Дальнобой. Защитник поневоле

31. Даниэла

Нынешнее время.

– Что ты решила? – спросил Алекс.

Они неслись по магистрали. По той самой платной дороге, на которой, как утверждал Алекс, для них было наиболее безопасно. Глядя за тем, как столбушки ограждения сливаются в единую серую линию из-за набранной скорости, Дана с этим утверждением точно бы поспорила. Сзади «висела» одна машина сопровождения. Она догнала их совсем недавно. Куда делась вторая машина, а также вся банда Белина, Даниэла спросить не решилась. Но чувствовала, что больше этой угрозы нет.

– Что теперь делать будешь? – настойчиво повторил дальнобойщик.

Если бы она знала!

Не признаваться же, что, когда Алекс ушел, и она осталась наедине со Стасом, тело физически прошил ледяной ужас. Словно окатили ключевой водой из ведра, и это в жаркий летний день. Она вдруг поняла, что если прямо сейчас ничего не сделать, можно потерять дальнобоя НАВСЕГДА. Случайный парень, что рисковал ради неё своей жизнью, может уйти в закат. И на этом всё. А где бы она сейчас была, если не он? Но было кое-что еще. Не хотелось признаваться даже самой себе, что Лиманский не вызывал и десятой доли тех эмоций, что девушка чувствовала рядом с мрачным шофёром. Влюбилась всего за пару дней? Ни разу не поцеловавшись. Не получив ни одной его улыбки. А что, так было можно? Он не проявлял никакой заинтересованности, не развлекал байками и разговорами о прошлой жизни, даже не дышал в ее сторону. Но с ним было так надежно и спокойно. Так не хотелось его отпускать.

Разговаривая с другими людьми, Алекс вдруг преображался, становился милым, очаровательным, улыбчивым. С бандитами и вовсе превращался в грозного бойца. И лишь с Даной он оставался отстраненным, даже когда утешал, ободряюще обнимал и держал её рыдающую на коленях. Но всё равно это было очень сладко. Так, что не хотелось от него отлипать. Никогда.

– Мне просто надо немного времени. Стас передал мне телефон с моим банковским приложением, так что я теперь платёжеспособная. А долг я отдам, потом, потихоньку. Я же работаю.

– Я не об этом, – чуть поморщился Алекс. – Ты сейчас сбежала от жениха. Что, нельзя было поехать домой и разобраться со всем на месте? Зачем парня маринуешь?

– Просто пока не чувствую сил, чтобы вернуться и противостоять им всем. Станиславу, его папе, которому тоже почему-то взбрело в голову, что мы счастливая пара. А, между прочим, в первую нашу встречу Анатолий Феоктистович категорически не хотел видеть меня своей невесткой. Теперь обеими руками за, – разоткровенничалась Дана. – Даже в ресторан в качестве извинения приглашал.

– Удивительная метаморфоза, – подозрительно сощурился Алекс.

– Да, удивительно, что там наплёл Стас, что его отец так переменился.

– А может быть дело не в сыне, – заметил дальнобой.

Дана пожала плечами: а в ком же ещё, что могло заставить Лиманского-старшего проникнуться к ней симпатией?

– Про маму я вообще молчу, она меня поедом ест, мечтает обзавестись богатыми родственниками. Боюсь, ночью подушкой придушит, если не пойду у неё на поводу, – пошутила девушка.

Или не пошутила?

– Жалко только работа с «малышками» застопорится. Но там есть мой научный наставник, я уже написала ему, что взяла небольшой отпуск. Да, Валерка будет скучать.

– Валерка? – дальнобойщик почему-то напрягся. – Ты так зовёшь своего преподавателя? Не слишком ли?

Дана рассмеялась.

– Моего препода зовут Всеволод Игнатьевич. Он хороший человек, хотя мы с ним расходимся в научных взглядах, но все равно как-то находим точки соприкосновения в работе. Как говорится, в споре рождается истина. А Валерка – лабораторный полтергейст.

Алекс отвлёкся от дороги, удивлённо посмотрев на Дану.

– Домовой, местный хулиган, – разъяснила девушка с улыбкой, как само собой разумеющееся. – То автоматические двери ни с того, ни с сего откроет, то среды перепутает. Очень не любит, когда о нём забывают и не говорят. Начинает шкодить.

– Романтическая у тебя работа, – отозвался Алекс.

Кажется, он впервые разговаривал с ней, как с равной, без брезгливого выражения на лице и камня недоверия за пазухой.