Дальнобой. Защитник поневоле

12. Алекс

Алекс вышел из травмпункта. Нужно было продолжать рейс. Он сошел с маршрута, что недопустимо. Какой пример Алекс подает другим водителям компании? Остается надеяться, что этот косяк не станет всеобщим достоянием. Данные GPS-трекинга в надежных руках, там ребята не болтливые.

Девчонку принял врач, все в порядке, можно возвращаться на маршрут.

Алекс завел своего монстра и двинулся на выезд из города, обратно на трассу. Чем дальше он удалялся от больнички, тем больше его охватывало беспокойство. В чем дело? Девчонка в медицинском учреждении, там помогут, если что. Он же не на дороге ее бросил. Бросил? Он ее бросил? А если ее настигнут те самые отморозки, что он видел у придорожного кафе? Ведь явно по ее душу.

Алекс увидел подходящий карман, умостил туда свой грузовик, облокотился на руль. Пытался понять, что так сильно свербит внутри. Не простился? А разве был должен? Нет. Обещал же себе, что в этом рейсе никаких баб. Но тут совсем не о том. Не будет же он с проституткой… тесно взаимодействовать. Тогда что? Желание помочь слабому. Ведь сам себя потом поедом съест, что оставил девчонку без защиты. У него даже нет ее номера телефона, чтобы узнать, как она. Мы в ответе за тех, кого приручили.

И еще, положа руку на сердце, пока с ним была девушка, он совершенно отвлекся от своих горьких размышлений, все больше думал о проблемах Даны. Что ему, трудно отвезти девчонку до Джугбы или Адлера? Он выбрался из грузовика и пошагал обратно.

***

Подходя к травмпункту, Алекс напрягся. Все-таки, его довольно долго не было. А вдруг она уже ушла? Это ведь к лучшему? Он ускорил шаг. Заглянул в травмпункт. Там на ресепшене стояла Аня, приветливо кивнула ему.

– Дана Скамейкина здесь? – спросил, давя поднимающуюся тревогу.

– Нет, у доктора другой пациент, там, возможно, перелом обеих ног, – зачем-то поделилась медсестра. Хотела заинтересовать своей работой?

Алекс стремительно вышел на улицу. По инерции направился в ту сторону, где раньше стоял его автомобиль. И не прогадал. Увидел Дану издали, ее красная курточка не могла не броситься в глаза. Девушка сидела на скамейке в сквере с совершенно потерянным видом. У Алекса дыхание перехватило, болью прострелило внутри. И ведь он действительно чуть не оставил ее здесь!

– Потерялась? – спросил он.

Девчонка вздрогнула, удивленно посмотрела на него и вдруг заулыбалась:

– Куда ты делся?

Ммм, они уже на твердое «ты».

– Машину переставлял, тут нельзя парковаться на фуре. Что сказал врач? Какие лекарства нужно? – тут же перевел тему, невозможно было смотреть в ее сияющие радостью глаза.

Вот ведь, он даже вроде как привык к ее «боевому раскрасу».

– Перелома нет. Нужно взять на ресепшене эпи.. эку… Бумажку с описанием случившегося и назначения.

– Давай вернемся.

Пропустил девчонку вперед, глядя, как она ловко перебирает стройными ножками в обуви на огромных каблуках. Она вообще была бодрячком, несмотря на то, что тоже почти не спала всю ночь. Алекс же особого подъема не ощущал. И мысль, что нужно садиться за руль и нагонять вынужденный простой, воодушевления не прибавляла.

В травмпункте их встретила все та же Аня, которая отдала им бумагу с назначениями. И вроде бы ничего плохого не делала, просто смотрела на парня, но Алекс почувствовал недвусмысленный интерес.

– Дай посмотрю, что там тебе понаписали, – сказал он, когда они с Даной направились к новой стоянке машины. В этот раз путь их ожидал неблизкий.

На выписке с обратной стороны от руки был записан номер сотового телефона. И хотя больше там не было никаких приписок, не трудно догадаться, кто хотел, чтобы ему позвонили. Алекс краем глаза заметил, что Дана тоже увидела запись, но промолчала. Впрочем, что еще оставалось в ее зависимом положении, качать права, устраивать разборки? С чего бы? Тем более перезванивать он и не собирался.

А вот то, что девчонка выдохлась, было видно, как она не храбрилась и не старалась успеть за ним шаг в шаг. Алекс сбавил обороты, вместо привычной быстрой ходьбы, пошел значительно медленнее. Но это не помогло, уже и такое было бабочке не по силам. Прямо бери на руки и неси. Но для проститутки как-то слишком. Кое-как они доплелись до Скании. Он открыл машину:

– Садись, схожу в аптеку. Видел тут неподалеку круглосуточную, а то на трассе где будем искать?

И ушел.

***

Дана с трудом забралась в кабину, скинула ненавистные ботильоны, вытянула ноги, которые гудели, как целое паровозное депо. Недолгая эйфория после возвращения Алекса быстро улетучилась, достаточно было взглянуть в лицо медсестры. И что она привязалась к дальнобойщику, видит же, что он не один! Или хочет продемонстрировать, что честные девушки лучше всяких придорожных бабочек? Тем, что бесплатные? Вот эта медичка прямо внаглую напрашивается, разве она лучше профессионалок?

Вдруг Дану словно током пробило. Может быть, Алекс пошел сейчас к ней? Там же ночная смена как раз кончается. Или у них все было еще раньше, когда медсестра пропала с ресепшена, а Дана сидела в парке, отчаявшись, что Алекс уехал. А он в это время «благодарил» эту самую Анну за то, что она помогла с приемом к врачу без документов?

Дана поняла, что плачет, только когда провела рукой по лицу. Нервы сдали вконец. Тяжело ей дались эти последние сутки. А тут еще единственный человек, который проявил участие, тоже порченный, если он может прямо так, с первой встречной. Как это гадко.

– Что с тобой? – спросил Алекс, залезая в кабину.

Он бросил ей на колени пакетик с лекарствами, вернулся довольно быстро. Что она напридумывала? Написала медсестра телефон, ей понравился парень, что тут такого? Может быть, Анна просто хочет продолжить знакомство, выйти замуж и жить долго и счастливо? Похоже, Дана сама становится извращенкой.

– Что случилось? – более настойчиво повторил Алекс.

Дана глубоко задышала, пытаясь прекратить истерику, стала по-детски тереть глаза, но не ответила.