя, как замки на дамбе, до нужного времени…

– Значит, пришло время освободить песчаных людей?

– Полагаю, что именно так.

– А дети? Они простили ситар? Простили тех, кто обрек их на мучительную, медленную смерть?

– Да, сын. Невозможно не простить своего, даже самого жесткого обидчика, когда сам изо дня в день помогаешь другим. От сострадания сердце становится мягче, даже к врагам.

– Значит, песчаные люди…

– Уже тысячи лет несут проклятие на себе. Как только дети были забраны из пустыни, оно обрушилось на весь оставшийся народ ситар. Они не просто обратились в песок. Каждая песчинка словно острая игла, пронзает и тело, и душу их. Лишь глубокий сон может чуть-чуть притупить эту боль. Но если они не спят, то бродят по пустыне и окрестностям в поисках освобождения, но с собой несут всему живому лишь только смерть.

Тит, глядя в никуда, прокручивал в голове услышанную историю ситар и вспоминал свой разговор с песчаными людьми.

– Вот только хочу тебе сказать, сын…

Тит перевел глаза на отца.

– Дело в том, что нет более сильного проклятия, чем от чистого, невинного сердца ребенка… Ты никогда раньше не сталкивался с той болью, которую придется пережить, чтобы дать избавление песчаным людям… Я… Очень переживаю за тебя…

– Ты полагаешь, я не справлюсь?

– Ты справишься, сын. Но какой ценой? Я даже и представить не хочу… Божественный источник внутри тебя быстро поглотит проклятие… Но тело… Тело еще долго будет испытывать на себе его силу…

– Ты посоветуешь что-нибудь?

– Идти в пустыню или нет – твое личное решение. Нет в этом судей для тебя. Никто не посмеет упрекнуть тебя в малодушии, ведь никому, кроме тебя, не под силу дать избавление от проклятия, да еще и целому народу… Я не могу тебе ничего советовать, кроме как следовать своему внутреннему голосу и зову сердца…

Бог Света замолчал. При мысли о том, какое испытание ждет его сына, все естество его испытывало сильнейшую внутреннюю боль.

– Спасибо, отец, – прервал затянувшуюся паузу Тит, желая отвлечь отца от печальных размышлений. – Мне бы так хотелось, чтобы Ли познакомилась с тобой и мамой.

– Придет и для этого время, сынок. Мы тоже хотим с ней познакомиться. Кстати, как она?

– Ей непросто… Думаю, очень непросто.

– Правда? Интересно, как ты об этом догадался?

Тит приподнял брови, услышав легкий сарказм в голосе отца.

– Что ты имеешь в виду?

– Что спрашиваю, то и имею в виду. Как ты смог догадаться о том, что Далида сейчас чувствует и о чем переживает? Ты же бросил ее в полном одиночестве в своем замке.

– Отец, я не оставлял ее, просто у меня накопилась масса неотложных дел, которые необходимо решать.

– Да-да… Ты человек занятой… Занятой настолько, что даже для любимой, теперь уже жены, и часа в день не находишь…

– Отец, – запротестовал Тит, – я уверен, что Ли меня прекрасно понимает…

– Понимать-то она понимает, – оборвал его отец. – Поэтому и не дергает тебя. Но понимаешь ли ты, что твое бесконечное внимание к срочным делам лишь отдаляет ее от тебя, и причем это происходит очень быстро. Совершенно определенно, что Далида всегда сможет найти чем развлечь себя… Ну, или кем. И уж поверь мне, это точно будешь не ты!

Тит в недоумении уставился на отца, с отчетливым ощущением, что его словно обухом по голове огрели. Перед глазами неистово понеслись события прошедших месяцев и дней.

«А ведь действительно, последнее время Ли ничем не беспокоила меня: ни просьбами, ни вопросами... И тогда, в Гавероне, все дни проводила одна, без него, Тита. Звала Гектора на спарринги, а Амрит – чтобы поболтать… А он? Где был он? Он был занят важными делами… И как итог – получил первый в их семейной жизни скандал… А сейчас… Ведь сейчас она вообще в полном одиночестве, вдали от дома, друзей… Она предпочитает уединенные прогулки и поездки верхом или проводит время с Юном, учится стрелять… А со мной даже пообедать порой не хочет. Когда я видел ее последний раз? Вчера?..»