Дальнобой. Защитник поневоле

42. Стас

Стас не знал, радоваться ему или огорчаться. В какой-то момент всё пошло не так. Дана наотрез отказалась остановиться с ним в одном номере отеля. Разве это нормально для людей, которые вскоре должны пожениться? Девушка сказала, что страшно перенервничала и хочет побыть одна. Интересно, а зачем нужен будущий муж? Не для того ли, чтобы успокаивать, утешать, ласкать, заставляя забыть о неприятностях? Ему всё больше казалось, что Дана не очень заинтересована в нём. Хотя в голове не укладывалось, как такое может быть? Он – Лиманский, на красивой машине, сам по себе неплох, да ещё за плечами целая империя фармакологии, возглавляемая его отцом. А это значит, что когда-нибудь на трон сядет и он сам. Какая девушка в трезвом уме откажется от такого жениха?

Был, конечно, за Стасом косячок. Вернее, два. Когда он понял, что Дана не спешит к нему в объятия, сверкая коленками, он решил её немного подтолкнуть. Конечно, помпезное прилюдное предложение руки и сердца должно было растопить холодное, неприступное сердечко девушки. Да и попробуй отказаться, когда на тебя смотрит сотня глаз. Но Дана устояла, вроде бы и перед людьми его не опозорила, и на давление не поддалась.

Стас ехал один в пустой карете, а должен был целовать девчонку и везти её в шикарный номер, где было приготовлено всё для незабываемой ночи. Расплатившись с кучером, с горя он вышел у какого-то кабака среднего пошиба. Конечно, такое заведение не соответствовало вкусам и потребностям отпрыска Лиманских, но сейчас ему было всё равно.

Полутёмное помещение, пластиковые столы, душный воздух, слишком громкие посетители, в основном, мужчины. Были тут и девчонки. Яркие, улыбчивые. Одна, завидев птицу высокого полёта, приземлившуюся у стойки бара на высокий стул, тут же подсела рядом, предупреждающие зыркнув на других девиц, типа, не трогать, мой!

– Красавчик, угостишь девушку коктейлем?

Стас посмотрел на яркие надутые губы, масляно блестящие глаза. Фу, как всё это пошло! Данка, утончённая заучка, никогда бы так не накрасилась и стала бы вешаться на парня. Но лучше было хоть с кем-то разговаривать, чем возвращаться в свои невесёлые размышления.

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Астра, – улыбнулась крашеная блондинка, оглаживая короткую юбочку, чтобы он посмотрел на стройные ножки.

Стас кивнул бармену. Тот налил Астре синий коктейль, основательно завалив высокий стакан чуть ли не килограммом ледяных кубиков. «Там и пить-то почти нечего», – подумал Лиманский.

– И почему Астра? – спросил он вслух.

Девушка, видно, ждала этого вопроса. Наверное, каждое её знакомство развивалось по заранее заготовленному скрипту.

– Красивый цветок. Даже загадочный. Особенно фиолетовый. И в тоже время простой и ненавязчивый.

Ага, ненавязчивый. Стас усмехнулся. Вдруг на него волной напала тоска. Данка уплывала из рук, не поддавалась логике. А ведь всё у них было хорошо, отношения развивались плавно. Пока он сам, дуралей, не решил, что пора знакомиться с родителями! Из-за отца Данка теперь боится с ним связываться. И пусть Анатолий Феоктистович вдруг резко изменил своё отношение к девушке, Стас понимал настороженность Даниэлы. Рядом с Лиманским-старшим могли находиться не многие, уж слишком тяжёлой энергетикой он обладал, к тому же был непредсказуемым. Положение обязывало. Но если сын и Аделаида Петровна приспособились к авторитарному главе семейства, Дане такое на фиг не было нужно, вот их развитие отношений и застопорилось. Спасибо, папочка!

– Эй, – пощёлкала пальцами перед носом парня Астра. – Ты со мной?

– А ты тут ещё кого-то видишь? – огрызнулся Стас.

– Не вижу. Но чувствую, что ты не со мной.

Надо же, вот женщины. Даже проститутки и то всё чувствуют. И требуют внимания от совершенно левого мужчины, который им ничего не должен.

– Ладно, давай выпьем, Астра.

Стас не стал размениваться на лёд, покрашенный синим, а сразу взял, что покрепче. Вдруг кто-то ткнул его в бок с противоположной от блондинки стороны. Лиманский, недовольно закряхтев, повернулся. Это был Глеб Горелов. Лаборант с кафедры микробиологии. Одно время Глеб сильно хотел задружиться со Стасом, но тот быстро понял, что Горелова интересует в основном финансовая составляющая. А после того, как Глеб пару раз взял у Лиманского взаймы, но не вернул ни разу, Стас категорически прервал всякое общение.

– Не ожидал тебя здесь увидеть! Ты же сегодня громко женихался, аж весь университет гремел. Сам не видел, но уже рассказали.

Стас сглотнул. Лучше спокойно напиться, чем ковыряться в ране.

– Давай лучше выпьем, – предложил он.

Рюмка за рюмкой, слово за слово, Стас даже не заметил, как выложил всё Глебу. Вплоть до того, что если он не женится, отец будет считать его ничтожеством. Не зря же Лиманский-старший наказывал: «Смотри, не просри девчонку!» Проще было рассказывать об отце-диктаторе, чем о своих настоящих чувствах к непокорной Даниэле.

– Да мы сейчас решим вопрос, – полупьяно подмигнул Горелов. – Окрутить девчонку – это мы на раз. Только слушай меня.

Вообще-то Глеб был смазлив, кудрявый, тёмной масти, с выразительными нагловатыми глазами, девушкам нравился. Только до благородной внешности Лиманского, его уверенности и финансового благополучия, Горелову было, как до Китая пешком. Однако спиртные пары сделали своё дело – Стас почему-то поверил, что Глеб может помочь.

– Смотри. Надо просто подтолкнуть твою крашку в элементарной мысли: ты её надежда и опора, ты единственный человек, который может вытянуть её из неприятностей. Андестенд?

– И как же это сделать?

– Знаешь, Стасик…

– В лоб получишь, – Лиманский показал здоровенный кулак. «Стасиком» позволялось его называть только маме.

– Ладно, Станислав. Нужно просто поместить девушку в неприятности, а затем её оттуда вынуть.

– Это что же, ты прикинешься хулиганом и насильником, а я буду её спасть?

– Нет, смотри, я придумал кое-что намного лучше.